Улитка на склоне братья стругацкие о чем
Улитка на склоне Стругацких
Я люблю подобные «многослойные» произведения. К сожалению, их совсем немного, тех, что при каждой новой встрече приоткрывают новый смысл и новое содержание, ничего общего не имеющее с самым верхним, внешним сюжетом, считываемым нашим умом автоматически, без усилия разглядеть его внутренний подтекст.
Оба главных героя на протяжении всей книги ищут способ сбежать: один (Перец) – из Управления, изучающего Лес, куда он приехал в надежде лично попасть в этот Лес, другой (Кандид) – из Леса, однажды захватившего его в свои сети в результате аварии вертолета.
До тех пор, пока Перец не приехал в Управление, где занимались проблемами Леса, он даже не был убежден в его существовании. Ему важно побывать в самом Лесу. Не сверху, а внутри, где он не наблюдатель, а участник. Но именно Перцу пропуска в Лес и не давали. Жизнь всегда создает препятствие тем, кто ищет истину, она дает проблему, в которой прячется дар, обычно не замечаемый теми, для кого проблемы не существуют, и кто считает, что все должно быть простым и ясным. «Тебе туда нельзя, Перчик. Туда можно только людям, которые никогда о Лесе не думали. Которым на Лес всегда было наплевать. А ты слишком близко принимаешь его к сердцу. Лес для тебя опасен, потому что он тебя обманет. Что ты будешь делать в Лесу? Плакать о мечте, которая превратилась в судьбу? Молиться, чтобы все было не так? Или, чего доброго, возьмешься переделывать то, что есть, в то, что должно быть?».
Управление, в которое приехал Перец, это пародия на нашу доперестроечную жизнь с ее бюрократией, ложью, слежкой и мнимой загруженностью государственными делами. Впрочем, несмотря на окончание советских времен, я не вижу примет утраты актуальности этой пародии. Как бы мы сейчас ни назывались, что-то глубинное в нашей жизни, не изменилось, мы все еще живем в том же «Управлении», с таким юмором описанном Стругацкими.
Управление, созданное для изучения Леса, фактически этого Леса не замечало, или замечало его только в рамках собственного, выдуманного представления о нем: «…отношение к Лесу определялось служебным долгом». Разве не такова же природа отношений с миром, в котором мы живем, у подавляющего большинства людей?
Кандид, как и Перец, озабочен поиском смысла. Он хочет выбраться из Леса, где он ведет дремотный, даже не первобытный, а попросту растительный образ жизни с тех пор, как его вертолет рухнул в болото. Он упорно ищет и находит Город, о существовании которого узнал от местных жителей, но так и не понимает его природы и назначения.
Городом оказалось Нечто на вершине холма, периодически засасывающее в органическую клоаку, окутанную лиловым туманом, все живое, и через определенный промежуток времени извергающее из себя новые формы жизни, устремляющиеся в Лес. Кандид пытается найти в Лесу источник разумной деятельности или хотя бы Хозяев, которые помогли бы ему вернуться к своим.
Тем же и в это же самое время занят и Перец: он ищет в Управлении Директора, который помог бы ему уехать «на материк». Перец тоже не понимает смысла и не может вписаться в нелепицу жизни Управления, где он «никому не нужен, абсолютно бесполезен, но его оттуда не выпустят, хотя бы для этого пришлось начать войну или устроить наводнение».
Не только Хозяйки Леса, не только Механические игрушки, но и Люди из Управления не могут понять потребностей других существ, например, лесных людей, чей образ жизни не укладывается в их представления. Для них Лес – не более, чем место для эксперимента. «Создается впечатление, что они в нас совершенно не заинтересованы… Мы пытались одеть их по человечески… Один умер, двое заболели. Я предлагаю отлавливать их детей машинами и организовывать для них специальные школы…»
Герои «Улитки» живут в мире, где ничего не происходит, где никто и ничто не меняется по сути и, подобно мухе, бьющейся о стекло, не может куда либо убежать, уехать, изменить нелепицу окружающей жизни. Это подобно океану, воды которого остаются в своем ложе, сколько бы внешних течений и бурь ни происходили на его поверхности. На протяжении жизни человечества мало чего изменилось по существу, если только у нас хватает мудрости не считать существом то, что наш ум почему-то называет прогрессом – изменение внешних форм и способов приспособления к жизни.
