12 июня не праздник а трагедия
Почему 12 июня стало «праздником, которого нет»
День России — это крайне странный праздник для нашей страны. Если не сказать больше — увы, но для многих граждан России это и не праздник вовсе. Они, в массе своей попросту не знают, что именно отмечается в этот день.
Для тех же, кто знает — это дата, отмеченная кране негативными тонами. До 2002-го года эта дата официально именовалась, как «День принятия Декларации о государственном суверенитете РСФСР». То есть, фактически, это день развала Советского Союза — день распада и «официального начала» кошмара девяностых годов.
При этом, с течением лет стало понятно, что этот праздник не наполнить и новыми смыслами. Он бессодержателен. Показательными в этом смысле являются даже высказывания вполне себе патриотических блогеров в социальных сетях: «Ну правильно, что показывать в День России по Первому каналу?
Конечно, кинофильм «Крым». Какой праздник такие и кины». Или еще более характерное: «В том и проблема с этим праздником. Кроме триколора? в этот день и показать нечего. «Даже» с 4 ноября что-то связано, а тут пусто». И такого рода грустных слов по Сети очень и очень много.
Если же говорить языком статистики, то тут всё становится не только весьма печально, но и окончательно понятно, что «праздник не удался». К примеру, по данным «Левада-центра», «лишь половина из опрошенных смогли назвать точное именование праздника. За четверть века родным он так и не стал — для россиян 12 июня лишь очередной повод не пойти на работу, отдохнуть, выпить». И это, на минуточку, «Левада», которая ратует за всё те же «святые девяностые» и «либеральные ценности».
Впрочем, данные последнего опроса ВЦИОМ практически идентичны: «о правильном названии праздника знают только 44% россиян». При этом, социологи рапортуют о том, что примерно 25% опрошенных сегодня… банально работали.
Конечно, понятно, что сегодня проводились и официальные мероприятия, и митинги-шествия, награждения государственными наградами. Это — правильно. Праздник — действительно красивый повод для подобных вещей. Но, если говорить всерьез — несмотря на все старания Кремля, народной эта дата не стала.
Проблема здесь, думается в том, что россияне попросту не воспринимают эту дату, как «день Рождения России». Как мы писали выше — уж слишком тесно 12 июня связано не с рождением новой страны, а с распадом Советского Союза. И если президент, как глава нашей великой страны, «вытягивает» на себе эту дату, то старания чиновников «сделать из чучела бодрого зайца» уже который год пропадают втуне.
С другими праздничными датами в этом плане всё как-то проще. Даже «день Любви Семьи и верности», несмотря на существование 14 февраля все-таки стал действительно праздничным (неудивительно, если учесть количество искренне верящих в Бога). И даже день защиты детей. Больше того, куда более народным стал день Народного Единства — это хорошо видно хотя бы по той же социологии.
Что в итоге? А в итоге — ще один выходной (а для кого-то и вовсе даже рабочий день), с непонятно общественно-политической суетой, «спущенной» чиновниками сверху по разнарядке. Ну и с водкой и шашлыками на даче «потому, что выходной еще один случился».
Ну а те, кто докапывается до сути и до контекста даты, приходят к неутешительным заключениям. К примеру, американсист и медиатехнолог Михаил Синельников-Оришак в своем телеграм-канале сегодня написал ёмко и лаконично: «Чего сегодня празднуем? Вот это самое. В «Декларации» прямо говорится о приоритете законов РСФСР над законами СССР. По сути — гос. переворот». Здесь даже можно добавить, что это был такой переворот, когда наше государство «убило себя само». Ну а праздновать день самоубийства, будь оно хоть политическим, хоть историческим — это крайне странно.
К счастью, Россия все же возродилась, вышла из глубочайшего кризиса и избежала распада. Но это был исторический процесс диаметрально противоположный и пресловутой «Декларации» и «Дню России» с его идеологическим наполнением.
И право же слово, если и говорить про историю, преемственность и государственность, то настоящий «День России» можно было бы отмечать, чтобы наполнить его позитивным смыслов в День Крещения Руси, или в день Победы в войне 1812 года, или же в тот же День Народного Единства.
Ну и напоследок процитируем известного в телеграме и твиттере «Сталингулага». «Сегодня, в день так называемого праздника, дня России, всем, проливающим слёзы по свободной стране, которую мы потеряли, хотелось бы напомнить, что всё то, за что вы сегодня так люто ненавидите путинский режим, весь фундамент этой системы заложил ваш свободолюбивый Борис Николаевич Ельцин»,- пишет он.
