какое слово выгравировал бисмарк на кольце
БИСМАРК И КОЛЬЦО «НИЧЕГО»
Будучи послом Пруссии в России, Отто фон Бисмарк жил в Петербурге, где он из служебной обязанности, да и просто из интереса пытался изучить великий и могучий русский язык. Русские словечки то и дело проскальзывали в его письмах того периода. Он настойчиво проникал в русский быт и постигал загадочную русскую душу, однако, несмотря на все старания, гений сумрачного тевтонца так и не смог понять сакральный смысл одного загадочного русского слова, а именно — слова «ничего». Задуматься же над секретом русского «ничего» заставил его один любопытный случай.
Как-то раз, Бисмарк нанял ямщика, усомнившись, однако, что кони будут гнать достаточно быстро.
— Ничего-о-о! — отвечал ямщик и бойко помчался по скользкой дороге.
— Ты меня не вывалишь на полном ходу? — засомневался Бисмарк в ходовых качествах русских саней на бездорожье
— Ничего-о-о! — отвечал ямщик.
Через некоторое время сани всё-таки опрокинулись, а собиратель земель германских, Бисмарк, полетел в сугроб, ободрав лицо о пень. Разозлившись на проклятого русского варвара, как минимум, за непринятие мер по правильной транспортировке послов, а как максимум, за заранее заготовленную ему пакость, он в ярости замахнулся на него стальной тростью, которую постоянно имел при себе в качестве возможной оборонительной меры. Ямщик же загрёб ручищами пригоршню снега, чтобы обтереть окровавленное лицо Бисмарка, да всё приговаривал: «Ничего… ничего-о-о!».
Германская логика так и не смогла понять умом семантическое разнообразие значений русского слова «ничего», но философское его содержание, нюансированность и многозначность явно пришлись будущему «железному канцлеру» по душе. После этого случая Бисмарк заказал ювелиру кольцо из этой трости с надписью латинскими буквами (это чтобы никто не догадался) слова «Ничего!». В трудные моменты жизни он всегда испытывал облегчение, повторяя себе по-русски: «Ничего!».
Когда же его упрекали за чрезмерно лояльную политику в отношении к России, он парировал: «В Германии один только я говорю «Ничего!», а в России — весь народ».
Сегодня имя Бисмарка скорее ассоциируется с другим ювелирным украшением – цепью сложного плетения, хотя нельзя с полной уверенностью утверждать, что название плетения цепи имеет к нему непосредственное отношение. В России такая цепочка известна под названием Бисмарк, но за рубежом она называется в честь другого исторического персонажа — Гарибальди. Кроме того существуют еще два названия — Кардинал и Кайзер. Почему сложилось столько исторических названий у одной и той же техники, сейчас уже сказать сложно.
Почему Отто фон Бисмарк носил кольцо с русским словом «НИЧЕГО»?
В 1859 году в Россию приехал новый прусский посол Отто фон Бисмарк. За три года он не только прекрасно изучил русский язык, но и глубоко заглянул в русскую душу.
Однажды находясь по делам в Москве, Бисмарк, собравшись обратно в столицу, нанял ямщика. Садясь в сани посол, спросил, быстро ли лошади домчат его до Санкт-Петербурга.
Улыбнувшись в бороду, ямщик бодро сказал:
«Ничаво барин, домчат, не успеешь и глазом моргнуть».
— Ты голубчик часом по дороге меня не вывалишь?
Кучер ничего не ответил и лихо щелкнул кнутом. Кони с места помчали так, что у Бисмарка в ушах засвистел ветер. На первом же повороте сани опрокинулись, и прусский посол вошел головой в сугроб.
Когда его вытащил ямщик, Бисмарк замахнулся на него тростью, но тот быстро заговорил: «Ничаво, Ничаво касатик в дороге то оно всякое приключиться может».
Добравшись без происшествий до столицы, Бисмарк распорядился заказать из латунного кольца трости, печатку с надписью «НИЧЕГО».
В трудные минуты он поглаживал печатку рукой и тихонько шептал: «Ничего, ничего».
Однажды терзающемуся любопытством секретарю, он объяснил, что это русское слово дает произошедшему событию более или менее сносную оценку. Произнося слово «ничего» русские тут же с облегчением добавляют «могло быть и хуже».
Частенько канцлер повторял:
«В Германии только я один говорю «НИЧЕГО», а в России весь народ».
Какое слово выгравировал бисмарк на кольце
Человек, вошедший в мировую историю под красивым прозвищем Железный Канцлер – Отто фон Бисмарк – в середине XIX века три года прожил в Санкт-Петербурге. Он был послом Пруссии в Российской империи. За время проживания в нашей стране Бисмарк изучил русский язык и очень прилично на нём изъяснялся.
Благодаря поездкам по стране, встречам и общению с различными людьми, после охоты на медведей, после сильного обморожения ног, которое чуть не привело к ампутации, Бисмарк почти разгадал загадочную русскую душу. Во всяком случае, он понял суть русского образа жизни и особенности нашего мышления. И мировоззрения тоже. Эти знания очень помогли ему в дальнейшем при выборе правильной политической линии в отношении России.
Самое главное: Бисмарк считал, что ни в коем случае, и ни при каких обстоятельствах не надо ссориться, а тем более воевать с Россией. Очень жаль, что к этому мнению в XX веке дважды не прислушались германские правители.
Приведу несколько мудрых цитат великого человека о России и русских:
«Заключайте союзы с кем угодно, развязывайте любые войны, но никогда не трогайте русских»
«Превентивная война против России — самоубийство из-за страха смерти».
«Я знаю сотни способов вытащить медведя из берлоги, но ни одного, чтобы загнать его туда обратно. Не дразните русского медведя».
«Даже самый благополучный исход войны никогда не приведёт к распаду России, которая держится на миллионах верующих русских греческой конфессии. Эти последние, даже если они вследствие международных договоров будут разъединены, так же быстро вновь соединятся друг с другом, как находят путь друг к другу разъединённые капельки ртути».
А вот очень известный афоризм Бисмарка, который многие считают нашей исконной народной поговоркой: «Русские долго запрягают, но быстро едут»… Оказывается, эту крылатую фразу придумал немец!
Или вот, ещё одна знаменитая цитата, которую очень любят перевирать наши недруги. Вы наверняка слышали о том, что договора с русскими не стоят бумаги, на которой они написаны. Так вот, это небольшой фрагмент, вырванный из контекста. На самом деле, великий политик Отто Эдуард Леопольд фон Бисмарк говорил так:
«Не надейтесь, что единожды воспользовавшись слабостью России, вы будете получать дивиденды вечно. Русские всегда приходят за своими деньгами. И когда они придут — не надейтесь на подписанные вами иезуитские соглашения, якобы вас оправдывающие. Они не стоят той бумаги, на которой написаны. Поэтому с русскими стоит или играть честно, или вообще не играть».
Согласитесь, что истинный смысл оригинальной цитаты совершенно иной, чем тот куцый вариант, которым пользуется недружелюбная нам пропаганда.