Жизнь – не для того, чтобы ее менять, и даже не для того, чтобы делать ее (опять же для нас!) лучше. Она для того, чтобы изменялись мы сами, чего-то осознавая. «Люди не умели и не хотели обобщать, не умели и не хотели думать о мире вне их деревни», – размышляет Кандид. «Думать – это не развлечение, а обязанность», – заключает Перец. Только им двоим в повести удается посмотреть на Лес, на Управление, на самих себя со стороны. Уже поняв, что «все есть глупость и хаос, и есть только одно одиночество», что истинный контакт не только с негуманоидами, но и с людьми, невозможен, Перец и Кандид остаются верными самим себе: «Это не для меня. На любом языке – не для меня!» Они продолжают идти вперед в одиночку, медленно, но неутомимо, как улитка, поднимающаяся по склону горы.
… И все будет полно глубокого смысла, как полно смысла каждое движение сложного механизма, и все будет странно и, следовательно, бессмысленно для нас, во всяком случае, для тех нас, кто еще никак не может привыкнуть к бессмыслице и принять ее за норму.
Улитка на склоне
Spoilers, sweetie! Особенность темы этой статьи в том, что она по самой сути своей раскрывает спойлеры. Поэтому в этой статье спойлеры никак не замаскированы. Если вы уверены, что хотите их видеть — читайте! |
« | Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот! | » |
— Исса, сын крестьянина. Эпиграф к повести. |
«Улитка на склоне» — одно из самых загадочных и сложных произведений братьев Стругацких. Изначально эта книга выросла из повести «Беспокойство», из которой известно, что формально действие сюжета разворачивается в Мире Полудня на планете Пандора (хотя из самой книги этого совершенно не ясно). По признаниям самих авторов, «Улитка» писалась под большим воздействием творчества Кафки, а именно его романа «Замок». И это многое объясняет. И «Улитка», и «Замок» затрагивают вопрос абсурдности бытия, его пугающей алогичности и хаотичности. Хотя сами авторы считали это произведение одним из лучших в своей библиографии, многие читатели, из-за сложного языка «Улитки на склоне» и творящегося в сюжете первоклассного сюрреализма, отнюдь не разделяли мнение мэтров.
Исследуется взаимодействие человека с общественным прогрессом (при этом, что любопытно, основная идея романа «замаскирована»: далеко не все читатели понимали, о чём, собственно, идёт речь). Очень на любителя. «Улитка» подобна зеркалу — она показывает читателю лишь то, что он несёт в себе. Каждый в зависимости от жизненного опыта и уровня развития ума найдет в ней свое толкование. Или же не найдёт ничего, кроме скучного и монотонного повествования, оставляющего после прочтения тягостное ощущение того, что вы ничего не поняли.
Содержание
Сеттинг [ править ]
Точнее, антисеттинг. В повести описаны две локации — Управление (Кафка в исполнении АБС) и Лес (напоминают ранние вещи Урсулы Ле Гуин). Лес — странный и пугающий мир, где живут две враждующих цивилизации: Славные Подруги, которые ненавидят мужчин и размножаются партеногенезом, и… кто-то ещё, с кем они воюют. Посреди всего этого безобразия в Лесу худо-бедно выживают крестьяне, до которых враждующим сторонам дела нет. А над Лесом, на Белых Скалах, стоит Управление — организация, которая должна изучать Лес, а на самом деле не только занимается в основном всякой фигнёй, но и не дает некоторым особо упертым сотрудникам, вроде Перца, все-таки брать и начинать что-то делать (из чего выходит, что они или боятся Леса, или же они пытаются так сотрудников принудить заниматься чем угодно, но не Лесом — лишь бы деньги приносили).