«Это ваш Ельцин уничтожил парламент, причём в прямом смысле этого слова, расстреляв его из танка. Это ваш Ельцин начал фальсифицировать выборы»,- ехидно добавляет автор.
«В общем, с праздником вас всех, и чтоб вы жили до 120 лет в стране, день которой сегодня отмечаете, которую вы собственноручно и построили, отчего, возможно, и ненавидите её ещё сильнее»,- заключает он.
Добавьте «Правду.Ру» в свои источники в Яндекс.Новости или News.Google, либо Яндекс.Дзен
Быстрые новости в Telegram-канале Правды.Ру. Не забудьте подписаться, чтоб быть в курсе событий.
12 июня. То, что нас не убивает
Что мы празднуем 12 июня?
Какие исторические события связаны с этой датой?
Формально — декларация суверенитета, то есть выхода РСФСР из состава России в 1990 году. А ещё случайно совпало так, что в тот же день, только годом позже эта самая «суверенная Россия» заполучила первого президента – Бориса Ельцина.
То есть, строго говоря, поводом к празднованию является то событие, которое позже было определено как катастрофа. А именно: крушение существовавшей на тот момент российской формы государственности, распад единой страны, разрушение социально-экономического уклада.
Понятно, что беда случилась не в один день. И в кризис советская модель влетела задолго до 12 июня 1990 г., и чудовищные «девяностые» наступили не наутро после депутатского голосования, и президент Ельцин – далеко не единственное действующее лицо этой трагедии. Но принято таким образом как бы символизировать. Для удобства.
В общем, повод для всенародных и государственных торжеств – крайне сомнительный. Хотя и прецедент не единственный – взять хотя бы 23 февраля.
Так что же – у нас празднуют в тот день, когда более уместно скорбеть?
Хотя бы потому, что эта катастрофа, как и все предыдущие, не удалась.
Настолько не удалась, что подавляющее большинство веселящихся сегодня на Красной площади ни о какой такой катастрофе вообще не знают.
И это не потому, что наивному юношеству запудрили мозги коварные либералы – ведь это юношество и есть одновременно поколение «Бессмертного полка».
Это потому, что для мудрого юношества страна Дня Победы и страна Дня России – это одна и та же страна.
Ведь что случилось по существу в условную дату 12 июня 1990 года?
Случилась смена формы государственности. И радикальная смена идеологии государственного строительства как такового. Дело-то привычное – только в ХХ веке это произошло во второй раз (а если делить 17-й год надвое, на Белый Февраль и Красный Октябрь – то и вовсе а третий).
Содержание переворота 90-х можно обозначить как «белый реванш». Носители буржуазно-либеральной, националистической идеологии, опростоволосившейся в России 100 лет назад, получили возможность «порулить» и «исправить» на свой лад объективные, временно-случайные и воображаемые изъяны «красного проекта».
Впрочем, кризис советской государственности и советского уклада – предмет отдельного разговора. Сейчас достаточно сказать, что он имелся в реальности, своими внутренними силами не разрешился. И «предательство» партийно-советских элит – это не причина кризиса, а всего лишь его верный признак. Так что сегодня бессмысленно рассуждать, «что было бы, если бы…».
Да, как правило, смена идеологии и уклада происходит через катастрофу и потрясения. Это сопровождается агрессивным отрицанием предыдущей государственности (в данном случае советской), отрицанием исторической логики и преемственности – от этого отрицания «новая» государственность поначалу расцветает всеми оттенками ущербности и, соответственно, воспроизводит катастрофу уже на своём уровне.
И всего этого на рубеже 90-х мы огребли сполна.
Кто помнит, что и как это было, – тому нет нужды напоминать.
А кто по малолетству не помнит и не знает, – тому не будем портить праздник.
И даже не будем предупреждать, что та катастрофа нам ещё аукается и будет аукаться ещё там и сям — и на Украине, и в хозяйстве, и в науке, и в образовании, и в мировой политике.
Главное сегодня в другом: мы выжили.
За четверть века мы и знать забыли о той злополучной декларации съезда народных депутатов РСФСР. Даже лично я забыл — хотя находился в тот день в Кремле по служебной репортёрской обязанности. И Ельцин давно уже не президент.
Мы в ней находимся.
Мы строим новые заводы и новые дома.
Выкатываем новые танки и самолёты.
Мы собираем дружественные народы в новый союз – под новым названием, на новых принципах, но на том же месте и с теми же целями.