Русским языком Бисмарк продолжал пользоваться на протяжении всей своей политической карьеры. Наши словечки то и дело проскальзывали в его письмах. Когда он стал главой правительства, то даже резолюции на официальных документах иногда делал по-русски: писал «Невозможно» или «Осторожно».
Но любимым словом «железного канцлера» стало русское слово «ничего». Он восхищался его широтой и глубиной, его многозначностью и часто использовал в частной переписке, например, объединяя два языка так: «Alles ничего».
А ведь действительно, это очень сложное для понимания слово – «ничего». Вот попробуйте объяснить его значения какому-нибудь иностранцу! Даже если у вас это и получится, то иноземец всё равно ничего не поймёт.
Приведу, к примеру, несколько вопросов и ответов на них, которые крайне трудно дословно перевести на любой иностранный язык.
– Какова погода сегодня?… – Ничего.
– Как вам нравится эта книга. – Ничего.
– Красива ли женщина, о которой вы говорите. – Ничего.
– Довольны ли вы своим начальником. – Ничего.
А фраза «Да нет, наверное, ничего» может повергнуть в глубочайший ступор любого иностранца.
В многогранном слове «ничего», произносимым с различной интонацией, есть какая-то чисто наша лукавая сдержанность или боязнь проговориться. «Ничего» – это какое-то совершенно русское слово, которое само себе на уме.
Так вот, немецкому посланнику Отто фон Бисмарку проникнуть в тайну загадочного русского «ничего» помог один забавный случай.
Однажды зимой, находясь в России, он нанял ямщика, но усомнился, что его лошади могут ехать достаточно быстро. На что ямщик бодро крикнул: «Ничего-о-о!», хлестнул коней и бойко понёсся по неровной дороге.
Бисмарк забеспокоился: – Да ты меня не вывалишь?
– Ничего! — отвечал румяный ямщик.
Но вдруг сани опрокинулись, посол Пруссии полетел в снег, крайне неудачно упал и разбил себе лицо. Немецкая кровь окропила русскую землю. В ярости Бисмарк замахнулся на ямщика стальной тростью! Но тот спокойно загрёб своими ручищами пригоршню снега и стал обтирать окровавленное лицо прусского посланника. Вытирал кровь и всё приговаривал: «Ничего-о, барин… ничего-о!».
После этого происшествия Бисмарк заказал кольцо из той трости с надписью латинскими буквами: «Ничего!». В трудные минуты он испытывал облегчение, говоря себе это всеобъемлющее русское слово.
А когда «железного канцлера» Германии упрекали за слишком мягкое отношение к России, то он отвечал: «В Германии только я один говорю «Ничего!», а в России – весь народ».
Какое слово выгравировал бисмарк на кольце
Бисмарк носил на пальце кольцо с надписью «ничего». История этого кольца относится к 1862 году, когда Бисмарк жил в Петербурге в качестве прусского посланника. Раз зимой он получил приглашение на императорскую охоту верст за сто до столицы. Будучи страстным охотником, он выехал днем раньше, чтобы поохотиться в тех богатых дичью местах. Увлекся, заблудился, и, когда настала пора прибыть в назначенный для царской охоты пункт, очутился в незнакомой деревне, совсем потонувшей в снегу. Зная немного по-русски, Бисмарк стал расспрашивать крестьян. Оказалось до места назначенного верст двадцать.
Отыскался и крестьянин, взявшийся быстро довести. Подали простые розвальни, заложенные крохотными лошадками. Бисмарк усомнился:
— Довезешь ли? Мне скоро надо.
Бисмарк уселся. Лошади тронулись и миновав околицу, понесли с такой скоростью, что дух захватывало. Въехали в лес; просека, пни, корневища на каждом шагу, сани то одним боком ударятся, то другим, но взлетают на ухабах. А мужик гонит во весь дух.
А мужик только усмехается:
Бисмарк позже вспоминал:
«Я стукнулся об какой-то пень. Расцарапал лицо. Разозлился ужасно, схватил выпавший откуда-то толстый железный прут, и бросился с ним на мужика, искренне желая поколотить его. А он схватил своими корявыми ручищами пригоршню снега и лезет, чтобы обтереть мне лицо: «Ничего. »
На эти упреки я обыкновенно отвечаю: надо принять во внимание, что в Германии только я один в трудные минуты жизни имею привычку говорить «НИЧЕГО», а в РОССИИ ЖИВУТ СТО МИЛЛИОНОВ ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЕ ТАКЖЕ ГОВОРЯТ «НИЧЕГО»!
История про русское «Ничего»
Говорил ли Бисмарк: «Никогда столько не лгут, как во время войны, после охоты и до выборов»?
В преддверии различных выборов российские СМИ нередко вспоминают актуальный афоризм, приписываемый «железному канцлеру». Мы проверили, действительно ли его автор — Отто фон Бисмарк.
Контекст. О том, что именно «собиратель немецких земель» в своё время произнёс рассматриваемое изречение, сообщают такие известные люди, как журналист Леонид Радзиховский, политический эксперт и знаток Анатолий Вассерман, украинский политик Евгений Кушнарёв (к слову, в год выхода книги с этой цитатой он погиб на охоте при странных обстоятельствах), а также новостные ресурсы, среди которых «Радио Свобода» и «Московские новости». Ещё в 1936 году фраза с отсылкой к Бисмарку вошла в советское партийное издание «Реставраторы капитализма и их защитники», а намного позднее попала в книгу «100 великих тиранов». Популярна эта цитата и на Западе.
Современная немецкоязычная версия знаменитой фразы — «Es wird niemals so viel gelogen wie vor der Wahl, während des Krieges und nach der Jagd». С точностью до артикля её можно встретить, например, в стенограмме заседания Рейхстага в 1918 году, причём с упоминанием Бисмарка. Однако ни один из вариантов этого высказывания, опубликованный до 1898 года, то есть года, когда скончался экс-канцлер, не содержит отсылки к немецкому политику.
Впервые высказывание появляется в 1879 году в еженедельнике «В новом рейхе», где приписывается неназванному депутату рейхстага из либеральной «Группы Вильгельма Лёве», к которой консервативный рейхсканцлер Бисмарк никакого отношения не имел. Ещё три года спустя, снова без упоминания Бисмарка, оно появляется в юмореске Эмиля Доминика «Как мой друг стал членом рейхстага». После этого фраза несколько раз всплывает в печати как «афоризм» (1895), «пресловутый ответ» и «старая история». И только в 1904 году в журнале о борьбе с венерическими заболеваниями её в первый раз атрибутируют знаменитому политику:
«. если бы Бисмарку пришлось повторить свои известные слова о ситуациях, когда больше всего лгут (перед выборами, во время войны, после охоты), то на первое место он определённо должен был поставить воспалительные заболевания органов малого таза у женщин».
Таким образом, знаменитая цитата о войне, охоте и выборах, судя по всему, исторически никак не связана с биографией Отто фон Бисмарка и была приписана ему уже после его смерти.