Сюжет [ править ]
« | Но ты знаешь, есть такое мнение, что для того, чтобы шагать вперёд, доброта и честность не так уж и обязательны. Для этого нужны ноги. И башмаки. Можно даже немытые ноги и нечищенные башмаки… Прогресс может оказаться совершенно безразличным к понятиям доброты и честности, как он был безразличен к этим понятиям до сих пор. | » |
— Основной лейтмотив сюжета |
Очень долгий и сложный, но если вы его осилите…
В повести две сюжетные линии, каждая со своим главным героем — Перцем и Кандидом. Оба принадлежат к разновидности людей, которых лучше всего характеризует словосочетание «белая ворона». По разным причинам они не вписываются в своё окружение, чувствуя себя чужаками, пришельцами: «Увидеть и не понять — это все равно, что придумать. Я живу, вижу и не понимаю, я живу в мире, который кто-то придумал, не затруднившись объяснить его мне, а может быть и себе. Тоска по пониманию, вдруг подумал Перец. Вот чем я болен — тоской по пониманию». Объектом поиска смысла для обоих героев «Улитки» служит Лес — загадочная территория, покрытая органическим скоплением внеземной жизни, живущей по собственным законам, не считающимся с нашими — придуманными людьми и для людей: «Вокруг шевелился Лес, трепетал и корчился, менял окраску, переливаясь и вспыхивая, обманывая зрение, наплывая и отступая, издевался, пугал и глумился Лес, и он весь был необычен, и его нельзя было описать, и от него мутило… …Самым невообразимым в этих зарослях были люди. Они делали вид, что не замечают Леса, что в Лесу они, как дома, что Лес уже принадлежит им. Наверное, они даже не делали вид, они действительно думали так, а Лес беззвучно висел над ними, смеясь и ловко притворяясь знакомым, и покорным, и простым. Пока. До поры до времени…».
Управление, в которое приехал Перец, представляет собой едкую пародию на советскую и (как оказалось) постсоветскую (да и не только, прямо скажем) действительность с её бюрократией, повальной пропагандисткой ложью и мнимой загруженностью государственными делами. Созданное для изучения Леса, Управление фактически этого Леса не замечало, или замечало его только в рамках собственного, выдуманного представления о нем: «…отношение к Лесу определялось служебным долгом». Смешно, забавно и нереалистично? Но разве не такова же природа отношений с миром, в котором мы живем, у подавляющего большинства людей? «Другие приезжают в Лес, чтобы обнаружить в нем кубометры дров. Или написать диссертацию. Или получить пропуск, но не для того, чтобы ходить в Лес, а просто на всякий случай. А предел поползновений — извлечь из Леса парк, чтобы потом этот парк стричь, не давая ему снова стать Лесом». Перец же жаждет попасть в Лес, изучить его изнутри. Но сама система Управления всеми силами не даёт молодому человеку, который «хочет странного», воплотить в жизнь его мечту.
Второй герой повести, Кандид, тоже не может найти своё место среди странноватых «лесных» людей, потому что попал он к ним из другого мира, занимающегося «искоренением» и «проникновением» — приобретением власти над Лесом. Кандид то ли потерял память, то ли способность к логическому мышлению: в Лесу ему невыносимо трудно сохранить ясную голову, «не дать себя заболтать, занудить» бесконечным повторением одних и тех же простых мыслей. Он хочет вырваться из Леса, не зная ни дороги, ни правил игры, по которым тот существует. Этих правил не знают и лесные жители, но их это не сильно заботит: они привыкли подчиняться всему, что вокруг происходит, не сопротивляясь и не задумываясь о завтрашнем дне. Но для Кандида этот дремотный, даже не первобытный, а попросту растительный образ жизни, который он ведёт с тех пор, как его вертолет рухнул в болото, попросту невыносим. Он упорно ищет и находит Город, о существовании которого узнал от местных жителей, но так и не понимает его природы и назначения.