Нас уважают друзья и опасаются недоброжелатели.
Наш флаг снова поднимают в честь побед во имя того же самого, что и всегда, — во имя родины и справедливости, во имя того, что нам дорого.
Мы не просто не дали себе погибнуть — мы по-прежнему остаёмся одним из немногих в мире суверенных народов. Мы никуда не делись из Истории — мы по-прежнему делаем её сами. Как умеем, уж не обессудьте.
Как так вышло? Ведь совсем недавно, на памяти всего-то одного поколения была катастрофа?
А с этой нашей катастрофой случилось то же самое, что и с предыдущими: она растворилась и сгинула в неумолимой логике российского государственного строительства. Для реализации любых идеологий любым революционерам нужно государство – и как только кто угодно начинает его обустраивать, неизменно получается, как учит нас старый советский анекдот, «автомат Калашникова».
Потому что вводные для любого проекта государственного строительства в вот уже тысячу лет одни и те же: климат, география, люди с их менталитетом и культурно-этническим разнообразием, цивилизации-конкуренты и цивилизации-партнёры. И, соответственно, список требований, которым должно соответствовать государство, тот же самый: суверенитет во всех его проявлениях (экономический, политический, научно-технический, гуманитарный, военный в конце концов), внутренняя устойчивость и самодостаточность.
В общем, хочешь жить – будешь делать что история прописала.
Это и есть железная логика преемственности.
А те или иные идеологии – это по сути, варианты решения конкретных задач в конкретное время. Логика преемственности в конечном итоге их фильтрует: какие-то решения одобряет как годные и своевременные, какие-то отбраковывает как бесполезные и завиральные.
В конечном итоге содержательное отрицание предыдущей формы государственности свелось, по большому счёту, к восстановлению в правах и поощрению экономической самодеятельности граждан – нехватка чего была очевидным и вопиющим недосмотром позднесоветского периода. Здесь, конечно, не без перегибов обошлось, которые терпеливо ждут вдумчивого лечения от «головокружения от успехов». Всё остальное – либо ритуальные заклинания по инерции, либо обновление декора и риторики (пускай даже истерично-дорогостоящее, типа пресловутого «Ельцин-центра«), либо естественное соответствие течению времени и меняющейся конъюнктуре. Либо опять же неудачные решения (из лучших ли побуждений, сдуру ли, по принципу ли «назло совку отморозить уши«), обречённые на отбраковку.
А то, чем до сих пор нам аукается катастрофа 90-х, — это не приговор, а недорешённые задачи. Какие бы замысловатые формы государственной, хозяйственной, общественной жизни ни принесло на нашу голову мутным потоком катастрофы — мы в конце концов терпеливо дорихтуем их до требуемого нам состояния. У нас ведь из чего угодно всё равно получается та же самая Россия.
За четверть века опять, уж не сосчитать в который раз за тысячу лет, доказана простая русская истина: ничего не потеряно, пока мы живы. Наша история измеряется не падениями и катастрофами, а взлётами и созиданием.
Вот эту живучесть своей страны мы имеем полное право праздновать. И почему бы не 12 июня?
Читайте также:
Игорь Пыхалов, Дмитрий Пучков. Про кавалерию в Великой Отечественной войне: тупой миф и яркая правда
12 июня – трагическая дата в истории России.
Приближается очередной «красный день» на календаре – т.н. «день России», который ежегодно отмечается 12 июня. И высшие государственные руководители, и представители целого ряда политических партий и движений (главным образом, «демократического» и «центристского» толка), и средства массовой информации, и придворная интеллигенция пытаются придать этому дню особое значение. Как правило, 12 июня все они произносят много пафосных слов о «патриотизме», о «российской государственности», о «независимости нашей страны», о «шаге к свободе и демократии» и т.д. В результате в сознании немалого количества простых людей укореняется представление о празднике 12 июня едва ли не как об одном из патриотических праздников, едва ли не сопоставимом с Днём Победы.
Разумеется, отдача дани уважения своей стране, её истории является позитивным явлением. Но при этом мало кто пытается ответить на следующие вопросы: почему «День России» (как вариант – «день независимости России») официально отмечается именно 12 июня? Когда был официально введён данный праздник? В чём его суть? Обо всём этом пойдёт речь в данной статье.
