Феминитив что это такое простыми
«Я вам не авторка»: кого и почему раздражают феминитивы
Феминитивы (от лат. femina — женщина) — это слова, обозначающие женщин и часто образованные от однокоренных существительных мужского рода. В русском языке у феминитивов обычно есть специальный суффикс, например «-иц-» в слове «волчица» или «-к-» в словах «трактористка» и «журналистка».
По данным онлайн-опроса, проведенного в апреле 2021 года среди 164 тыс. человек (52% из них женщины, 48% — мужчины), 84% респондентов допускают, что феминитивы в скором времени станут грамматической нормой. Однако положительно к ним относятся только 11% опрошенных. По результатам другого опроса, проведенного в 2020 году фондом «Общественное мнение», к феминитивам негативно относятся 60% россиян.
Некоторые представители власти и вовсе предлагают штрафовать СМИ «за использование слов, намеренно искажающих русский язык и пропагандирующих безграмотность». Разбираемся, по каким причинам людей раздражают феминитивы.
Первая причина: языковой дискомфорт
Как пишут авторы книги «Словарь терминов межкультурной коммуникации», языковой дискомфорт — это осознание неуместности использования конкретного слова. Он может быть вызван низкой самооценкой человека, плохим владением языка и страхом допустить ошибку в произношении. Кроме внутриличностных причин такого состояния есть и внешние. Например, если общество негативно относится к понятию, за которым слово закреплено. Если говорить о феминитивах, то некоторые вкладывают в них негативный смысл и считают, что человек, который называет их «бухгалтеркой», а не «бухгалтером», относится к ним пренебрежительно. В такой ситуации многие будут избегать использования этих слов в речи, потому что не хотят сталкиваться с негативной реакцией.
Виктор Лебедев, психиатр, научный журналист:
«В случае с феминитивами языковой дискомфорт может быть вызван тем, что эти слова еще непривычны для большинства людей. Непривычное не означает плохое, но может вызывать определенное когнитивное сопротивление новым паттернам поведения, своеобразную «лень» мозга. Обычно мы не любим значимо перестраивать свои привычки и устоявшиеся модели поведения, тем более под внешним давлением. Это вызывает у нас естественное сопротивление и более стойкое желание делать по-своему.
Я думаю, что ругать кого-то за использование или неиспользование феминитивов не стоит, так как это бессмысленно и порождает излишнее напряжение и сопротивление с обеих сторон. Со временем, если языковая среда изменится в сторону большей частоты использования феминитивов (что уже понемногу происходит), их употребление в речи станет более естественным и не будет вызывать таких вопросов и споров, как вызывает сейчас».
Вторая причина: идеология стандартного языка
Идеология стандартного языка — это приверженность общепринятому разговорному языку, который поддерживается различными социальными группами. Наибольший вклад в формирование этой идеологии вносит государство через образовательные программы.
Школьные преподаватели с первого класса учат нас правильно ставить ударение и склонять имена существительные. И когда люди, выросшие на классических правилах русского языка, сталкиваются с новыми феминитивами, они их отрицают, ведь «это неграмотно и портит речь».
Третья причина: негативное отношение к феминизму
Впервые новые и непривычные феминитивы, такие как «режиссерка» или «редакторка», начали использовать в своих выступлениях и блогах фемактивистки. С тех пор эти слова ассоциируются с феминизмом, зачастую с радикальным, к которому 63% россиян относятся отрицательно.
Татьяна Ларина, кандидат социологических наук, доцент кафедры социологии РУДН:
«Нельзя отрицать тенденции на усиление роли женщин в общественной жизни. И конечно, они находят отражение и в языке. Поэтому причину негативного отношения к феминитивам стоит искать в отношении общества к феминизму в целом.