«Городом» оказалось… Нечто на вершине холма, периодически засасывающее в органическую клоаку, окутанную лиловым туманом, все живое, и через определенный промежуток времени извергающее из себя новые формы жизни, устремляющиеся в Лес. Кандид пытается найти в Лесу источник разумной деятельности или хотя бы Хозяев, которые помогли бы ему вернуться к своим. Вместо этого он находит Славных Подруг, постепенно захватывающих Лес и строящих свою более развитую цивилизацию без мужчин. Понимая, что Славные Подруги намерены постепенно очистить Лес от отсталых аборигенов ради триумфа «Одержания» и что противостоять этому процессу просто бессмысленно, Кандид тем не менее решает остаться с жителями деревень, чтобы защитить их от безжалостной поступи грядущего «светлого будущего»: «Обреченные, несчастные обреченные. А вернее, счастливые обреченные, потому что они не знают, что обречены; что сильные их мира видят в них только грязное племя насильников; что сильные уже нацелились в них тучами управляемых вирусов, колоннами роботов, стенами леса; что все для них уже предопределено и — самое страшное — что историческая правда здесь, в лесу, не на их стороне, они — реликты, осужденные на гибель объективными законами, и помогать им — значит идти против прогресса, задерживать прогресс на каком-то крошечном участке его фронта (…) Идеалы… Великие цели… Естественные законы природы… И ради этого уничтожается половина населения? Нет, это не для меня…».
В это же самое время Перец занят тем, что ищет в Управлении Директора, который помог бы ему уехать «на материк». Перец тоже не понимает смысла и не может вписаться в нелепицу жизни Управления, где он «никому не нужен, абсолютно бесполезен, но его оттуда не выпустят, хотя бы для этого пришлось начать войну или устроить наводнение». После долгих мытарств по инстанциям Перец, проведя ночь с Алевтиной из библиотеки, обнаруживает наутро после этого, что теперь стал Директором Управления, а Алевтина стала его секретаршей. Все ждут его указаний и готовы выполнить любое, каким бы абсурдным оно ни было. Управление без остатка поглощает молодого человека, делая его частью себя.
В повести постоянно идут параллели между героями — людьми и нелюдями, озабоченными, тем не менее, одними и те ми же вопросами — поисками смысла и нахождения своего места в окружающем их мире. Даже искусственные механические приспособления Управления, созданные людьми и бесцельно томящиеся в запакованных контейнерах, время от времени устраивают побеги из своих «тюрем». Так же, как и люди, они больны тоской по пониманию, так же, как и они, эти механические игрушки не находят смысла в существовании существ, отличных от их природы — людей. «Сколько раз я уже думала, зачем они существуют? Ведь все в мире имеет смысл, правда? А люди, по-моему, не имеют. Наверное, их нет, это просто галлюцинация» — рассуждает Машина. То, что недоступно пониманию и не находит практического применения, не существует или подлежит уничтожению. К этому выводу рано или поздно приходят все жители фантастического мира «Улитки», за исключением Кандида и Перца. «Если они — для нас, и они мешают нам действовать в соответствии с законами нашей природы, они должны быть устранены», — утверждает Механическое Существо. «…Слабые челюсти… Переносить не может и поэтому бесполезен, а, может быть, даже вреден, как всякая ошибка… чистить надо…», — принимает решение Хозяйка Леса, умеющая «делать живое мертвым». На Кандида, как на существо более примитивное и слабое, она взирает свысока, почти не замечая его присутствия. «Они гниют на ходу и даже не замечают, что не идут, а топчутся на месте… с такими работниками Одержание не закончишь, — произнесла Хозяйка, увидев Кандида. Выражение лица у нее было такое, будто она разговаривала с домашним козлом, забравшимся в огород». Не только Хозяйки Леса, не только Механические игрушки, но и Люди из Управления не могут понять потребностей других существ, например, лесных людей, чей образ жизни не укладывается в их представления. Для них Лес — не более чем место для эксперимента. «Создается впечатление, что они в нас совершенно не заинтересованы… Мы пытались одеть их по-человечески… Один умер, двое заболели… Я предлагаю отлавливать их детей машинами и организовывать для них специальные школы…»
Жизнь — не для того, чтобы ее менять, и даже не для того, чтобы делать ее (опять же для нас!) лучше. Она для того, чтобы изменялись мы сами, чего-то осознавая. «Люди не умели и не хотели обобщать, не умели и не хотели думать о мире вне их деревни», — размышляет Кандид. «Думать — это не развлечение, а обязанность», — заключает Перец. Только им двоим в повести удается посмотреть на Лес, на Управление, на самих себя со стороны. Уже поняв, что «все есть глупость и хаос, и есть только одно одиночество», что истинный контакт не только с негуманоидами, но и с людьми, невозможен, Перец и Кандид остаются верными самим себе: «Это не для меня. На любом языке — не для меня!» Они продолжают идти вперед в одиночку, медленно, но неутомимо. Упорно и целеустремленно с их точки зрения. Бессмысленно и незаметно с точки зрения остальной Вселенной. Как улитка, поднимающаяся по склону горы…
Персонажи [ править ]
Главные [ править ]
Второстепенные [ править ]
Сотрудники Управления [ править ]
Лесовики [ править ]
Что здесь есть? [ править ]
Ссылки [ править ]
Улитка на склоне/НД — теории по произведению писать здесь.