12 июня был объявлен праздничным днём в 1992 году постановлением Верховного совета РФ № 2981 – I . В указанном документе подчёркнуто, что российский парламент принял данное решение «в связи с принятием первым Съездом народных депутатов РСФСР 12 июня 1990 года Декларации о государственном суверенитете РСФСР». Напомним, что одним из пунктов вышеупомянутой декларации было провозглашение приоритета республиканского законодательства над общесоюзным. Говоря простым языком, речь шла о несоблюдении Конституции и законов единого государства — СССР. И как бы авторы «Декларации о государственном суверенитете РСФСР» не заявляли о том, что якобы речь шла всего лишь о «повышении самостоятельности республики при её сохранении в составе Советского Союза» (об этом видные деятели движения «Демократическая Россия» постоянно заявляли на протяжении 1990 – 1991 гг.), факт оставался фактом: одно только провозглашение первенства республиканских законов над общесоюзными подрывало основы территориальной целостности страны. Напомним, что государственное единство предусматривает отсутствие любых проявлений сепаратизма – политики в отдельных частях государства, которая не принимает во внимание «интересов всего государства и противопоставляет им местные интересы» (см. «Энциклопедический словарь конституционного права» 2011 года).
Таким образом, праздником объявлен день принятия законодательного акта, который ускорил развитие процессов, приведших к территориальной дезинтеграции нашей тысячелетней страны! Следствием реализации положений данного документа (фактического акта национального предательства) стали потеря позиций нашей страны на международной арене, гибель тысяч людей – бывших граждан СССР в войнах, вспыхнувших на постсоветском пространстве после событий 1990 – 1991 гг., масштабная деиндустриализация, тотальное обнищание народа. Кроме того, те, кто был готов костьми лечь во имя «суверенитета РСФСР» (а на деле расчленить СССР – историческую Россию), в конечном итоге отдали нашу страну под внешнее управление. Дело дошло до того, что внутренняя и внешняя политика России в 1990-ые годы была подчинена интересам т.н. «ведущих мировых держав». Таковы итоги «суверенизации» РСФСР.
Казалось бы, как можно радоваться гибели собственной стране? О каких торжественных мероприятиях в честь дня очередной годовщины принятия декларации, приведшей к катастрофическим последствиям, может идти речь? Однако мы являемся свидетелями противоположного. Более того, определённая часть представителей научных, общественно-политических кругов, невзирая на итоги «суверенного романтизма» 1990 – 1991 гг., пытается оправдать разрушительную деятельность ельцинской команды в целом, принятие Декларации о суверенитете РСФСР в частности. На слуху ещё громко звучавшие в 1990-ые и 2000-ые годы заявления о «неизбежности распада СССР», о «желании всего народа выйти из состава Советского союза», об «избавлении о недееспособной партократии», о «крушении тоталитаризма», о «продвижении в достойное будущее» и т.д. Всё это, по мнению наших либералов, является основанием высокой оценки действий «Демократической России» времён «перестройки» и т.н. «реформ» (в том числе и злополучной Декларации 12 июня 1990 года, принятой ельцинско-хасбулатовским Верховным советом РСФСР).
В целях опровержения вышеперечисленных утверждений сперва важно осознать их несостоятельность. На наш взгляд, целесообразно рассмотреть дискуссионные тезисы идейных преемников команды Ельцина – Попова – Собчака по отдельности.
Миф 1. К началу 1990-х годов вера народа в СССР была утрачена. Основная масса людей мечтала о том, чтобы разойтись по «национальным квартирам». Следовательно, принятие Декларации о суверенитете РСФСР (и ряда других республик), по мнению антисоветчиков, была выражением чаяния общества.
На самом деле данное представление весьма далеко от действительности. Безусловно, общество стремилось к усовершенствованию социализма. Разумеется, народ выражал недовольство недееспособным режимом М.С. Горбачёва. Это всё бесспорно. Но, к сожалению, антисоветская и русофобская пропаганда «свободных» СМИ, дирижируемая небезызвестным А.Н. Яковлевым, оказала влияние на умонастроения наших сограждан. Буржуазная пресса внушала людям, что проблема не в том, что социализм и Советская система нуждаются в усовершенствовании, а в них самих. Якобы, если реставрировать капитализм, провести «демократизацию», интегрироваться в «мировое сообщество», то порядок и процветание, мол, будут гарантированы. А для того, чтобы доказать, что Советскую систему нельзя реформировать, её можно только упразднить, обрушили мощный поток очернительства на Советскую историю, трубя на весь мир ложь о «массовых репрессиях», о «Сталинском фашизме», об «оккупации половины мира», об «угнетении РСФСР Союзных окраин», о «тоталитарном преступном характере Советского государства», поливали грязью Советскую Армию и Советские органы государственной безопасности. Словом, пытались сформировать образ государства-злодея(как снаружи, так и внутри), которого, якобы, не за что уважать и нет оснований защищать. Следовательно, идеологи «гласности» и «перестройки» сами убили веру народа в социализм.