Данные опроса ВЦИОМ от 2019 года говорят о том, что феминистическое движение поддерживает только треть россиян, в основном молодежь, а 55% — не поддерживают. В то же время 61% опрошенных считает, что нужно стремиться к полному равноправию мужчин и женщин. Это значит, что в общественном сознании сам факт равенства прав полов не вызывает негатива, а вот феминизм как явление воспринимается хуже. Феминитивы в данном случае выступают лингвистическими маркерами феминизма, который в нашем обществе отнюдь не само собой разумеющееся явление. В целом, конечно, чем моложе человек, тем более открыто он воспринимает новшества в данной сфере, но молодежь — не вся Россия.
С социологической точки зрения, язык — живая система, гибко реагирующая на социальный контекст. В данном случае мы наблюдаем в отношении к феминитивам смешение денотативных значений (что слово значит на самом деле) и коннотативных, символических значений (что оно может значить в данном контексте) с уклоном на вторые. Нельзя утверждать, что «новые» феминитивы уж совсем маргинализированы, но скорее сейчас они являются маркером, отражающим социальную позицию персоны, их использующей. Таким образом, использование новых феминитивов сейчас — своеобразное идеологическое высказывание».
Оксана Мороз, культуролог, доцент НИУ ВШЭ:
«Есть представление, что феминитивы важны крайне узкой прослойке людей — например, только людям с фем- и профем-взглядами. В таком случае работает понятная логика: можно легко умалять значение беспокойства тех, кто малочислен. Но то, что эта логика понятна, не делает ее допустимой, поскольку следствие ее — дискриминация и, возможно, риторика ненависти».
Четвертая причина: страх перед новым явлением
Многим сложно принимать новое и непонятное в свою жизнь. В истории есть множество примеров того, как общество долгое время отвергало что-то непривычное, прежде чем его все же одобрить. Например, в 1608 году, когда Галилео Галилей с помощью телескопа понял, что Земля вращается вокруг Солнца, и рассказал об этом народу, его отправили на суд инквизиции. Также когда-то мы не верили в успех телевидения, говорили о ненужности компьютеров и кино.
Причиной такой реакции на новое явление являются особенности нашей психики. В некоторых случаях всему виной неофобия — патологический страх перед новым и непривычным. Человек, имеющий такую проблему, сопротивляется свежим идеям, технологиям, открытиям и даже продуктам питания.
Но чаще всего то, как мы реагируем на нововведения, зависит от восприимчивости психики.
Виктор Лебедев:
«Неготовность воспринимать новое и трудности с переключением на незнакомые алгоритмы поведения могут быть связаны с открытостью новому опыту — одной из базовых характеристик личности человека, по которой мы все между собой различаемся. Каждый из нас находится на определенной точке в спектре от полного неприятия нового до абсолютной открытости всему. Понятно, что крайние точки существуют только в теории, но вот промежуточные значения встречаются нам ежедневно в реальной жизни.
Открытость новому тесно связана с когнитивной гибкостью, способностью усваивать и применять на практике новые знания. Очевидно, что обычно с возрастом когнитивная гибкость и способность к обучению снижается, поэтому не станет удивительным тот факт, что при старении нарастает и консервативность. Не в плане политических взглядов, а скорее как стремление к стабильности окружающего и внутреннего мира. Это естественный процесс, который надо учитывать, когда мы обсуждаем восприятие новых явлений в разных возрастных группах».
Современные феминитивы — это относительно новое явление, к которому общество еще не привыкло. Причиной неоднозначной реакции на них является то, что появились они всего лишь несколько лет назад. На сегодняшний день ситуация немного изменилась, но эти слова все еще редко используют в медиапространстве, а 28% россиян вообще с ними не сталкивались.
Великие и ужасные феминитивы: зачем они всё-таки нужны
Господство мужских форм в названиях профессий снижает мотивацию женщины развиваться. Использование феминитивов — стратегия, чтобы сделать профессионалок видимыми. Так считает Алия Низамова, сотрудница программы «Гендерные исследования» Европейского университета в Санкт-Петербурге. К Международному дню грамотности мы поговорили с ней о феминитивах и об их влиянии на общество, мышление и язык.
Но сначала немного теории.