Ещё нас можно читать в Телеграме, в Фейсбуке и в Вконтакте. Традиционно уточняю, что в сообществах отсутствуют спам, реклама и пропаганда чего-либо (за исключением здравого смысла), а в день обычно публикуем не больше двух постов.
Король семи морей. Часть 2. Охота на «Бисмарк»
Автор: Алан Цаликов.
Оставалась одна проблема. Англичане не знали, как конкретно «Бисмарк» собирался выйти в Атлантику. Было два варианта. Либо пройти в Датском проливе то есть, между Исландией и Гренландией, либо же пройти чуть южнее, между Шотландией и Исландией.
Командующий Флотом Метрополии, адмирал Джон Тови, учитывая опасность противника, выслал крейсера-разведчики во все возможные места прорыва – те самые два варианта отданные Лютьенсу на выбор. Тяжелому крейсеру «Саффолк» под флагом адмирала Уэйк-Уокера достался северный вход в Датский пролив, а чтобы корабль мог дозаправиться в Исландии, не оставляя проход без внимания, к нему в пару добавили другой тяжелый крейсер – «Норфолк».
Радиограмма от «Норфолка» об обнаружении двух кораблей противника поступила 23 мая в половине восьмого вечера. «Норфолк» обнаружил корабли противника в Датском проливе. Была собрана группа перехвата состоящая из гордости британского флота линейного крейсера «Худ» или как его называли матросы «Старина Худ» и новейшего линкора британского флота «Принц Уэльский».
Линкор «Принц Уэльский»
Командир соединения адмирал Ланселот Холланд, державший флаг на «Худе», дал полный ход кораблям, надеясь настичь немецкое соединение на выходе из пролива и навязать ему бой на параллельных курсах.
Изначально англичане приняли «Принц Ойген» за «Бисмарк», так как Ойген шёл первым (из-за более качественного радиолокационного оборудования). Так что, огонь был изначально сконцентрирован на «Принце Ойгене».
Немцы же сразу сосредоточили огонь по одному кораблю – «Худу». Первое удачное попадание получилось нанести «Принцу Ойгену», он из своих 203-мм орудий умудрился попасть в запас зенитных ракет располагающихся на верхней палубе, чем вызвал пожары.
Именно этот бой стал последним для «Старины Худа». До конца не понятно, что именно вызвало гибель «Худа». Предполагают, что один из выпущенных линкором снарядов «Бисмарка» описал дугу, пробил верхнюю палубу и попал в камеру хранения 100-мм снарядов, чем и вызвал детонацию боекомплекта. Существует так же и альтернативная версия, что точку в истории «Худа» поставил всё же «Принц Ойген», своим выстрелом по боекомплекту зенитных ракет. По предположению, это попадание и дальнейшая детонация зенитных боеприпасов спровоцировали череду пожаров и взрывов, которые в свою очередь, перекинулись на камеры хранения крупнокалиберных боеприпасов.
Фотография горящего «Худа». На борту «Бисмарка» находился фотограф из министерства пропаганды. Именно он заснял этот снимок.
После гибели «Худа», «Принц Уэльский» продолжил бой, но под напором орудий «Бисмарка» принял решение отходить. В 6:19 командир «Принца Уэльского» приказал поставить дымовую завесу и вышел из боя.
По результатам боя «Принц Ойген» остался невредим, а вот «Бисмарку» повезло меньше. Один из снарядов «Принца Уэльского» угодил в нос корабля, повредив топливный насос и топливную цистерну. Нос корабля набрал какое-то количество воды, но команде корабля в кратчайшие сроки удалось залатать пробоину стальными листами. Несмотря на все усилия, максимальная скорость хода упала до 20 узлов. Быстрее идти было просто опасно.
Казалось бы, потопить «Худ» было огромной удачей, но действие, как известно, вызывает противодействие. Англичане настолько были озлоблены потерей гордости своего ВМФ, что решили уничтожить «Бисмарк» любой ценой. Это было делом чести. Неизвестно, кто отдал приказ об уничтожении любой ценой, это мог быть либо адмирал Тови, либо лично Уинстон Черчилль.
Авианосец «Арк Роял»
После боя с «Худом» Лютьенс принял решение разделить силы. «Принц Ойген» должен был продолжить рейд самостоятельно, изображая из себя «Бисмарк», а настоящий «Бисмарк» в это время должен был прорваться к берегам Франции – под прикрытие люфтваффе.
Сразу после гибели «Худа» из Скапа-Флоу вышел линкор «Кинг Джорд V» с адмиралом Тови на борту. Тови рассчитывал настичь «Бисмарк» к 9 часам утра 25 мая.
Чтобы уменьшить скорость «Бисмарка» и не дать ему шанса ускользнуть от британского флота, Джон Тови дает приказ авианосцу «Викториос» атаковать немецкий линкор. «Викториос» находился на расстоянии 120 миль к северо-востоку от «Бисмарка» и это значило полтора часа ночного полета для не совсем опытных экипажей – авианосец вступил в строй недавно.
До 1938 года палубная авиация находилась в ведении RAF – Королевских военно-воздушных сил. RAF больше волновало развитие авиации наземного базирования и как бывает в таких случаях, качественный перекос произошел не в пользу военно-морской авиации. Ударное авиакрыло авианосцев формировалось из бипланов «Суордфиш» еще в середине 20-х годов выделявшихся своей старомодной конструкцией, (хотя, английские военно-исторические фильмы говорят, что самолёт был ещё очень даже ничего). Самолет разгонялся до 200 км/ч. в час, его каркас обтягивался полотняной обшивкой. Теперь на эти самолёты возлагалась задача атаковать «Бисмарк».
Но сначала самолеты надо было оторвать от полетной палубы. К 10 часам вечера ветер достиг штормовой силы. Палуба авианосца поднималась и проваливалась вниз на 15-17 метров. Но несмотря на волны, с авианосца смогли подняться 9 «Суордфишей»
Один за другим они повернули на юго-запад и, сопротивляясь встречному ветру, исчезли в дождевой пелене. Цель появилась через полтора часа, но порывы ветра, низкие тучи и волнение сорвали почти все атаки «Суордфишей». Лишь один самолет вышедший в атаку с правого борта смог выпустить торпеду точно в цель. Торпеда ударила в броневой пояс, не пробив борт, но взрывная волна прошла по корпусу линкора, вызвав хаос во внутренних помещениях. По заверениям британской стороны, «Суордфиши» заходили на цель с высоты 4-5 метров над уровнем моря. Углы вертикальной наводки ПВО «Бисмарка» не позволяли опустить орудия столь низко. Но данное заявление достаточно спорно. Историк Федор Лисицын, например, сомневается в правдивости этих заявлений. Погода была слишком плохой и волнение моря слишком слишком сильным для осуществления такого маневра.
Не смотря на позднее время – часы показывали пол-второго ночи, повреждения, первого погибшего и шестерых раненых, настроение экипажа все равно остается приподнятым. Линкор идет во Францию.
