Исповедь «скелета»: почему быть худой не так уж круто?
«Вы её не кормите!»
Всё начинается ещё в детстве. Сколько я себя помню, все мамины знакомые при встрече цокали языками: «Вы её, наверное, не кормите!» И спешили это исправить: в гостях мне всегда подавалась порция, которую осилит разве что грузчик после двух смен без обеда.
В детском саду тоже мечтали сделать из «худой трески» русскую матрёшку. «Пока не доешь, из-за стола на выйдешь», – услышала я однажды, когда вся группа уже уходила из столовой. К счастью, давиться рыбной котлетой пришлось недолго: за соседним столиком сидела ещё одна мученица, и её еда быстро вернулась в тарелку не в лучшем виде. Так что эксперимент надо мной продолжать не стали – пусть родители возятся с этой доходягой.
Всё болтается
Это я, если что, про одежду и сапоги. Больше болтаться нечему: груди у худых, как правило, почти нет – так, два прыщика.
Приходя в магазин одежды, я не глядя беру самые маленькие размеры. Но даже XXS XXS’у рознь. Бывает, что, промыкавшись целый день, я не нахожу ничего подходящего и слышу вслед: «Да вам, девушка, надо в «Детский мир»!»
С обувью ещё интереснее: я счастливая обладательница «лыжины» 39-го размера и очень (очень!) узкой голени. Так что 99% сапог выглядят на мне как литровые банки, в которые опустили по карандашу. За 10 лет в Москве я нашла всего одну подходящую марку обуви: некая армянская фабрика пожалела-таки нас, худых! Молюсь, чтобы её не прикрыли, и каждый сезон караулю привоз – товар дефицитный, а «скелетов» в столице много.
Вечный подросток
Не спорю, худоба молодит. Но иногда чересчур: мне 27, и без паспорта я не могу купить вина к обеду, даже придя в магазин с детской коляской («Может, это ваш племянник!»).
С сомнением смотрят на худых и в детских поликлиниках. «А где ваша мама?» – спросила участковый педиатр, когда я впервые принесла своего сына, – она думала, это братик. Не умолкают и так называемые «мимокрокодилы»: «Конечно, он орет, – залетела по малолетству, успокоить не может!»
Отношение мужчин
То, что за худенькими и вечно юными они ходят толпами, – заблуждение. Во-первых, «доска, два соска» – фигура, мягко говоря, на любителя. Большинству хочется, чтобы было за что подержать.
А во-вторых, не всем нравится гадать, сколько же тебе на самом деле лет! Например, один мой знакомый как-то признался: «Я долго боялся к тебе подойти, потому что сомневался: 25 тебе или 16». Он, как ты поняла, в итоге подошёл. А 10 других наверняка прошли мимо – от греха подальше.
Зависть подруг
Она действительно есть, хоть её и не так много. Когда я поступила в универ и поселилась в общежитии, моя соседка ужаснулась: «Будешь столько есть – через год в дверь не пройдёшь!» Потому что «малоежкой» я была только в детстве, а после – «молотила» всё подряд и в больших количествах.
Но прошли год, два, пять, а дверной проём так и не пришлось расширять. Зато круг друзей значительно сузился – по сравнению со мной подруги даже со средней фигурой часто выглядели помпушками. А, сидя на диете, бесились, когда «чёрная дыра» (думаю, вместо желудка у меня именно она) поглощала в кафе первое, второе и жирный десерт.
На пляже и в аквапарке
Вот где я чувствую себя настоящим произведением искусства, превращаясь в живую инсталляцию «Треска, выброшенная на берег»! Если одежда ещё прятала мои торчащие ребра, то купальник открывает их всему честному народу.
Прочие мелочи
Когда ты слишком худая, никогда не знаешь, где поджидает очередной конфуз. Например, эскалатор и лифт в бизнес-центре, где я работала, порой отказывались перевозить меня одну. Видимо, были рассчитаны на вес 50+ и «думали», что этот мешок костей им просто померещился! Только я и ещё одна худосочная коллега знали, зачем в лифте потом поставили 2 баллона воды – спасибо руководству, вошли в положение.
И подобных ситуаций за мою короткую жизнь было не перечесть! Я почувствовала себя нормальным человеком, только набрав вес во время беременности, хоть и была похожа на смешарика – круглая и на тонких ножках.