Что такое феминитивы
Термин «феминитив», или «феминатив», в языке существует давно, говорит лингвист Ирина Фуфаева в своей книге «Как называются женщины. Феминитивы: история, устройство, конкуренция». Только известен он был в кругу языковедов, изучающих словообразование, а активно начал обсуждаться в последние десять лет.
В широком смысле феминитивы — любое слово про женщин. Слова «мама», «тётя», «женщина» тоже феминитивы. Но споры в основном ведутся вокруг слов, которым значение женского добавляется с помощью морфем (чаще всего суффиксов).
Слова, определяющие женщин и образованные с помощью суффикса ‑к-, были и раньше. Они использовались для обозначения:
В отличие от феминитивов, обозначающих место женщины в профессиональной сфере, эти слова нейтральные и общепризнанные.
Когда появились первые феминитивы в профессиях
Ирина Фуфаева отмечает, что феминитивы довольно часто встречаются в документах, сохранившихся ещё с XVII века: банщица, кружевница, курятница, дворница (от слова дворник), даже золоторица (женщина-ювелир) и левкащица (занималась грунтовкой ткани). При этом знатные женщины тогда вообще не могли выбирать профессию и проводили жизнь в «теремном заключении».
В XVIII веке Россия активно взаимодействует с европейскими государствами и, конечно, влияние Запада сказывается на общественной жизни. Девушки выходят из теремов, и хотя они ещё не могут получать университетское образование, знатные люди начинают обучать дочерей на дому. В моду входит светская жизнь. Появляются слова «комедианша», «танцовщица», «музыканша», «художница», «живописица».
Настоящий расцвет феминитивов пришёлся на конец XIX — начало XX века, когда у женщин появилась возможность получать университетское образование. Больше профессий становятся доступными, и появляются слова «телеграфистка», «учительница», «акушерка», «продавщица», «работница», «автомобилистка».
С 1930‑х на официальном уровне закрепилось уважительное обращение к человеку с использованием мужской формы (товарищ секретарь). А слова в женской форме стали считаться разговорными, и некоторые из них со временем вышли из обихода, например слово «товарка» (использовалось как женская форма слова «товарищ»). К 1960‑м годам называть женщин-профессионалок мужским родом официально стало литературной нормой.
Снова феминитивы начали активно обсуждаться несколько лет назад. Сейчас людей условно можно разделить на тех, кто считает, что феминитивы только коверкают русский язык, и тех, кто убеждён в том, что они помогают обществу уходить от стереотипов.
Сотрудница программы «Гендерные исследования» Европейского университета в Санкт-Петербурге
Социальная роль феминитивов
На первый взгляд кажется, что язык — это что-то нейтральное, не зависящее от реальности. На самом деле исследователи различных направлений (лингвистика, лингвистическая антропология, феминистская психология, медиаисследования), которые изучают взаимоотношение гендера и языка, считают, что наш язык и социальная реальность взаимосвязаны и влияют друг на друга.
С одной стороны, язык отражает то, что происходит в реальности, с другой — он её формирует.
Исследователи пытаются разобраться, как преобладание маскулинных форм в языке влияет на общественное сознание в разных ситуациях. Например, во время приёма на работу.
Проводились социально-психологические исследования, в которых женщинам-соискательницам предлагали несколько вакансий, составленных с использованием мужских форм: «кандидат», «он» и название профессии в мужском роде. Во время собеседования интервьюер также использовал преимущественно мужские формы. В итоге у кандидаток проявлялась пониженная мотивация, пониженное желание идентифицировать себя как профессионала, неуверенность в своих возможностях («А подходит ли мне эта вакансия?»).
Из этих исследований мы видим, что язык связан с тем, как мы думаем, что мы думаем, какие образы представляем. Он может провоцировать стереотипное мышление. А использование феминитивов эти стереотипы ломает.
Феминитивы и их влияние на мышление
Феминистки на протяжении десятилетий пытаются изменить стереотипное мышление. Британская исследовательница, профессорка социолингвистики Анна Паулс утверждает: всё, что делают феминистки в отношении языка, начиная с 70‑х годов (в контексте нашей истории эти процессы начались раньше), — это форма языкового планирования.