День 25 мая выдался для «Бисмарка» спокойный – ни корабли Гранд Флита, ни вражеская авиация не беспокоили. Немцы даже не догадывались, что британцы их потеряли. Ах да! У Лютьенса сегодня день рождения, ему исполнилось 52 года. Весь день шли поздравительные телеграммы – поздравлял Гитлер, поздравлял Редер. В 8:52 утра Лютьенс, видимо в приподнятом настроении от поздравлений, передает в Берлин длинную – 36 минут в эфире – радиограмму. В частности в сообщении упоминается о сражении в Датском проливе, о большом радиусе действия британских радаров, о потоплении «Худа» и о намерении идти на ремонт в Брест.
Полученные координаты «Бисмарка» передали Джону Тови. Теперь ему ясно – уйдя на север, догнать немецкий линкор он уже не может – их разделяют 130 миль. К тому же на британских кораблях, четвертый день преследующих «Бисмарк», ощущается нехватка топлива. Черчилль, политическая репутация которого во многом зависит от дальнейшей судьбы «Бисмарка», приказывает Тови продолжать погоню, «даже если весь флот придется вести домой на буксире». К счастью для англичан прибыл их главный козырь. Авианосец «Арк Роял» в составе соединения «H».
26 мая в 14:50 к месту обнаружения линкора вылетели «Суордфиши» с «Арк Рояла». В ходе этого вылета англичане чуть не потопили свой собственный корабль. Крейсер «Шеффилд» отправленный в этот район следить за перемещениями «Бисмарка» с безопасного расстояния, попал под несколько торпедных атак союзных «Суордфишей». Только после пуска третьей торпеды до эскадрильи дошло, что перед ними не «Бисмарк». «Шеффилду» же невероятно повезло, крейсер чудом смог уклониться от всех трёх торпед.
Следующую атаку, на этот раз уже против настоящего «Бисмарка», повторили через несколько часов. В 19:15, 15 торпедоносцев снова поднимаются с «Арк Ройала» и на этот раз, пройдя над «Шеффилдом» и получив с него точные пеленги, в 20:47 выходят на немецкий линкор. Часть свободного от дежурства экипажа «Шеффилда» вышла на палубу, чтобы посмотреть на такое редкое зрелище – атака британской авиацией немецкого линкора.
С «Шеффилда» видели, как после взрыва торпеды линкор описал дугу, уклоняясь на северо-запад, а потом остановился. «Шеффилд» тут же передал радиограмму, сообщая о странных маневрах немецкого корабля.
На «Бисмарке» тем временем оценивали размеры повреждений. Торпеда, попав в борт, повредила не только рули. Часть отсеков затоплена. В них спустили водолазов, но привести в рабочее состояние рулевое управление они не могут: мешает низкая температура воды и водовороты в рулевом отсеке. Работа снаружи вообще невозможна из-за сильного волнения моря.
К половине десятого вечера Лютьенсу уже понятно, что «Бисмарк» обречен – ни возможности управляться, ни лишних запасов топлива, а англичане уже дышали в спину. В 21:40 командующий отсылает Гитлеру радиограмму, сообщая, что линкор не в состоянии управляться, и что экипаж будет «драться до последнего снаряда». Линкоры «Кинг Джордж V» и «Родней» к тому времени уже соединились и движутся прямо на «Бисмарк». Тови, учитывая невысокую скорость «Роднея», рассчитывает встретиться с немецким линкором на рассвете. Ночью к «Бисмарку» пребывает одна из подлодок Кригсмарине. Задачей подлодки было забрать фотографа из отдела пропаганды и все материалы о походе «Бисмарка», включая кадры взрыва «Худа». Какого-либо существенного вклада в предстоящее сражение подлодка внести не могла, так что с полученными материалами вскоре отбыла в Германию.
27 мая в 8:33 наблюдатели немецкого линкора заметили показавшиеся на горизонте мачты. Хотя море все еще штормило – сила ветра доходила до 8 баллов, погода стояла более-менее ясная. Показавшиеся над горизонтом мачты, принадлежали линкору «Родней», немного спустя появились и мачты «Кинг Джорджа V» – флагманского линкора Джона Тови.
Первый выстрел пришелся на 8:47 часов. Его сделал «Родней». Противников разделяло чуть больше 10 миль. Лишенный возможности маневрировать, идущий на невысокой скорости, один против двух неповрежденных линкоров, «Бисмарк» был обречён.
Добивать «Бисмарк» оставляют крейсер «Дорсетшир», почти сутки шедший с юга на соединение с эскадрой Тови. «Дорсетшир» расстрелял линкор торпедами: две он выпустил в правый борт «Бисмарка», еще одну, обойдя линкор с кормы, в левый. В это время «Бисмарк» начинает крениться на левый борт и через несколько минут кормой вперед начинает уходить под воду. Долгие годы британцы – так требовали национальные амбиции – утверждали, что «Бисмарк» погиб от торпед «Дорсетшира», лишь одна из последних экспедиций Балларда доказала – линкор все-таки затопил экипаж, открыв кингстоны.
Их открыли когда «Дорсетшир», готовясь к торпедной атаке, подходил к левому борту линкора. Тогда же поступила команда – «покинуть корабль». Впервые за три дня боев и погони англичане увидели своих врагов – серые людские потоки, побежавшие к бортам «Бисмарка».
Линкор затонул в 10:36, оставив в волнах 800 человек, перепачканных мазутом. «Дорсетшир» совместно с эсминцем «Маори» приступили к спасательной операции, подняв на борт 117 человек из экипажа «Бисмарка». Но в воде оставалось еще около 700 человек, когда «Дорсетшир» вдруг запустил машины и, развив большую скорость, начал уходить с места катастрофы.
После войны капитана крейсера пытались судить, за то, что покинув место гибели «Бисмарка», он погубил несколько сотен человек. Но капитан оправдался, доказывая, что с крейсера видели перископ подводной лодки.
Гибель линкора «Бисмарк»
После детального обследования «Бисмарка» на дне океана выяснилось, что в корабль попало более 400 снарядов различных калибров. От 406-мм до 120-мм орудий.
«Бисмарк» на дне океана
«Бисмарк» строили для другой войны и для других задач. Линкор оказался безумно дорогим и принес сравнительно небольшую пользу. Но экипаж корабля в своей последней битве покрыл «Бисмарк» бессмертной славой и оставил огромный след в массовой культуре.
Автор: Алан Цаликов.
А ещё вы можете поддержать нас рублём, за что мы будем вам благодарны.
Яндекс-Юmoney (410016237363870) или Сбер: 4274 3200 5285 2137.
Подробный список пришедших нам донатов вот тут.
Подпишитесь, чтобы не пропустить новые интересные посты!
Король семи морей. Часть 1
Автор: Алан Цаликов.
Зачем Германии надводный флот
К окончанию Первой мировой войны германский кайзеровский флот насчитывал в своем составе 19 дредноутов, 5 линейных крейсеров, 21 устаревший броненосец, 44 крейсера, 137 эсминцев и 227 подводных лодок. Подписанный 28 июня 1919 г. Версальский мирный договор не оставил от былого величия и следа. Германии разрешалось сохранить 6 линкоров додредноутного типа, 6 легких крейсеров и по 12 эсминцев и миноносцев, общим тоннажем не свыше 108 000 т (в 1920 г. было разрешено держать в резерве еще 30% от этого числа). Численность личного состава флота ограничивалась 15 000 человек, из них не более 1500 офицеров.