Вообще, по сравнению с похудевшей Анджелиной Джоли вес у меня не такой уж и низкий – 44 кг при росте 168 см. Но даже он хорош только для подиума, а в жизни такая худышка – «неформат», как и пышка.
Личный опыт. Почему тяжело быть худым?
К горшку и двойным стандартам нас приучают с детства. Едва научившись сидеть за столом, ты слышишь «пока все не съешь, из-за стола не выйдешь» и «еще ложечку за папу». Чаще всего где-то неподалеку бегают жирные дети, с которыми никто не хочет играть просто потому, что они жирные. В мультфильмах только толстые герои делают глупости, а жирных принцесс в сказках просто не существует. Короче, Иисус любит всех, кроме жирных.
Толстыми имеют право быть только котики, тюлени и троллинг. Во всех остальных случаях весить больше 55 кг и жрать после шести вечера — грех. На фотографиях надо обязательно втягивать щеки: не дай бог тебя запомнят как жирдяя. Быть толстым — значит быть посмешищем. Этому нас учат со школы, чтобы затем всю оставшуюся жизнь бить по голове кувалдой чужого ретушированного совершенства.
Чем дальше, тем круче: культ домашней еды и фудкортов сходится в смертельной схватке с глянцевой империей совершенства за души и кошельки покупателей. Съешь вегетарианский гамбургер, запей диетической колой, затем запихни в рот горсть таблеток для похудания — и будет тебе счастье. Зажатый между двух крайностей человек бьется в неврозе. Потом встает на весы и окончательно тонет в пучине отчаяния.
При этом худоба окружена флером красоты, близкой к идеалу. Аристократическая бледность, девичья хрупкость, тонкая щиколотка. Героиновый шик, несмотря на связь с самым грязным наркотиком, тем не менее остается шиком. Вы видели хоть одну жирную Мисс Мира? Индустрия развлечений не знает таких прецедентов. Все знают, как плохо быть жирной, но мало кто знает, что плохого в худобе.
Я вешу 47 килограммов при росте 175 см. Мой вес не меняется на протяжении последних семи лет. Нет, я не голодаю. Наоборот, ем все в любое время дня и ночи. Знаю, мне сейчас заткнут рот привычным «Радоваться надо, отожраться всегда успеешь, знаешь, сколько людей хочет оказаться на твоем месте?» Знаю. Поэтому сейчас расскажу лишь о нескольких проблемах худых людей, о которых они не рассказывают никому.
Первое и самое главное: только на черно-белых фотографиях худоба выглядит круто. Во всех остальных случаях люди, встречая тебя, первым делом спрашивают: «Ты что, опять похудела? А ты часом не болеешь? Может, у тебя туберкулез? К ребенку не подходи!»
Я путаюсь в попытках оправдаться за то, в чем не виновата. В одном госучреждении с фикусами и портретами героев труда вахтерша отказалась пускать меня, потому что я «похожа на наркоманку». Она грозилась вызвать полицию. В тот день я поняла, что такое «героиновый шик».
Стоит мне прийти в гости к друзьям, живущим с родителями, как меня тут же сажают за стол и начинают откармливать, как рождественского гуся, сопровождая кормежку причитаниями: «Покушай, покушай, дома-то, поди, совсем не кормят». Объяснять, что ты всегда была такая, бесполезно. Что дома вы с папой обжираетесь, как на свиноферме, — бессмысленно. Папа все равно похож на икебану, да и ты недалеко ушла. Кормить будут до тех пор, пока ты не вывалишься из-за стола и отяжелевшей походкой волка из «Жил-был пёс» не двинешься к выходу, проломив хлипкий заборчик и бросив на прощание остроумную фразу.
Да и как без остроумия, если люди вокруг воспринимают каждый съеденный тобой после шести вечера кусок как личное оскорбление? Их глаза излучают тоску и ярость, они подкладывают тебе еще картошки с мясом в надежде на что-то, потом, давясь, доедают свою рукколу и уходят. Уходят грустными.
Главная проблема худых — как выбрать одежду, чтобы не слишком обтягивала кости. Свой размер зачастую нужно искать в «Детском мире».
Джинсы скинни с пуховиком делают тебя похожей на аиста, стоящего в болоте. Мотня просторных брюк выглядит так, будто ты сменила пол.