Языковое планирование — любое сознательное воздействие на развитие языка.
Это похоже на стратегический экзистенциализм, о котором говорит американская философка Гаятри Спивак, когда категория используется, чтобы создать коллективную идентичность в целях достижения политических задач. Почему подчёркивается именно женщина? Это попытка видимости. Она стратегическая.
Что хотели поменять феминистки? Они говорили о том, что женщины не занимают равноправное положение в языке, в отличие от авторов и писателей мужчин, чья позиция закладывалась и учитывалась при создании языковых норм.
Когда женщины становятся видимыми в языке, их маркируют. Даже английское слово woman (женщина) — производное от слова man (мужчина). Женская форма также может становиться уничижающей. Например, мы помним известную ситуацию с Анной Ахматовой, которая просила называть себя поэтом, потому что слово «поэтесса» считалось несерьёзным.
В русском языке вопрос престижа очень привязан к маскулинным категориям.
Феминистки предпринимали разные попытки изменить ситуацию, и не только образованием новых форм слов при помощи суффиксов. Например, в текстах могли изменять описание женщины — на её место ставился мужчина и в описании использовался мужской род: «мужчина, который работает в парламенте, пришёл, элегантно сел, закинул ногу на ногу, поправил свои прекрасные волосы…» Сразу становился видимым скрытый сексизм в языке.
Сейчас в языке есть феминитивы и другие слова, которые предлагают использовать феминистки (например, слово харассмент). Но как они употребляются? Кем? Для донесения какого смысла? Это какой-то комментарий-троллинг или текст в поддержку?
Кто-то будет использовать слово «журналистка», чтобы подчеркнуть статус и видимость женщины в профессии, а кто-то, наоборот, — с уничижительным смыслом. Есть такая лингвистка Дебора Кэмерон, она говорит о том, что в устах сексиста любое высказывание будет сексистским.
Мы забываем о такой вещи, как контекст.
Феминитивы сейчас вводятся для того, чтобы изменить категории, связанные с профессией.
Почему? Потому что сфера занятости всегда находилась в центре феминистского внимания. В ней всегда были вопросы неравенства: кто допускается в профессии, кто представляется, когда мы называем определённую профессию? Как бы сегодня ни утверждали, что доступ есть ко всем профессиям и женщина может стать кем угодно, — любая из нас может назвать несколько профессий, которые будут маркироваться только как «женские» или «мужские».
Возьмём, к примеру, сферу STEM (образование, связанное с наукой, математикой, инженерией или технологиями). Какой образ возникает, когда говорят «программист» или «айтишник»? Это ведь на самом деле влияет на выбор молодыми женщинами своего профессионального пути. И также выражается в гендерном разрыве в оплате труда. То есть проблема не в том, что у женщины нет подходящего образования, а в том, какие траектории ей приходится выбирать дальше.
Другое дело, что эта стратегия может подходить не всем и кого-то исключать. Учитывая движение к гендерной нейтральности языка, а не только к феминитивам, правильно говорить о создании гендерно инклюзивного языка.
Феминитивы и официально-деловая речь
Язык всегда кем-то контролируется: ассоциациями, органами, экспертами. В Украине ввели официальное использование феминитивов: они это сделали не в вакууме — можно сказать, они подхватили тенденцию и вывели её на институциональный уровень. Это нормальное явление. Но вопрос острый и поэтому вызывает дискуссии.
Здесь такая же ситуация, как в университетской или профессиональной сфере, когда там вводят квоты (в компаниях выделяют специальные рабочие места для женщин, в вузах дают льготные места для людей с инвалидностью или сирот). Кто-то считает это несправедливым. Но, с другой стороны, это ответ на процессы, которые происходили в прошлом — когда из этих областей систематически исключали угнетённые группы. Поэтому иногда такое институциональное вмешательство просто необходимо.
Я работаю в академической сфере и вижу, что у нас появляются нововведения на официальном уровне.