Всё это вполне сопоставимо с ситуацией на Украине 2013 – 2014 гг., когда агенты международного капитала в лице местных НКО, СМИ и «пятой колонны» (речь об украинских «евроинтеграторах»), воспользовавшись народным недовольством режима В.Ф. Януковича с его коррупцией, олигархией, социальной несправедливостью, оседлали его, направив в выгодное мировому глобализму русло, внушив с помощью пропаганды, что нужно интегрироваться в западное сообщество, повернуться к спиной к России (также представляли её в качестве хищного государства – как в прошлом, так и в настоящем). Это следует понять тем, кто полагает, будто никакие происки «пятой колонны», вмешательство из-вне, пропаганда якобы не могут внести свой вклад в разрушении страны. Одно дело – стремление общества к усовершенствованию системы, к устранению несправедливости, другое дело – политическая сила, которая оседлает народное движение и направит его в соответствующее русло. Вот о чем идёт речь.
Тем не менее, подавляющее большинство народа, несмотря на свою наивную веру в чудодейственность капиталистической реставрации, всё же выступало против территориальной дезинтеграции СССР. Так, известно, что Б.Н. Ельцин и его соратники по «Демократической России» открыто призывали избирателей на референдуме 17 марта 1991 года голосовать против сохранения СССР (этот позорный факт не скрывает и либеральный публицист О.П. Мороз в своей книге «Так кто же развалили Союз?»). Однако подавляющее большинство избирателей проголосовало на Всесоюзном мартовском референдуме 1991 года за сохранение Союзного государства (76,43% избирателей). Аналогичная ситуация наблюдалась и в РСФСР – за сохранение территориальной целостности СССР проголосовало 71,3% избирателей. И после этого идеологи контрреволюции имеют наглость говорить о мифическом желании народа устранить СССР! Следовательно, выдаётся желаемое за действительное. И «Декларация о государственном суверенитете РСФСР» была принята не на референдуме, а парламентариями (в обход воли народа).
Точно также обстояло дело и в других союзных республиках. Например, некоторые полагают, будто Прибалтийские республики стремились выйти из состава СССР и их следовало бы отпустить, поскольку они, мол, якобы были «оккупированы» «Сталинским режимом». Насчёт «оккупации» — это полная неправда (об этом мы писали в отдельной статье). А здесь отметим, что постановления Верховных советов Эстонии, Латвии и Литвы выдавали позицию местных марионеток международного бизнеса (идейных наследников «лесных братьев») за позицию всего местного населения. Согласно закону СССР от 3 апреля 1990 года «О порядке решения вопросов, связанных с выходом союзной республики из СССР» предусматривалось обязательное проведение референдума, а в случае положительного ответа на вопрос о независимости – этапы её предоставления. Однако никаких референдумов в Прибалтике не проводилось (они были подменены опросами населения). Также напомним, что руководство Эстонии, Латвии и Литвы формально не поддержало референдум 17 марта 1991 года. Следовательно, в них не были созданы центральные республиканские комиссии по проведению всенародного голосования. Тем не менее, это отнюдь не означало, что на территории данных республик не проводилось голосования. И каковы были их результаты? Чего желало население Прибалтики в реальности? За сохранение СССР проголосовало 95% граждан Эстонии, пришедших в тот день на избирательные участки, 98,9% жителей Литвы и 95,1% населения Латвии, получивших бюллетени.
Правда, в ответ на вышеприведённые аргументы, некоторые заявляют, что в декабре 1991 года якобы народ не вышел на защиту СССР. Во-первых, в то время, многие, не разглядев подвоха в Беловежских соглашениях, полагали, что речь идёт об изменении государственного устройства и самого названия Союзного государства, но не о дезинтеграции. Однако СНГ превратили в ничто. Так, произошёл отказ от договора по комплексной безопасности, по единому командованию вооружёнными силами. Под давлением Министерства обороны РФ был упразднён пост главнокомандующего объединёнными стратегическими силами. Увидев, чем всё это обернулось в конечном итоге, народ решительно отвернулся от наших «евроинтеграторов»,/ «демократов» и стал поддерживать те политические партии, которые в своих программах прямо ставили вопрос о реинтеграции постсоветского пространства. Результаты выборов в Государственную думу 1993, 1995 и 1999 гг. недвусмысленно свидетельствуют об этом.