Майки на бретельках превращают жилистые руки в две узловатых ветки. В просторной одежде чувствуешь себя котом, барахтающимся в мешке. Про декольте и говорить нечего. Поскольку грудь при худобе — понятие чисто метафорическое. Когда одета, это еще куда ни шло. Оставшись в купальнике, чувствуешь себя экспонатом кабинета анатомии. В бассейне, куда дряблые тела под 60 приходят поплескаться в компании таких же отяжелевших тел, на тебя смотрят с негодованием. Когда мне уже было 24, тетка-инструктор, посмотрев на меня, подозрительно спросила: «Справка из школы есть?» Шапочка обтягивает голову, и сходство с черепом Йорика становится абсолютным. Поплавав полчаса, ты, сгорая от стыда, вылезаешь и начинаешь собираться неизвестно куда.
На пляже, пытаясь не слиться с песком и мусором, воблой сушишься на солнышке, пока другие мажут грудь четвертого размера солнцезащитным кремом. Дети боятся попасть в тебя мячиком: вдруг развалишься! Собаки подплывают, готовые спасти столь хилый организм в любую минуту. Кто-то предлагает шашлык. Стуча по своему загорелому пузу, мужик с размытой татуировкой с сожалением говорит, что его сына не взяли в армию из-за недобора веса. И тут же добавляет: «Не ест ничего. Гаденыш».
В итоге тебя отказываются воспринимать всерьез. Как герой Тома Хэнкса из «Большого», ты только номинально взрослый. Алкоголь без паспорта не продают. Почти никогда. Тебя выставляют из баров, потому что детям в такое время уже пора спать.
Но главным огорчением остается ситуация, когда ты заходишь в лифт, а он не едет. Потому что конструкторы понимали нечто другое под полноценным человеком.
Поэтому, когда я вижу в лифте две пятилитровые баклажки с водой, я мысленно радуюсь: «наши» где-то рядом.
Помнится, года три назад мы с моей еще более худой подругой развлекались, катаясь на троллейбусах по школьному проездному. Было весело. Она, кстати, до сих пор ездит: ей 27, и уже не так весело.
Расхожая фраза плешивого мужа из мелодрамы «Москва слезам не верит» о том, что работника судят по тому, как он ест, до сих пор в силе. Но если ты ешь много, а продолжаешь при этом выглядеть как пародия на манекен — у людей возникают подозрения. На какой диете ты сидишь? А не сблевываешь ли ты часом за углом свой комплексный обед? Какая зараза тебя поразила? И все по кругу.
Нужно четко понять, что идеальная худоба существует только на фотографиях. В жизни выпирающие тазобедренные кости и тени на скулах выглядят не так эффектно. Поэтому всякий раз, когда я вижу, как Доренко выкладывает у себя в фейсбуке очередную подборку животов, а невесть откуда вылезшая татуированная певица запрещает есть овсянку на молоке своим подопечным, мне хочется разрыдаться. А потом разогнать водометами тех, кто путает инстаграм и жизнь. Прямо как больных из элитной клиники, где лечат от анорексии.
Но все катится по кругу. Потому что настоящая цель — это не быть худой, а выглядеть худой на фотографии. Тысячи бухгалтерш тоскливо хрустят печеньем, разглядывая новый фотосет сорокалетней Кейт Мосс, не подозревая о мастерской работе осветителей и визажистов.
Людям плевать на других людей. Главное — фотографии.
Поэтому вместо добровольной голодовки проще и дешевле нанять человека, который будет постить свой плоский живот и другие части тела под твоим именем. А самой сесть и пожрать, наконец, спокойно.
Лучше быть толстым или худым? Почему трудно похудеть в России
Похудение и диеты, идеальная фигура: почему важно знать историю

Набору лишнего веса, попыткам похудеть, стереотипам «толстый = плохой» в первую очередь способствуют наши отношения с едой. У каждого они свои и зависят от семейной истории и привычек. Однако влияние на нарушения пищевого поведения соотечественников оказала и непростая история нашей страны в ХХ веке. Автор новой книги о похудении и диетах рассказывает, почему надо разобраться с личной и мировой историей, прежде чем начать худеть.