Американская ассоциация психологов — один из ключевых органов, который предлагает рекомендации по оформлению академического письма, — ввела в употребление нейтральное местоимение they, чтобы убрать гендерный разрыв.
Может показаться, что это что-то насильственное и чужеродное. Но на самом деле это отражение того, что и так происходит: люди с небинарной идентичностью стали видимыми, они включаются в исследования, они — их участники и авторы. Как они должны говорить про себя?
Сложно предугадать, возможно, действительно какие-то слова в языке не приживутся. Но какие-то уже вошли в нашу речь (авторка, блогерка, фотографка). Кому-то они кажутся чужеродными, потому что не приняты в их среде общения, а кому-то, наоборот, привычными.
Есть зарубежное исследование, в котором принимали участие немецкоговорящие испытуемые из Швейцарии и Германии. Их поделили на несколько групп и наблюдали за тем, как они будут использовать гендерно нейтральную лексику. Для группы, которая придерживается взглядов о гендерном равноправии, использование гендерно нейтральной лексики сначала было сознательным усилием, но потом происходило привыкание, и слова становились привычными и естественными.
Среди тех, кто не использовал эту лексику, выделилось две группы. Одни говорили, что им сложно использовать этот язык, так как они привыкли говорить в связи с установленными правилами, которые усвоили до этого. О чём это говорит? Если ввести новые правила, эти люди могут к ним привыкнуть.
Другие категорически отказывались использовать гендерно нейтральную лексику, и для них это было сознательным усилием — то есть они из-за своих взглядов специально так не разговаривали. Это тоже о многом говорит.
Сейчас активно идут дебаты, как изменять слова: кто-то предлагает использовать суффикс ‑к-, но он исключает небинарных людей. Кто-то предлагает нижнее подчёркивание (партнёр_ка, студент_ка) — заимствование из немецкого языка, и тут ещё вопрос, насколько это применимо к нашему языку.
Но сам факт наличия этих дебатов уже показывает, что сдвиг произошёл. Осталось только договориться, как изменять слова. А может быть, договариваться и не нужно — пусть будут разные варианты.
«Спасибо за полёт «пилотке»: откуда берутся «директорки» и надолго ли они с нами
Вы, наверное, слышали, когда девушку-дизайнера называют «дизайнерка», а женщину-директора — «директорка». Многие пока ещё брезгливо относятся к непривычным уху словам. Откуда они берутся и почему так бесят?
— Когда тебя называют «продавщица» или даже «продавцесса» — это как-то неприятно, — поделилась эмоциями продавец парфюмерного магазина Евгения Кравцова.
Если слово «продавщица» в нашей речи присутствует уже давно, то как быть с теми существительными женского рода, которые пока звучат в новинку? Почему именно сегодня в языке возникла потребность особенным образом обозначать профессию женщин и задержатся ли эти слова в нашей речи — давайте разбираться.
— Такие слова используют для определения гендерной идентичности персоны. Основная идея феминитивов — повышение роли женщины в профессиональных сферах. Здорово, что благодаря таким словам женщины становятся видимыми в профессиях. И это никоим образом не повреждает русский язык, ведь это не является чем-то новым, такие слова встречаются и в классической литературе. Например, у Фёдора Достоевского в «Бесах» используются слова «нигилистка» и «студентка».
Но бывают случаи, когда женщинам не нравится, что их называют «дизайнерка» или «активистка», и они сами просят называть их «дизайнер» и «активист» соответственно. Это связано с тем, что многие воспринимают феминитивы как что-то уменьшительное и пренебрежительное. Наверное, было бы хорошо уточнить, как человеку самому комфортно называть себя. Поэтому советую пользоваться простым правилом: не знаешь, как называть человека, — спроси, — объяснил общественник, эксперт по гендерной истории Ярослав Сироткин.
Феминитивы врываются в нашу жизнь стремительно. Такие слова уже не только употребляют в устной речи и пишут их в социальных сетях, но и публикуют в СМИ.