Положение вещей стало меняться с приходом к власти нацистов. Германии за максимально короткий срок необходимо было решить несколько важнейших задач.
Задача первая: обеспечить тотальное превосходство немцев на Балтике. Необходимо было достичь превосходства над странами Скандинавии и Советским Союзом. Требовалось обезопасить Балтийское море от любых посягательств.
Задача вторая: максимально сократить количественный и качественный разрыв с флотом Франции, как наиболее вероятного соперника в новой войне. Немецкий флот как максимум должен был иметь возможность сойтись с силами французов в лоб, а как минимум повторить успех рейдерских операций первой мировой войны, а лучше превзойти его.
А вот с Англией планировалось договориться. Верхушка нацистов изначально мечтала о нейтралитете Англии в следующей войне, а господство Англии над морем не планировалось оспаривать. Следует понимать, что идея превзойти английский флот рассматривалась, но в глубокой перспективе. Немецкий план под кодовым названием «Z» предусматривал строительство огромного флота, но его постройка даже при самых лучших обстоятельствах не могла быть завершена раньше 1947-1948 года. Но, как мы уже знаем, Англия вмешалась в конфликт, а мечты нацистов о битве «раз на раз» с французским флотом так и остались мечтами.
Но опять же, вернемся к 1933 году. Германии нужен сильный, мобильный и достаточно многочисленный флот, который мог бы прикрыть Балтийское море, осуществить рейдерские операций в тылу противника, а при сильной необходимости сразиться на равных с линейным флотом Франции. Также крайне желательно было не спровоцировать Англию своей программой строительства флота.
Именно эти задачи определили дальнейший вектор развития немецкого надводного флота. Это объясняет дальнейший «компромисс» в виде постройки серии карманных линкоров «Дойчланд».
Но, карманные линкоры не могли противостоять на равных своим старшими коллегам. Необходимость строительства столь огромных и современных кораблей как «Бисмарк» стала вполне понятна после получения в 1933 году информации о том, что французы строят линкор «Дюнкерк». Настоящий монстр по немецким меркам, с полным водоизмещением в 34 тысячи тонн. У немецкого ВМФ не было адекватного ответа на такое, не было ни единого корабля, который мог бы хотя бы сравняться с «Дюнкерком». Примерно так и зародилась необходимость в линкорах серии «Бисмарк», как достаточно быстроходных, тяжелых рейдеров, которые в случае чего могут дать сражение линкорам класса «Дюнкерк» и выйти из боя победителями.
Строительство такого гиганта как «Бисмарк» и его брата-близнеца «Тирпица» стало возможным только благодаря грамотным политическим ходам нацистов. 16 марта 1935 года Гитлер официально объявил об отказе Германии соблюдать условия Версальского договора, так что формальных препятствий для постройки более крупных кораблей больше не было. Отказ Германии от Версальских ограничений вызвал естественное беспокойство в других странах, и во время дипломатических контактов с aнгличанам Гитлер дал понять, что желает добровольно ограничить свой ВМФ уровнем 35 процентов от британского. Дальнейшие переговоры привели к заключению 18 июня 1935 года в Лондоне англо-германского морского соглашения, закрепившего эту норму и, кроме того, обязавшего Германию соблюдать ограничения морских договоров, заключенных Великобританией с другими странами. Этот договор был заключен слишком поздно для того, чтобы повлиять на проект «Шарнхорста» и «Гнейзенау», но снял беспокойство по поводу политических осложнений из-за возможного роста водоизмещения кораблей по сравнению с проектным. Теперь Германия должна была следовать условиям Лондонских морских соглашений, ограничивавших лишь водоизмещение судов, а не их количество. А выйти за ограничения в 35% даже при большом желании для Германии было проблематично.
Что из себя представлял «Бисмарк»
Проект линкоров «F» и «G» утвержден 16 ноября 1935 года. По существовавшей в Германии традиции, корабль при закладке получал литерное обозначение, при этом в каждом классе велась своя «буквенная» линия. А официальное название ему присваивалось при спуске на воду. Так что, в нашем случае линкор «F» это Бисмарк, а линкор «G» это Тирпиц.
Согласно Лондонским соглашениям водоизмещение линкора не могло превышать 35 тысяч тонн. И изначально действительно, планировали уложиться в 35 тысяч. Но на практике оказалось, что стандартное водоизмещение итогового проекта составляет 41 тысячу тонн (это при том, что броню и так сделали тоньше чем планировали). Полное же водоизмещение достигло чудовищных 50 тысяч тонн. Сэкономить было уже никак, поэтому проект был утверждён. В рамках секретности во всей проектной документации была указана цифра в 35 тысяч. Максимальная скорость хода составляла 29 узлов, максимальная дальность плаванья составляла около 8500 миль, при скорости хода в 15 узлов.
Итак, давайте по пунктам разберем, почему же «Бисмарк» являлся грозной силой и гордостью Кригсмарине.
Общий вес брони на «Бисмарке» составлял 18 700 метрических тонн или 40% от проектного боевого водоизмещения. Только японский суперлинкор «Ямато» превосходил немецкий корабль по суммарному весу бронирования (22 895 метрический тонн), но при этом существенно уступал по его процентному отношению к водоизмещению — всего 33,2%.
Схема бронирования линкора
Жизненно важные отсеки защищала броневая цитадель, прикрывавшая 68% длины корпуса по ватерлинии (70,7 м в длину и 7 м в высоту) и замыкавшаяся в носу и в корме броневыми траверзами. Вся вертикальная броня толще 100 мм изготавливалась из закаленной стали. Главный пояс состоял из верхнего и нижнего рядов плит. Нижний ряд плит (главный пояс) имел толщину 320 миллиметров. Верхняя кромка главного пояса располагалась на 100 мм ниже батарейной палубы, нижняя кромка – на 7800 мм выше киля. По верхней кромке пояс имел желоб и уступ для соединения с плитами верхнего ряда плит. Верхний пояс имел толщину 145 мм и доходил по высоте до верхней палубы. По замыслу германских конструкторов, этот пояс должен был служить защитой от снарядов крейсеров и эсминцев при стычках на ближних дистанциях.
Выбор калибра для капитальных кораблей всегда являлся основным вопросом при составлении технического задания, а в случае с линкором «Бисмарк», постоянные перемены мнений относительно их артиллерии заставляли одновременно прорабатывать несколько вариантов эскизных проектов для разных калибров. При этом требовалось найти компромисс между скорострельностью орудий сравнительно небольшого калибра, позволявшей увеличить число попаданий, и разрушительным воздействием менее скорострельных крупнокалиберных орудий. По мнению немецких специалистов, наиболее полно этой задаче отвечали 380-мм орудия. Увеличение калибра при сравнимой начальной скорости снаряда вело к снижению живучести стволов, меньший же калибр считался малоэффективным по разрушительному действию боеприпасов, не обеспечивая при этом заметного преимущества в скорострельности. 380-мм орудия послужили хорошим компромиссом мощности и скорострельности. Всего на линкоре было размещено 8 орудий главного калибра, попарно в четырех башнях.