Толстый и худой в Европе и Америке
До конца XIX века округлость и полнота считались признаками физического и душевного здоровья, худоба же, напротив, ассоциировалась с дурным здоровьем, плохим характером, неуравновешенностью и подверженностью различным заболеваниям.
Будучи полными, женщины считались сексуальными, а мужчины состоятельными просто потому, что это был знак того, что они могут себе позволить хорошо питаться. Жир означал статус. Когда агроэкономика сменилась индустриальной, сменился и образ тела — полнота резко вышла из моды.
Рабочие, до сих пор балансировавшие на грани истощения и смерти от голода либо инфекционных болезней, теперь могли себе позволить купить достаточно пищи. Другими словами, как только пролетарии смогли позволить себе растолстеть, жир более не мог являться признаком высокого социального статуса. Чтобы аристократия могла отличаться от рабочего класса, стало модно быть худым.
Получив политическое равенство с мужчинами, женщина и физически стремится походить на мужчину — худоба, короткая стрижка, мальчишеская фигура — типичный портрет суфражистки 20-х гг. В 1926-м Коко Шанель изобретает «маленькое черное платье» — прямой, почти асексуальный силуэт, который может позволить себе только худая женщина.
До конца 20-х гг. Америка переживает волну экономического расцвета — и чем пышнее цветет экономика, тем актуальнее становится худоба. В 1929 году начинается экономический коллапс, наступает Великая депрессия, «тучные» времена сменяются «худыми». Худоба снова становится признаком низшего класса, и в 30–50-х гг., в частности в связи со Второй мировой войной, когда угроза голода становится реальной, образ полнокровной женской красоты прочно занимает свое прежнее место.
Каким лучше быть в России — толстым или худым
Любопытно, что первая волна «модной худобы» затрагивает Россию очень немного, и почти исключительно в крупных городах. Там, где по-прежнему достаток символизирует ломящийся от еды стол, «худощавый» идеал просто не выживет. Русские крестьянские и купеческие красавицы после Первой мировой — вспомним хотя бы хрестоматийного Кустодиева — по-прежнему полнокровны и полногруды. Им смешно и страшно видеть заезжих петербургских и московских «политических», которые кажутся им истощенными как физически, так и психически.
И тут случается Октябрьская революция. Идеологические ценности полностью меняются, и с точки зрения традиционных ценностей — худым быть все еще нехорошо, это означает болезненность и замуж никто девку не возьмет, а вот толстым, то есть сытым, становится быть политически неблагонадежно.
Помните, «джаз — музыка для толстых»?
«Мистер-Твистер, бывший министр»?
«Кому живется весело, вольготно на Руси — Купчине толстопузому, сказали братья Губины, Иван и Митродор»?
Толстый — это тот, кто украл у пролетария его заработанную краюху и жрет ее дома. Я глубоко убеждена, что традиционное российское отношение к полноте, те бессознательные идеи, которые этим отношением управляют, куда более сложные и конфликтные, чем в Америке и Европе.
Но «худой» идеал просто не может прижиться и стать настолько же популярным — в ХХ веке Россию поражает несколько волн голода: после Гражданской войны в 20-е, затем во время коллективизации в 30-е и, наконец, после Великой Отечественной войны в 1946–1947 гг.
Почему российским женщинам так трудно худеть
Зачем все это нужно знать нам, жителям XXI столетия с нарушениями питания?
Важно отдавать себе отчет в том, насколько информация о теле и пище, получаемая нами в раннем детстве и из сферы бессознательного, оказывающая влияние на нас всю жизнь, противоречива и конфликтна. Особенно конфликтна она у нас, родившихся и выросших на территории государства Российского. Быть худым ребенком — плохо, худоба ассоциируется с болезнями и смертью от голода, призрак которого так никогда и не отступил. Быть толстым ребенком плохо тоже — толстый = плохой, дразнят в саду и школе, шпыняют родители и братья-сестры.
Есть при этом необходимо много и жадно: почти в каждой семье есть женская фигура, мама, бабушка или тетка, которая, как та печка из сказки «Гуси-лебеди», все приговаривает: «Съешь моего ржаного пирожка —скажу». Ржаной пирожок совсем невкусный по сравнению с белым, пшеничным, так что сказка эта — о смирении и покорности. Захочешь выжить и братца спасти — съешь как миленькая. Это только у батюшки тебя будут потчевать пшеничными пирогами и сливками, но в большом мире, девушка, тебе придется привыкнуть к еде попроще.