— Скрывать не буду — «редакторки» и «блогерки» меня в ленте цепляют. Для меня это не про фем-повестку, а про русский язык. Если кому-то такие слова по душе — ради бога. Мне — нет. Для меня доктор, редактор — профессия без гендерного окраса. Эти «-ка», прибавленные к таким словам, для меня к людям (в целом, а не мужчинам или женщинам, или небинарным и так далее), занимающимся своей работой, отношения не меняют.
Феминитивы с нами с Советского Союза
Филологи говорят, что происходящее действительно подчёркивает то, что в обществе есть социальная проблема, которая вылилась в итоге в такие словообразования. При этом некоторые уверены, что это явление неперспективное, а потому вряд ли феминитивы задержатся в русском языке надолго.
— С эстетической точки зрения, такие слова, как «ораторка», «авторка» и прочие, не очень благозвучны, — добавила заведующая кафедры теории и практики коммуникации филологического факультета ЯрГУ имени Демидова Любовь Антонова. — Слова должны ласкать слух, а эти вызывают улыбку.
Другими словами, в отличие от сленга, который порождает новые слова, феминитивы не приносят в язык ничего нового. В начале советской эпохи такое уже было, когда женщины начали занимать посты, на которых до этого работали мужчины. Тогда, например, появилось такое слово, как «комиссарша», но с годами оно ушло.
Есть эксперты, которые полагают, что такие феминитивы от нас никуда не уйдут, так как их появление связано с глобальными тенденциями новой этики.
— Новая этика в целом связана с щепетильностью и чуткостью в отношении равенства разных групп людей, — уверен литературный критик, журналист, редактор, историк культуры и заведующий кафедрой журналистики и медиакоммуникаций ЯГПУ имени Ушинского Евгений Ермолин. — Это тенденции мирового масштаба, а не только российский тренд. Эти слова звучат неблагозвучно, но в былые времена так звучали и другие слова, которые сейчас кажутся вполне нормальными. Противники феминитивов — люди старых убеждений.
«Бороться с внедрением феминитивов в русскую речь бессмысленно, нужно это принять как должное», — Евгений Ермолин, завкафедрой журналистики ЯГПУ.
Те, кто выступает за феминитивы, уверены, что этот момент как раз очень важен в современной реальной жизни.
— Мне кажется очень важным вернуть использование феминитивов, потому что лично для меня странно читать какую-то статью, где при том, что есть прекрасное слово «художница», написано «художник». Кроме того, сейчас есть некая отрицательная семантика у феминитивов типа «врачиха» или «повариха». Мне кажется, что если бы мы использовали больше феминитивов, то и отношение к этому в итоге бы поменялось. А то сейчас это выглядит так, как будто «директор» — это звучит солидно, а «директриса» — уже нет.
То же самое и про остальные профессии. Я сама знаю людей творческих профессий, которые говорят «я не художница, а художник» или «я не поэтесса, я поэт», но мне кажется это странным, потому что когда ты не называешь себя в женском роде, ты, во-первых, отказываешься от своей идентичности, а во-вторых, соглашаешься с тем, что быть женщиной в какой-то сфере как будто унизительно.
Я сама архитектор, и слово «архитекторка» мне режет слух, но я бы хотела, чтобы и женщины-архитекторы имели своё наименование для профессии. На визитках и на сайте я, конечно, всё равно называю себя директором, а не «директрисой», но это связано с тем, что я регулярно сталкиваюсь с сексизмом. Поэтому пока это вредно для бизнеса. И надеюсь, что через пару лет всё изменится и я буду спокойно себя называть «директрисой», и люди будут относиться к этому спокойно, — объяснила позицию предпринимательница Татьяна Комарова.
Напомним, в каждом регионе в топе ненависти оказались разные слова. В Тюмени бесятся от слов «ор», «ложить» и «го гулять». Екатеринбургу не по слуху пришлись «ихние», «изи», «пруф», «вкусняшка» и «звóнит». Ранее мы уже рассказывали об этом.