Зенитная и вспомогательная артиллерия
Артиллерия вспомогательного калибра линкора «Бисмарк» состояла из 12 орудий калибра 150-мм SKC/28, размещённых попарно в башнях. Над выбором вспомогательной артиллерии долго думать не пришлось, был взят обычный для тех времён средний калибр.
зенитное орудие LC/37
В окончательном проекте «Бисмарк» получил две поперечных катапульты производства кильской «Дойче Верке». Они располагались позади дымовой трубы. Общая длина жестко закрепленного участка составляла 32 метра, но каждая катапульта могла телескопически раздвигаться еще на 16 метров. Был возможен одновременный пуск сразу двух гидросамолётов. Линкоры имели по три авиационных ангара.
Ангар номер 1 на два самолета находился под грот-мачтой. Ангары номер 2 и номер З располагались на корабле слева и справа от дымовой трубы и использовались для предполетной подготовки гидросамолетов. Их площадь составляла 60 квадратных метров, что позволяло разместить в них по одному самолету со сложенными крыльями. Рельсовые пути обеспечивали перемещение самолетов от ангаров к катапульте, а с помощью кранов, установленных побортно в районе дымовой трубы самолеты перемешались на пусковую тележку катапульты. Линкоры типа «Бисмарк» использовали гидросамолеты только одного типа – «Арадо» Аг 196.
Гидросамолёт «Арадо» при погрузке на корабль.
Стоит отметить, немцы электрифицировали всё что могли, начиная от механизма поворота и наведения орудий, заканчивая подъемными кранами для гидросамолётов. На «Бисмарке» даже были кондиционеры. Всё это нуждалось в огромном количестве энергии.
Вентиляция и кондиционирование
Кондиционерами оснащались корабельный лазарет, фотолаборатория для проявления снимков с гидросамолетов и офицерская кают-компания. Всего на кораблях имелось по 230 электрических вентиляторов, из которых 33 обслуживали котельные и машинные отделения. Вентиляционные шахты оснащались водонепроницаемыми шторками, так что водонепроницаемость помещений должна была сохраняться до уровня батарейной палубы. Под ней вентиляционные шахты располагались вертикально и не проходили через главные водонепроницаемые переборки. В отсеках энергетической установки вентиляционные шахты были оснащены также газонепроницаемыми шторками на случай возгорания нефти. Главная холодильная установка находилась в отсеке на нижней платформе. Установка была электрической.
По проекту экипаж линкора состоял из 1927 человек. Увеличиваясь до 2106 при использовании в качестве флагманского корабля. При вступлении в строй экипаж Бисмарка состоял из 103 офицеров и 1962 матросов.
Цена линкора «Бисмарк» составила 198 миллионов рейхсмарок. Курс к доллару тогда был 1 к 2. То есть, стоимость линкора «Бисмарк» составляла примерно 100 миллионов долларов. Для сравнения, например, самоходная установка «Штуг 3» стоила 100 тысяч рейхсмарок. Только американский серийный линкор «Айова» 1945 года выпуска, несопоставимо более мощный, с несопоставимыми по дороговизне радарами и оборудованием смог сравняться с «Бисмарком» по стоимости. Линкоры «Айова» тоже стоили 100 миллионов долларов за штуку. «Тирпиц» и «Бисмарк» обошлись Германии безумно дорого.
Боевое применение «Бисмарка». Операция «Учения на Рейне»
Корабль сошёл со стапелей 14 февраля 1939 года. При спуске на воду присутствовали Адольф Гитлер и внучка князя Бисмарка Доротея фон Левенфельд, по традиции «окрестившая» корабль бутылкой шампанского.
Окончательно «Бисмарк» был введен в состав Кригсмарине 24 августа 1940 года.
После введения корабля в строй встал традиционный вопрос. А что делать дальше? Как применять эти 198 миллионов? Франция уже пала. Англия не осталась нейтральной, а очень даже активно воюет. Ни о каком лобовом сражении с силами Англии и речи быть не могло. Выход был найден после фантастического успеха рейдерской операции «Берлин» (она достойна отдельной статьи, так что если хотите, то пишите в комменты).
Доротея фон Левенфельд готовится разбить бутылку с шампанским
Рейдерская операция линкоров «Шанхорст» и «Гнейзенау» окончилась просто безумно удачно. Два этих линкора потопили английских кораблей на 150 тысяч тоннажа и вернулись обратно в Германию. Пропаганда Геббельса буквально вопила об успехе. «Впервые немецкие линкоры вышли в открытое море и громят англичан». Операция «Берлин» послужила неким триггером для руководства Германии, операция показала буквально, что «так делать можно», немецкий линейный флот не будет бездельничать в портах, а может приносить ощутимую пользу в дальних рейдах. Других вариантов применения «Бисмарка» кроме рейдерских операций не было. Вообще и никаких.
Торжественный спуск «Бисмарка» на воду.
Итак, Бисмарк планировалось использовать как рейдерскую единицу в Атлантике, но по опыт прошлых лет показал, что эффективнее действуют рейдерские соединения в составе двух, а лучше трех судов. Необходимо было послать линкор «Бисмарк» и кого то ещё подходящего под дальнее плаванье. Решено было вместе с «Бисмарком» отправить тяжелый крейсер «Принц Ойген».
Командовать рейдерским соединением назначили адмирала Гюнтера Лютьенса. Ему же принадлежали лавры за проведение операции «Берлин». Лютьенс планировал повторить успех.
Операция под кодовым названием «Учения на Рейне» состояла в том, что «Бисмарк» и «Принц Ойген» выйдут из Норвегии, пройдут через Датский пролив в Атлантику, нанесут максимальный ущерб торговому флоту союзников, а дальше по обстоятельствам. Либо возвращаться обратно в Норвегию, либо во французский Брест. Начало операции было назначено на 18 мая 1941 года.
Выход из Готенхафена назначили в ночь с 18 на 19 мая.
Из-за особенностей шведского нейтралитета на её территории находились военные атташе как Германии, так и Англии. И обстановка была достаточно милой, по вечерам шведские офицеры вместе с английским и немецким атташе могли перекинуться в карты и выпить бокал виски. Именно в тот вечер один шведский полковник в ходе игры в карты сообщил английскому атташе информацию об обнаружении «больших кораблей», после чего эта информация была немедленно передана в Лондон.
Эту информацию следовало подтвердить. Все, конечно, ожидали повторения операции «Берлин», но этот выход кораблей мог быть простыми учениями. Все опасения подтвердились после воздушной разведки. «Бисмарк» дозаправлялся. Это могло означать только одно – он готовился к дальнему походу.
Автор: Алан Цаликов.
А ещё вы можете поддержать нас рублём, за что мы будем вам благодарны.
Яндекс-Юmoney (410016237363870) или Сбер: 4274 3200 5285 2137.