Представьте себе, как мучительно трудно в этом хаосе сориентироваться ребенку, для которого одним из наиболее сильных желаний является — быть хорошим, угодить и нравиться взрослым. А как относились к еде в вашей семье?
Взаимоотношения с едой — из детства
Когда я думаю о своем детстве, я понимаю, что мне, с одной стороны, очень повезло: совершенно никакого экстремального опыта — насилия, злоупотреблений. Единственный кошмар, который снится мне с раннего детства, — ужасный сон о тете Зине. У нее волосы гладко забраны в пучок, и мне кажется, что она лысая. Тетя Зина — воспитательница в яслях. Она заставляет меня есть масло — отвратительное, толстым замороженным кирпичиком. Пока не съешь — из-за стола не выйдешь. Размазать его по хлебу я не в силах — мне полтора года. Съесть целиком не могу. Я сижу за столом и глотаю слезы.
Мне 8 лет, потом 10 и 12, и мне все время говорят, что я худая и что я должна есть больше. Меня убеждают и заставляют есть суп с хлебом, а потом еще и второе. Моя мама, весьма и весьма твердого характера, имеет одно-единственное слабое место, которое я довольно быстро нащупываю, — она совершенно не может перенести, если я отказываюсь обедать. Голодовка в знак протеста — лучший способ показать, что я на нее обижена. Максимум через час после обеда я обязательно услышу: «Пожалуйста, ну иди, покушай». В других ситуациях мама сердится дольше и ведет себя тверже. Только не с едой.
В то же время, я отчетливо знаю, что толстым быть плохо — «Три толстяка» — моя любимая сказка. Толстяки отвратительны.
Полных в нашей семье нет, это отмечается вскользь, но с некоей гордостью. Толстым необходима медицинская помощь — мне 6 лет, я валяюсь на ковре и читаю журнал «Здоровье», на который подписаны родители, там об этом много написано, и я четко усваиваю, что толстый — значит больной.
Любые праздники в нашей семье — дни рождения, Новый год, Восьмое марта, Первое мая — отмечаются широкими застольями. Я схожу с дистанции еще на стадии закусок и никогда не дотягиваю до горячего — еды не просто много, ее раблезиански много, и она очень-очень вкусная. После ухода гостей мы еще неделю доедаем остатки.
В обычные дни еды довольно (а на мой вкус так многовато), а вот сладкое почему-то ограничено. В день можно один кусочек халвы, хотя в шкафу лежит большущий кусище. Тогда я решаю, что, когда вырасту, куплю себе банку сгущенки, чтобы съесть в одиночку.
Я не помню момент, когда я перестаю слышать от родных, что я слишком худой ребенок и мне нужно лучше питаться, и начинаю слышать, что у меня «отличная фигура». С какого-то момента меня больше никто не убеждает съесть больше — вероятно, это куда более символизирует мой переход из детства в женственность, чем начало месячного цикла.
Моя родная бабушка пережила голод в Поволжье, и для нее «есть мало» так и остается ценностью. Она объясняет мне, почему нельзя выбрасывать хлеб. До сих пор не могу выбросить — перед глазами кричащие от голода дети в деревнях.
В старших классах школы (экономически сложные перестроечные времена) мы целую зиму живем, питаясь одной вареной картошкой и селедкой. И еще сушеной морской капустой, большой мешок которой нам удается купить — ходят слухи, что это немецкая гуманитарная помощь, подкормка для немецких коров. Из капусты мы делаем салат — вкусный.
В университете я настолько занята постоянным чтением конспектов или умных книг, разговорами и мыслями, что мне становится как-то совсем не до еды. Еда воспринимается мной как раздражающая необходимость, на которую жалко тратить время. С подросткового возраста я всегда читаю за едой — как папа, папа тоже все время читает за ужином, я даже себе не представляю, что можно иначе.
Ситуация меняется благодаря моей университетской подруге, с которой мы много времени проводим вместе, — она показывает мне, что готовя и затем вместе поедая приготовленное, можно неплохо отдохнуть и провести время. Я увлекаюсь кулинарией — областью, к которой мои родители всегда считали меня органически неспособной.