Во-вторых, те, кто утверждает, будто народ спокойно отнёсся к ликвидации СССР в 1991 году, забывают о том, что значительная часть людей всё же протестовала против расчленения нашей страны. Митинг на Манежной площади 10 декабря 1991 года, организованный Демократической партией России, митинг против ликвидации СССР, проведённый у ВДНХ 22 декабря 1991 года «Трудовой Россией» в составе 10 тысяч человек («Марш голодных очередей»), митинги во множестве городов России 23 февраля 1992 года за сохранение единых вооружённых сил СНГ (только в одной Москве, согласно справке Отдела информации Президента Российской Федерации от 25 февраля 1992 года, приняло 15 тысяч человек), «Вече на Манежной площади» (митинг 17 марта 1992 года, посвящённый годовщине проведения Всесоюзного референдума за сохранение СССР), в котором приняло участие, по разным оценкам, — от 170 000 до 500 000 человек – разве это не массовый протест против национального предательства? Об этом и речь.
Следовательно, «Декларация о суверенитете РСФСР», равно как и другие шаги в соответствующем направлении, вовсе не отражали чаяний народа. Всё с точностью, да наоборот.
Миф 2. Принятие «Декларации о государственном суверенитете РСФСР» (да и роспуск СССР), по мнению некоторых, было ключевым условием создания возможности проведения «преобразований» и упразднения «тоталитаризма».
Хотя такие чудовищные утверждения в настоящее время мало кто распространяет, тем не менее, они до сих пор на слуху. Сразу отметим, что рассуждения о том, следует ли уничтожить страну или нет, даже комментировать бессмысленно. Какие только мысли не посещали головы наших «западников» в прошлом и настоящем: «пусть во имя «свободы» и «демократии» внешний враг нас одолеет» (власовцы), «распустим страну – уберём «недееспособную партократию»», «задушим отечественное производство, вытесним его импортом – уберем мафию «красных директоров»» («демократы» первой волны). Ни один здравомыслящий человек (независимо от того, коммунист ли он или представитель буржуазии) никогда не подпишется под такими идеями. Государственное единство, независимость страны, — это всё святая святых всегда (и при социализме, и при капитализме). И торг здесь неуместен.
Отметим, что если центральная власть не проводит в жизнь какие-либо назревшие идеи, это ни в коем случае не означает, что во имя борьбы с ней надо разваливать страну. Это примерно то же самое, как если бы Ф.Д. Рузвельт, будучи губернатором штата Нью – Йорк в годы «Великой депрессии», выступая за смену экономического курса, во время политической борьбы с администрацией Г. Гувера предпринял бы попытку провозглашения Нью-Йорка независимым государством. Конечно, такое в реальности не случилось, а вот в нашей стране в начале 1990-х годов – случилось. Ещё можно привести пример с Ю.М. Лужковым. Разумеется, мы далеки от идеализации его деятельности (зная про его жену, про произвол строительной буржуазии в Москве, про коррупцию в городской администрации и т.д.). Вместе с тем, нельзя не отметить, что он в российской столице в определённой степени проводил самостоятельную экономическую политику (вместо курса на построение модели свободного рынка он приступил к формированию экономики смешанного типа), а в конце 1990-х годов открыто критиковал курс Кремля и олигархии. Более того, даже создал и возглавил оппозиционное политическое движение «Отечество». И что, разве он провозглашал Москву независимым государством, разве он объявлял приоритет столичного законодательства над общероссийским, разве он «бросил перчатку» федеральному центру, избрав тактику экономического саботажа (прекращения отчисления налогов в общероссийский бюджет) и т.д.? Нет. Он боролся с ельцинским режимом на общефедеральном поле.
Другой пример – представители КПРФ А.Е. Локоть и С.Г. Левченко руководят двумя российскими регионами (Новосибирском и Иркутской областью). Известно, что коммунисты находятся в оппозиции политике нынешней власти (особенно по вопросам социально-экономической политике). То, что нынешнее правительство и «партия власти» не собираются менять курс, — очевидно. Анатолий Локоть и Сергей Левченко в настоящее время в определённой степени реализуют альтернативную программу в области экономики и социальной политики. Но они, в отличие от ельцинско-хасбулатовского парламента 1990 года и в отличие от ряда руководителей российских регионов 1990-х годов, не ставят вопроса о выходе Новосибирска и Иркутска из состава Российской Федерации, не расшатывают основы территориального единства, не объявляют финансово-экономической войны центру.