Улитка на склоне. Тайны и шифры братьев Стругацких
«Улитка на склоне». Тайны и шифры братьев Стругацких.
(журнал «День и Ночь», № 6, 2020)
Многим кажется, что герои научно-фантастического романа братьев Стругацких «Улитка на склоне» Перец и Кандид никак между собой не связаны. На самом деле связь существует и связующим звеном здесь является «лес».
Причем, Перец, житель Города, внештатный сотрудник Управления по делам леса, движимый «тоской по пониманию леса», стремится попасть в «лес», экстраординарную естественную среду со сказочной чудесной составляющей в виде прыгающих деревьев и русалок… Есть еще нечто чрезвычайно важное, что сближает Переца и Кандида и окружающих их людей… Об этом – чуть позже..
А, вот Кандид стал «призванным»… быть личностью. При попытке его захвата для последующего обезличивания в лапы коллективных механизмов в лице одной из «подруг», гостьи из будущего, Кандид убивает «мертвяка», возвращается в деревню и там формирует собственное, выражено этическое, чувственно-моральное отношение к объективно данному будущему, уготованному жителям деревни: «… они – реликты, осужденные на гибель объективными законами, и помогать им – значит, идти против прогресса… Какое мне дело до их прогресса, это не мой прогресс… Здесь не голова выбирает. Здесь выбирает сердце. Закономерности не бывают плохими или хорошими, они вне морали. Но, я-то не вне морали». И: «Плевать мне на то, что Колченог – это камешек в жерновах ихнего прогресса. Я сделаю всё, чтобы эти жернова остановились».
И в этой, невидимой простому смертному «хиазме» встречаются прошлое и будущее, формируя наше настоящее. Структура Управления, существующая там бюрократическая система, а также качественный, моральный состав сотрудников суть наше советское прошлое с группами Искоренения (КГБ), Проникновения, Помощи местному населению (идеологическая пропаганда), Вооруженной охраны (армия), Научной охраны (научная система СССР под кураторством КГБ), первых советских диссидентов (сотрудница биостанции Рита, которая «никогда не работала»). И, наконец, первая директива на посту директора Управления Переца о «самоискоренении группы Искоренения» было реализована первым и последним «директором» (президентом) СССР М.Горбачевым указом о роспуске КГБ СССР в 1991 году.
Творчество Стругацких ограничивать лишь символическим аспектом, значило бы проявление к ним неуважения. «Мужья нам больше не нужны!». Значит, мужчины в качестве защитника, добытчика и охранителя женщин уже не нужны – с этими делами вполне справится бездушная цивилизация-государство («Город»?) и научные достижения!? Неужто будущему мужскому полу в далеком будущем уготована участь изгоя – «приблудного пса», «козлика» на «ночных работах Воспитательниц»?!
Применительно к настоящему попаданием в десятку была бы встреча Кандида с «цветной» троицей ЛГБТ-движения! Ведь в июне 2015 года Верховный суд США узаконил однополые браки, сотни посольств США окрасились в радужные цвета в честь «знаменательного» события. США декларировали, что будут защищать права трансгендеров во всем мире! Возможно, попытка трансгендерной революции суть мировой, временный, переходный «тренд» к революции гендерной (на Западе)? «Время покажет».