Однажды ко мне в гости приезжает моя университетская подруга Бертилль, — ее папа родом с Берега Слоновой Кости, и она похожа на статуэтку из молочного шоколада. Бертилль кажется мне ослепительно изящной — тонкие пальцы, руки, тело — и я с удивлением слышу, как мои родители с сочувствием говорят: «Какая же она худенькая. » Именно тогда я впервые соображаю, что тут кроется какая-то тайна — иногда плохо быть худым, а иногда — полным. Важно угадывать, что — когда, но неясно, как успевать так быстро меняться.
А что происходило в вашей семье вокруг еды? Каким должен был быть ребенок, чтобы считаться здоровым, — и женщина, чтобы считаться красивой? Была ли в вашей семье или детских учреждениях, которые вы посещали, «культура насильственного кормления» или, напротив, близкие считали вас чрезмерно полным ребенком и пытались ограничивать в еде? Как вы думаете, как это повлияло на ваши взаимоотношения с едой?
Информация на сайте имеет справочный характер и не является рекомендацией для самостоятельной постановки диагноза и назначения лечения. По медицинским вопросам обязательно проконсультируйтесь с врачом.
Худые толстяки: почему быть в их числе опасно для здоровья
Таких людей называют skinny fat, что по-английски можно перевести как худые толстяки. Считается, что среди женщин с нормальным весом их почти 40 процентов.
К сожалению, такой тип телосложения опасен для здоровья. Полагаться исключительно на измерения весов и определение индекса массы тела не всегда оправдано. Жир легче мышц, поэтому нормальный вес может быть даже при ожирении.
У скинни фэт много жира, мало мышц
Фигура скинни фэт в свободной, не облегающей одежде выглядит вполне стройной, и даже худенькой, ведь у таких женщин тонкие запястья, изящные щиколотки, острые коленки и выпирающие ключицы, да и вес не выше 60-65 кило.
А вот в обтягивающем платье или открытом купальнике — уже совсем другой вид. Сразу видны дряблые бедра, вялый трицепс, обвисшие ягодицы и объемный живот на фоне стройных конечностей и общего поджарого вида.
Общая особенность толстых худышек — маленький процент мышечной ткани и большой — жировой. А поскольку жир — это гормонально активная ткань, ее избыток совсем не безопасен.
Как показали последние исследования, худых толстяков подстерегают те же опасности, что и полных: у них так же повышен риск сахарного диабета, гипертонии, гиперхолестеринемии, жировой дистрофии печени, гормональных нарушений, синдрома поликистозных яичников, варикоза, заболеваний опорно-двигательной системы и других патологий, ассоциированных с ожирением.
«Висцеральный жир — это тип жира, который накапливается в брюшной полости, и располагается рядом с жизненно важными органами, — рассказывает Марина Фурсова, медицинский директор Лаборатории НАКФФ, врач клинической лабораторной диагностики. — Такой жир важен для организма, он защищает внутренние органы, но его объем не должен превышать норму. Склонность к накоплению висцерального жира, прежде всего, генетическая, однако образ жизни тоже имеет значительное влияние. Во многих случаях причина избыточного накопления такого жира — малоподвижный образ жизни и чрезмерная калорийность питания».
Поэтому людям из категории скинни фэт, даже если они носят одежду S и XS, обязательно надо заниматься собой: своим питанием (прежде всего, сократить количество простых углеводов, делающих тело дряблым, а также соблюдать баланс белка), и увеличить физическую активность. Без спорта и силовых нагрузок налегать на белки (и даже принимать спортивное питание, способствующее росту мышц) совершенно бессмысленно.
Также негативное значение имеют стрессы, высокие психические перегрузки и плохой или недостаточный сон. Хроническая бессонница повышает резистентность организма к инсулину, отчего лишний жир будет набираться очень быстро (а также будет увеличиваться риск диабета), а при стрессе растет уровень кортизола, который повышает риск висцерального ожирения. Кстати, росту кортизола также способствуют курение и алкоголь.
Как понять, что фигура скинни фэт
Вычислить такую фигуру обычные весы не помогут, потому что с весом у таких людей все в порядке. Необходимо провести такое исследование, как биоимпедансометрия. Это анализ количества жира и жидкости в организме, мышечной и костной массы, метаболизма.