Всё это изложено для понимания того, как поступает ответственный политик, а как действует тот, для кого власть важнее всего. Впрочем, дело было обусловлено отнюдь не одной жаждой власти. Но об этом речь пойдёт в дальнейшем.
Также обратим внимание на откровенно чудовищные утверждения о том, что лишь с помощью роспуска Советского союза можно было «покончить с диктатурой» и перейти к «демократии». В противном случае, по мнению некоторых, сохранение «империи» не оставляет никаких шансов на то, чтобы стать «нормальной, цивилизованной страной». Вот за такими рассуждениями скрывается либо непонимание специфики нашей страны, её государственного образования, либо откровенная ненависть к России. Сторонники т.н. «нормальной цивилизованной жизни а-ля Швейцария» будто бы не понимают, что система сильной центральной власти, жёсткие методы управления, постоянная мобилизация населения, его состояния, имущества (в том числе и представителей «верхних десяти тысяч») — всё это сложилось вовсе не при большевиках. Данные методы использовались в нашей стране с самого начала её истории. По иному быть не могло в принципе. Огромная территория нашей страны, суровые климатические условия (в частности, сказывающиеся на экономическом состоянии), масса внутренних противоречий, регулярные нападения из-вне, — всё это автоматически предопределяло необходимость сильной централизованной государственности с развитым аппаратом управления и принуждения. Данная система, при всех её недостатках, обеспечивала нации такие блага как мир, порядок и стабильность, ценность которых осознаётся лишь с их утратой. Следовательно, ни о какой «демократии по-американски»/ «по-европейски», «размеренной цивилизованной жизни» по «западному образцу» a priori речи не могло идти.
Всё это весьма чётко обосновал В.О. Ключевский. По его словам, своеобразный уклад государственного порядка «объясняется господствующим интересом, его создавшим. Этим интересом было ограждение внешней безопасности народа». Он справедливо отметил, что «Россия есть громадное континентальное государство, не защищенное природными границами, открытое с востока, юга и запада… Основанное в такой стране, Русское государство изначала осуждалось на постоянную тяжкую изнурительную борьбу с жителями степей… бедный, разбросанный на огромных пространствах народ должен был постоянно с неимоверным трудом собирать свои силы, отдавать последнюю тяжело добытую копейку, чтобы избавиться от врагов, грозивших со всех сторон».
Даже часть западных общественных деятелей отдаёт себе отчёт в этом. Так, бывший главный редактор русской версии журнала «Форбс» П.Ю. Хлебников отмечал следующее: ««… судьба определила России особый путь, путь кровавый и изнурительный… Видимо, связано это было и с огромным пространством, занимаемым Русью, и с ее расположением на границе Европы, и с ее призванием служить последним защитником Православного христианства. Никакой народ в мире не принес такого великого количества жертв в защиту своей цивилизации от многочисленных нашествий и попыток геноцида… И несмотря на все Русь уцелела».
Интересно мнение даже такого убеждённого либерала как Ричард Пайпс. Он подчёркивал, что «природа… предназначила России быть раздробленной страной, составленной из множества независимых самоуправляющихся общностей». Однако геополитические факторы настоятельно требовали сильной политической власти: «военная организация делалась просто необходимой, ибо без нее нельзя было проводить столь жизненно важную для народнохозяйственного благополучия России колонизацию».
Следовательно, независимо от того, нравится ли нам данная система государственного управления страной, либо нет, следует осознать, что она является пригодной для такой большой страны как Россия. А попытка слепого копирования зарубежных моделей государственного устройства в годы «перестройки», их автоматического переноса на российскую почву обернулась масштабной геополитической катастрофой. Поэтому о данных экспериментах, проводившихся под флагом «демонтажа тоталитаризма» (особенно упразднения властной вертикали, расшатывания элементарной дисциплины и порядка) речи не могло идти в принципе. А для успешного решения накопившихся к тому времени проблем следовало не Советскую государственность демонтировать, а усовершенствовать экономическую модель социализма (речь именно об усовершенствовании, а не о её упразднении), как это успешно сделала Компартия Китая с 1978 года.