Подробный список пришедших нам донатов вот тут.
В следующей части: охота на «Бисмарк».
Подпишитесь, чтобы не пропустить!
Бисмарк: «Я этого не говорил»
В прошлом посте был разбор одной цитаты, приписываемой «Железному Феликсу», в этот раз – вспомним про «железного канцлера» Отто фон Бисмарка. Из его уст вышло немало образных выражений, которые сегодня часто цитируют. Но вот выражение «Сила выше права», как и в прошлый раз, приписано ему другими. Причем, в этом случае, данный факт доказан самим Бисмарком.
В 1862 году прусский король Вильгельм I назначает Бисмарка министром-председателем правительства Пруссии, наделив его широкими полномочиями. Новый глава правительства был, как известно, консерватором и всеми силами стремился к объединению Германии. Но не все члены правительства разделяли подход Бисмарка к этому вопросу, подразумевавший активную внешнеполитическую деятельность и, соответственно, высокие бюджетные расходы на ее поддержку. Эти разногласия вылезли наружу, когда, в январе 1863 года в ландтаге (прусском парламенте) началось обсуждение бюджета. Либеральное крыло, считавшее, что «германский вопрос» надо решать постепенно и всеми силами избегать насилия, противилось утверждению варианта бюджета от Бисмарка.
Чтобы переубедить депутатов Бисмарк взял слово:
– Один искушенный государственный муж сказал, что вся конституционная жизнь представляет собой ряд компромиссов. Если компромисс невозможен… ряд компромиссов прерывается, и вместо них возникают конфликты; поскольку же государственная жизнь не может стоять на месте, конфликты становятся вопросом силы; тот, в чьих руках власть, действует в таком случае по своему разумению.
Вскоре после этого выступления Бисмарк вышел из зала парламента и как раз на это время пришлось выступление министра внутренних дел Максимиллиана фон Шверина, который был неформальным лидером либералов в ландтаге. Фон Шверин заявил, что своим выступлением, дескать, Бисмарк объявил, что сила выше права, а он, напротив, считает право выше силы.
Тут в зал вернулся Бисмарк и начал возмущаться, что его слова переиначили и он говорил и подразумевал совсем иное. Фон Шверин признал, что дословно канцлер такого не говорил, но настаивал, что смысл выступления Бисмарка сводился именно к этой формуле. Затем ряд газет процитировали «краткое изложение» позиции Бисмарка в версии Шверина и с того времени Бисмарку эту фразу регулярно приписывают.
Что интересно, Шверин тоже не первым озвучил эту формулу, как и в прошлый раз, все началось с античных времен. Формально, с поэмы «Труды и дни» Гесиода (кстати, первого древнегреческого поэта, чье существование достоверно подтверждено):
«Правду заменит кулак.
… Где сила, там будет и право».
А поскольку эта поэма очень насыщена пословицами и поговорками той эпохи, можно предположить, что и Гесиод был не первым, кто вывел это «право сильного».
Несколько позже, в IV в. до н. э., в схожей ситуации оказались римляне, эту историю описал Плутарх. Однажды галлы перешли Альпы и вторглись в Италию. Жители осажденного ими города Клузиума призвали на помощь римлян. Римские послы попросили галльского вождя Бренна помириться с жителями этого города, поскольку те были давними союзниками римлян.
Бренн согласился, но потребовал в качестве отступного отдать ему виноградники в окрестностях города. Римляне возмутились: «Но по какому праву вы отнимаете земли у их законных владельцев?» На что Бренн ответил: «Наше право мы носим на конце нашего меча. Сильным принадлежит весь мир!»
Позже эту мысль озвучил Лютер, когда он делал свой вольный перевод Библии с латыни на немецкий. Так фраза из синодального варианта «и восстает вражда, и поднимается раздор», в протестантском превратилась в «Сила берет верх над правом». Оба варианта объединяло то, что примат силы рассматривался как нечто катастрофическое для государства и мира, что вполне соответствовало христианскому взгляду на мироустройство.
Наступило Новое время и мнения по этому поводу разделились. Жан-Жак Руссо сомневался в преимуществе силы над правом: «Самый сильный никогда не бывает настолько силен, чтобы оставаться постоянно повелителем, если он не превратит своей силы в право, а повиновения ему – в обязанность. Сила – это физическая мощь, и я никак не вижу, какая мораль может быть результатом ее действия».
Что же касается Бисмарка и других политиков, то с присущей им гибкостью, они в зависимости от ситуации выступали то сторонниками, то ярыми противниками такого подхода. Но перед тем, как традиционно обвинять их в лицемерии, подумайте, а сами вы всегда придерживаетесь одной и той же позиции в данном вопросе?)
ДУЭЛЬ НА СОСИСКАХ. ИСТОРИЯ О ТОМ, КАК СТРУСИЛ «ЖЕЛЕЗНЫЙ КАНЦЛЕР»
Во времена Отто фон Бисмарка жил да был врач Рудольф Вирхов. В историю он вошел как один из пионеров клеточной теории, физиолог и гистолог (кстати, читавший лекции и в России). А в свободное от науки время он трепал нервы будущего канцлера в прусском Рейхстаге.
— Сделаем Германию великой! Закрутим гайки до упора! Пушки вместо масла! — бушевал ярый монархист Бисмарк.
Потом на трибуну поднимался Вирхов и начиналось:
— Долой царя! За нашу и вашу свободу! Мойте руки после туалета!
Их конфронтация стартовала в 1852 году. Бисмарк был приверженцем жёстких мер во внутренней политике, преследовал прессу, давил профсоюзы и гнобил оппозицию. Вирхов — участник революции 1848 года, защитник гражданских прав, высоколобый интеллигент в очочках, в общем — рукопожатная личность. «Они сошлись. Волна и камень, стихи и проза, лёд и пламень. » Дело шло к эпическому мордобою.
В 1862 году Бисмарк произнес речь о том, что вопрос объединения Германии будет решаться «железом и кровью».
После этого Бисмарк изо дня в день был вынужден выслушивать, что именно демократы и их неформальный лидер Вирхов думают о его авантюрной и агрессивной внешней политике. К 1865 году это так достало канцлера, что тот решил тряхнуть стариной и оправдать свою кличку «бешеный помещик». Он вызвал ученого на дуэль.
Если кто-то сейчас представил себе кидание тортами или конкурсы, на которых нужно съесть максимум еды за единицу времени, забудьте. Вирхов не шутил. Его условия шокировали Бисмарка.
Одну сосиску Вирхов предложил использовать в первозданном виде, а вторую заразить личинками паразитических червей нематод, а конкретно — трихинеллой. Далее соперники выбирают себе по сосиске, съедают — и будет видно, на чьей стороне Фортуна.
Пропустим неаппетитные последствия инфицирования трихинеллой, отметим лишь, что эти паразиты вызывают смертельно опасный трихинеллёз. Медицина того времени была перед ним бессильна от слова совсем. Вирхов не мог явиться на дуэль, накачавшись антибиотиками (их тогда еще попросту не изобрели), но это и не понадобилось. Бисмарк отказался, сказав, что риск для него слишком велик.