«Это метод быстрой диагностики состава тела человека с помощью измерения электрического сопротивления между разными точками на коже человека, — объясняет врач Марина Фурсова. — Измерение сопротивления позволяет оценить количество воды в организме человека, что используется для косвенного определения содержания в нем жира».
Метод имеет погрешность измерения — она составляет 8–9 процентов. Но в целом, биоимпедансный анализ нужен для того, чтобы не только контролировать сам вес, но и снижать его правильно. Потому что при очень строгой и несбалансированной диете есть риск потерять не только лишний жир, но и нужную человеку мышечную массу. Биоимпедансный анализ также рекомендован женщинам с наступлением климакса, для выявления риска развития остеопороза.
Какой у вас тип скинни фэт
Первый тип: это астеники и гипотоники, т.е., люди худые от природы. Как правило, у них длинные ноги и руки, узкие запястья. Лет до 40 они могут есть, что хотят, игнорировать спорт (по причине нехватки физических сил) и при этом не поправляться, но на пятом десятке вдруг обнаруживают, что джинсы, которые носили последние 20 лет, уже не застегиваются в талии, да и живот, которого прежде не было и в помине, висит некрасивым мешком. При этом вес у них остается таким же, как и был все эти годы.
Второй тип. Стройность этим людям досталась большой кровью. Они крепкие от природы, иссушили свою мышечную массу жесткими диетами. При этом худели они неправильно: белка в их питании было мало, а силовых упражнений с отягощениями не было вовсе. К сожалению, жир у таких людей набирается гораздо быстрее, чем мышечная ткань, а после жестких диет этот процесс идет особенно быстро. Ведь чем меньше мышц, тем быстрее нарастает жир. Вот такой получается замкнутый круг.
И тому, и другому типу, чтобы привести себя в форму, нужно, во-первых, оздоровить питание, отказавшись от сладкого и простых углеводов, а во-вторых, присовокупить тренировки.
Второму типу занятия фитнесом даются легче, чем первому, да и процесс наращивания мышечной массы идет у них лучше. А природных астеников спорт, как правило, пугает. Высокие физические нагрузки (особенно, силовые) они переносят с трудом: у них начинает болеть и кружиться голова. А от аэробных нагрузок (велосипед, ходьба, бег), к которым они более расположены, к сожалению, мышцы растут плохо.
Как исправить фигуру скинни фэт
«Одна из главных ошибок людей с таким типом фигуры, большинство из которых никогда не занимались спортом, резко начинать спортивные занятия, причем сразу же приступая к силовым тренировкам, — говорит Кристина Семенычева, фитнес-тренер сети фитнес клубов NeoFit. — Как правило, из этой затеи ничего хорошего не выходит — спорт быстро бросается, и обычно навсегда. Поэтому лучше начинать с посильных тренировок, причем не с любых, а с тех, что придутся по вкусу: с йоги, пилатеса, тайчи, скандинавской ходьбы, коньков, лыж, катания на роликах, бодибалета».
Людям со склонностью к гипотонии (а таких немало среди астеников) важно избегать наклонов и вообще положения вниз головой, а также любых резких движений (даже приседать им лучше с опорой на стул). Многие упражнения вообще следует выполнять сидя или полулежа.
Однако без силовых или интервальных тренировок мышцы не накачать, поэтому приступать к ним хочешь-не хочешь, а придется. Но делать это нужно не ранее, чем через два-четыре месяца, когда тело уже будет подготовлено. Такие тренировки можно дополнить аквааэробикой или плаванием (два раза в неделе — силовые занятия на тренажерах, два —тренировки в воде).
«Отягощения поначалу должны быть минимальными, как и количество повторов упражнений, нагрузка должна расти постепенно, — рекомендует фитнес-эксперт. — Нарастить мышцы, как у бодибилдера не цель для скинни фэт, но улучшить их тонус занятия вполне помогут. Видимого результата можно достигнуть не раньше, через несколько месяцев регулярных тренировок и правильного сбалансированного питания».
Но останавливаться на этом пути уже нельзя, ведь стоит все бросить, как тело вновь оплывет слоем жира, а мышцы растают, как не было. К сожалению, именно у скинни фэт этот процесс идет очень быстро. Поэтому надо продолжать заниматься как минимум трижды в неделю, выбирая тот вид активности, что по душе.

