Если Перец, некий моральный индикатор честности и искренности, уедет, Управление окончательно деградирует и «самоискоренится». Влюбленный в Алевтину (чуждую дурного – лат.) Стоян Стоянов с биостанции просит Переца: «Перчик, ты бы приехал к нам, поговорил с ними ( с Ритой и Квентином), что ли…»…А Тузику, когда Управление ездило за зарплатой на биостанцию, он (Перец), вообще набил морду, когда поддавшись «похотливому сальцу, облившего Тузиковы глаза», тот произнес непристойность: «…!». И Тузик (собачье имя?) этот побои воспринял, как должное, защищаться не стал…А менеджер, в пересказе того же Тузика, когда он обратился к нему с просьбой Переца о выделении машины для выезда на Материк, выдал следущее: «Нельзя такого человека отпускать. Поймите же, говорит, дураки, нам без него тошно будет!».
….А в реальной общественно-политической жизни на Западе мы и наблюдаем подобную «тошноту», потому что там отсутствуют честные и искренние морально-нравственные общественные маяки вроде погибшей в автомобильной катастрофе принцессы Дианы для шизоидных заокеанских «директоров» …
Итак, Перец – личность врожденная (Моцарт, А. С. Пушкин, В. Высоцкий), вполне социабельная (романтико-экстравертная). Но, тем не менее, и он противостоит объективно данному: факту работы в Управлении внештатным сотрудником без пропуска в лес, отсутствием телефонной трубки для связи с директором, а став директором, делает попытку изменить Управление в его отношении к лесу…
Этот сокращенный пассаж напоминает служившим в советской Армии команду для молодых призывников (салаг), которую давали старослужащие новобранцам для потехи в ночное время: «Внимание. Внимание. Всем строиться на подоконниках! Форма одежды караульная: в сапогах, трусах и касках!». А Перец и был духовный «салага», социальный, душевно чистый ребенок, правда, способный к большим моральным делам – вроде монолога с книгами во время сна в библиотеке. А здесь, во время ночной тревоги в Управлении, и была потеха дежурного («на тожественную встречу падишаха…») вперемежку со страхом других сотрудников обнаружить злополучную «машинку», поскольку она, не будучи обнаруженной в течение 6 часов, «самоликвидировалась» и могла причинить ущерб её искателям.
Краткое содержание Стругацкие Улитка на склоне
В произведении «Улитка на склоне», созданном русскими писателями Аркадием и Борисом Стругацкими, повествуется о событиях далёкого будущего. Главные герои – два мужчины Перец, мечтающий увидеть Лес, и Кандид, который занимался исследованием Леса.
Перец служил в странной организации, занимающейся делами Леса. Он мечтал оказаться Лесу, но ему это не удавалось. У мужчины нет возможности вернуться на материк. Перец из окна здания наблюдал за вожделенным объектом и удивлялся поступкам своих сослуживцев, которые пытались выполнить неосуществимые приказы и считать на сломанных вычислительных машинах. Удивляло Перца и наличие директор, которого никто никогда не видел на работе. Но он раздавал работникам приказы по телефону. А за заработной платой все работники отправлялись в Лес. Вот однажды, поехав за деньгами на биостанцию, Перец попал в вожделенный Лес. Но мужчине там совершенно не понравилось, и он с трудом сумел выбраться на биостанцию.
Братья Стругацкие в своём произведении попытались показать людей, живущих как бы в «застывшем» мире, где ничего не меняется. Эти индивиды не могут куда-либо скрыться от действительности.
Можете использовать этот текст для читательского дневника
Стругацкие. Все произведения
Улитка на склоне. Картинка к рассказу
Сейчас читают
Рассказ комедийного американского писателя О. Генри Трест который лопнул, повествует о двух приятелях мошенниках, которые живут в поисках авантюр и лёгкой наживы
В романе «Всадник без головы» разыгрывается настоящая драма, но так же не обходится без любви. Плантатор Пойндекстер с дочерью Луизой, сыном Генри и одним из родственников решил перебраться в Техасс
Жил был на свете Иван, он всегда хотел стать ученым. Но война спутала все планы юноши, вместо учебы, отправился Иван на фронт, Родину защищать
Творческая деятельность Джеймса Купера разнообразна и многогранна. Несколько лет проведенных в Европе, путешествия по многочисленным странам, помогли ему написать множество произведений
Краткий пересказ повестей входящих в Гоголя Петербургские повести