До этого воинственный немецкий лидер принимал участие в 27 дуэлях. В память о бурной молодости у него на всю жизнь остался шрам через всю щёку от удара шпагой. Но, как оказалось, холодная сталь — ничто перед сосиской.
Мораль: не связывайтесь с очкариками!
Человек, объединивший Германию. Отто фон Бисмарк
Отто фон Бисмарк (Эдуард Леопольд фон Шенхаузен) родился 1 апреля 1815 года в родовом поместье Шенхаузен в Бранденбурге к северо-западу от Берлина, третий сын прусского землевладельца Фердинанда фон Бисмарка-Шенхаузена и Вильгельмины Менкен, при рождении получил имя Отто Эдуард Леопольд.
Закончив гимназию, Отто 10 мая 1832 году в возрасте 17 лет поступил в университет в Геттингене, где изучал право. В бытность студентом получил репутацию гуляки и драчуна, отличался в дуэльных поединках.
Бисмарк стал известен благодаря своей консервативной позиции в ходе конституционной борьбы в Пруссии в 1848-1850 годах. Из «бешеного юнкера(помещика)» Бисмарк превратился в «бешеного депутата» Берлинского ландтага. Противодействуя либералам, Бисмарк способствовал созданию различных политических организаций и газет, включая «Новую прусскую газету» («Neue Preussische Zeitung»). Он был депутатом нижней палаты парламента Пруссии в 1849 году и Эрфуртского парламента в 1850 году, когда выступил против федерации германских государств (с Австрией или без нее), ибо верил, что это объединение укрепит набиравшее силу революционное движение. В своей Ольмюцской речи Бисмарк выступил в защиту короля Фридриха Вильгельма IV, капитулировавшего перед Австрией и Россией. Довольный монарх написал о Бисмарке: «Ярый реакционер. Использовать позже».
В мае 1851 года король назначил Бисмарка представителем Пруссии в союзном сейме во Франкфурте-на-Майне. Там Бисмарк практически сразу же пришел к заключению, что целью Пруссии не может быть германская конфедерация при господствующем положении Австрии и что война с Австрией неизбежна, если господствующие позиции в объединенной Германии займет Пруссия. По мере того как Бисмарк совершенствовался в изучении дипломатии и искусстве государственного управления, он все больше отдалялся от взглядов короля и его камарильи. Со своей стороны, и король начал терять доверие к Бисмарку. В 1859 году брат короля Вильгельм, бывший в то время регентом, освободил Бисмарка от его обязанностей и направил посланником в Санкт-Петербург. Там Бисмарк сблизился с российским министром иностранных дел князем А.М. Горчаковым, который содействовал Бисмарку в его усилиях, направленных на дипломатическую изоляцию сначала Австрии, а затем и Франции.
В течение следующего десятилетия политика Бисмарка привела к трем войнам: войне с Данией в 1864 году, после которой к Пруссии были присоединены Шлезвиг, Голштиния (Гольштейн) и Лауэнбург; Австрией в 1866 году; и Францией (франко-прусская война 1870-1871 годов).
9 апреля 1866 года, на следующий день после подписания Бисмарком секретного соглашения о военном союзе с Италией в случае нападения на Австрию, он представил на рассмотрение бундестага свой проект германского парламента и всеобщего тайного избирательного права для мужского населения страны. После решающей битвы при Кётиггреце (Садовой), в которой германские войска разгромили австрийские, Бисмарк сумел добиться отказа от аннексионистских претензий Вильгельма I и прусских генералов, желавших вступить в Вену и требовавших крупных территориальных приобретений, и предложил Австрии почетный мир (Пражский мир 1866 года). Бисмарк не позволил Вильгельму I «поставить Австрию на колени», оккупировав Вену. Будущий канцлер настоял на сравнительно легких условиях мира для Австрии с тем, чтобы обеспечить ее нейтралитет в будущем конфликте Пруссии и Франции, который год от года становился неизбежным. Австрия была исключена из Германского союза, Венеция присоединялась к Италии, Ганновер, Нассау, Гессен-Касель, Франкфурт, Шлезвиг и Голштиния отошли к Пруссии.
Одним из важнейших следствий австро-прусской войны было образование Северо-Германского союза, в который наряду с Пруссией входило еще около 30 государств. Все они, согласно конституции, принятой в 1867 году, образовали единую территорию с общими для всех законами и учреждениями. Внешняя и военная политика союза была фактически передана в руки прусского короля, который объявлялся его президентом. С южно-германскими государствами вскоре был заключен таможенный и военный договор. Эти шаги ясно показывали, что Германия быстро идет к своему объединению под главенством Пруссии.
Вне Северо-Германского союза остались южные немецкие земли Бавария, Вюртемберг и Баден. Франция делала все возможное, чтобы помешать Бисмарку включить эти земли в состав Северо-Германского союза. Наполеон III не хотел видеть на своих восточных границах объединенную Германию. Бисмарк понимал, что без войны эту проблему решить не удастся. В последующие три года секретная дипломатия Бисмарка была направлена против Франции.
Когда началась война между Францией и Северо-Германским союзом и прусские генералы начали одерживать над французами победу за победой, ни одна крупная европейская держава не вступилась за Францию. Это было результатом предварительной дипломатической деятельности Бисмарка, сумевшего добиться нейтралитета России и Англии. России он обещал нейтралитет в случае выхода ее из унизительного Парижского договора, запрещавшего ей иметь свой флот в Черном море, англичане были возмущены опубликованным по указанию Бисмарка проектом договора об аннексии Францией Бельгии. Но самым важным было то, что именно Франция напала на Северо-Германский союз, вопреки неоднократным миролюбивым намерениям и мелким уступкам, на которые шел по отношению к ней Бисмарк (вывод прусских войск из Люксембурга в 1867 году, заявления о готовности отказаться от Баварии и создать из нее нейтральную страну и т.д.).
В области внешней политики Бисмарк прилагал все усилия, чтобы закрепить завоевания Франкфуртского мира 1871 года, способствовал дипломатической изоляции Французской республики и стремился предотвратить образование любой коалиции, угрожавшей гегемонии Германии.
Со вступлением на престол Вильгельма II в 1888 году Бисмарк потерял контроль над правительством. На личной аудиенции у императора, Вильгельм II намекнул Бисмарку на желательность его отставки и получил от Бисмарка заявление об отставке 18 марта 1890 года. Отставка была принята через два дня, Бисмарк получил титул герцога Лауэнбургского, ему было присвоено также звание генерал-полковника кавалерии.
В 1895 году вся Германия праздновала 80-летие «Железного канцлера». В июне 1896 года князь Отто фон Бисмарк участвовал в коронации российского царя Николая II. Умер Бисмарк во Фридрихсруэ 30 июля 1898 года. «Железный канцлер» был похоронен по его собственному желанию в его имении Фридрихсруэ, на надгробии его усыпальницы была выбита надпись: «Преданный слуга немецкого кайзера Вильгельма I».