В дополнении к вышеизложенному материалу отметим, что т.н. «демократы» в начале 1990-х годов делали всё это сознательно. А все их нынешние оправдания по поводу «предопределённости распада СССР» не выдерживают никакой критики. В качестве подтверждения данного тезиса сошлёмся на высказывания российских и зарубежных политических деятелей, которые в рассматриваемый нами период работали бок о бок с Б.Н. Ельциным. Так, Г.А. Явлинский, занимавший в 1990 году должность заместителя председателя Совета министров РСФСР, в интервью газете «Комсомольская правда» от 28 ноября 2003 года вспоминал, как Верховный совет РСФСР, возглавляемый Б.Н. Ельциным, перестал отчислять налоги в Союзный бюджет. Явлинский спросил Ельцина, чем обусловлены его разрушительные действия. По словам бывшего лидера партии «Яблоко», ответ был следующим: «Это временно, потом мы это изменим». А год спустя, когда речь шла о заключении Экономического договора между Союзными республиками, Явлинский, по его собственным словам, говорил Ельцину о недопустимости отказа от вышеупомянутого соглашения с союзными республиками, поскольку «это означает конец тысячелетней страны». Б.Н. Ельцин, по словам Явлинского, ответил следующее: «Это не важно. Важна реформа».
Как видите, гибель тысячелетней страны Ельцина и его соратников не волновала. Данный факт говорит сам за себя. Впрочем, как уже было отмечено выше, дело было обусловлено не просто желанием получить власть любой ценой. Так, бывший посол США в СССР Джек Мэтлок, который часто проводил официальные и неофициальные встречи с лидерами «демократического» движения в СССР (следовательно, знал все их намерения) в своей книге «Смерть империи: взгляд американского посла на распад Советского Союза» писал, что действия ельцинистов подкреплялись «убеждением, что Россия исторически пошла по неверному пути, расширяя свою империю, и теперь должна, подобно другим метрополиям XX века, отбросить имперские придатки».
Т.е., речь идёт о ненависти к своей собственной стране, отношение к ней как к «метрополии», к «хищной империи» и т.д. Да будет им известно, ни одна страна, ни один народ не исчез с лица земли из-за действий России. Напротив, наша страна оказывала колоссальную поддержку целым странам и народностям – особенно в Советский период. Так, объекты промышленной и социальной инфраструктуры на Украине и в странах Прибалтики были построены во-многом благодаря помощи Москвы. О какой «имперскости», о какой «оккупации» вообще может идти речь?!
Впрочем, они не останавливались на Советском союзе. Многие деятели т.н. «демократического» движения в конце 1980-х – начале 1990-х годов открыто предлагали разделить Россию на множество мелких независимых государств, после чего, с их точки зрения, должно произойти «добровольное воссоединение». Так, Б.Н. Ельцин во время своего большого российского турне летом 1990 года открыто заявил, что первоначальный вариант его программы предусматривал создание «семь русских государств» (соответствующее заявление он сделал во время визита в Свердловск 16 августа 1990 года). А его открытый призыв национальным автономиям РСФСР во время выступления в Казани 6 августа 1990 года «брать столько суверенитета, сколько можно проглотить»? После этого на протяжении десяти лет (до 2000 года) наблюдалось стремление ряда региональных лидеров выйти из состава Российской Федерации.
Дело не в том, что Б.Н. Ельцин провозглашал данные идеи в силу своего состояния, вызванного алкогольным злоупотреблением. Основная масса остальных активистов данного политического спектра придерживалась аналогичных умонастроений. Так, в программе Социал-демократической партии России, вошедшей осенью 1990 года в состав коалиции «Демократическая Россия», было чёрным по белому написано о достижении «суверенитета РСФСР» с последующим превращением республики в «конфедерацию» (т.е., в союз государств).
Таким образом, мы имели дело с проявлением такого явления как «смердяковщина» — с откровенной ненавистью к собственной стране, с мечтанием о том, чтобы т.н. «прогрессивные страны» «пороли» бы «варварскую» Россию и присоединили бы к себе. Собственно говоря, многие из них в рассматриваемый нами период и не скрывали данных взглядов. Однако в настоящее время результат данных экспериментов – в частности, принятия «Декларации о государственном суверенитете РСФСР» и последующего демонтажа СССР очевиден.
Михаил Чистый
Подписывайтесь на нашего Telegram-бота, если хотите помогать в агитации за КПРФ и получать актуальную информацию. Для этого достаточно иметь Telegram на любом устройстве, пройти по ссылке @mskkprfBot и нажать кнопку Start. Подробная инструкция.