Гендерный феминизм
Вы будете перенаправлены на Автор24
Понятие и общая характеристика гендерного феминизма
Анализ специальной литературы позволяет сделать однозначный вывод о том, что несмотря на наличие единой общей цели у сторонников феминизма – достичь преодоления гендерной дискриминации в обществе и обеспечить равенство правового и фактического положения мужчины и женщины в обществе, в настоящее время феминизм представляет собой совокупность множества самых разнообразных идей, концепций и доктрин, позволяющих с разных сторон раскрывать и стремится к реализации обозначенных задач.
Одним из таких направлений, представители которого стремятся углубиться в самую суть социальных различий мужчины и женщины выступает гендерный феминизм. Прежде всего, следует обратить внимание на то, что термин «гендер» в теории феминизма призван полностью исключить из лексикона слово «пол», как бы заменив его в исходном значении, и несколько преобразив для достижения концептуальный целей сторонников феминизма.
Необходимость обозначенного преобразования объясняется сторонниками гендерного феминизма тем, что в соответствии с принципами классической биологии женщины и мужчины достаточно сильно отличаются друг от друга. Однако подобный тезис противоречит идеологии феминизма – его сторонники утверждают, что в действительности, мужчины и женщины равны между собой во всем, и ничем не отличаются друг от друга. Поэтому в стремлении продемонстрировать обоснованность такого подхода традиционный термин «пол» был заменен в теории гендерного феминизма на новый термин «гендер», представляющий собой не биологическую, а социальную характеристику человека.
Сторонники концепции гендерного феминизма утверждают, что существующая дифференциация по половому признаку обусловлена только тем, что в условиях сложившейся социальной организации мальчик вырастает мужчиной, потому что его воспитывали как мужчину, внушали соответствующие стереотипы поведения и мышления, и т.д., и наоборот.
Однако гендер (или социальный пол), по мнению сторонников теории гендерного феминизма может не соответствовать биологическому полу, поскольку перед ним формируются иные задачи – человек должен выполнять социальные роли не руководствуясь навязанными стереотипами биологического поведения, а исходя из осознания собственного гендера.
Готовые работы на аналогичную тему
Таким образом, исходя из приведенной характеристики понятие гендерного феминизма может быть сформулировано следующим образом:
Гендерный феминизм – это сформированная в рамках феминистской доктрины совокупность реализуемых на практике теоретических взглядов и идей, утверждающих необходимость отказа в современных условиях от классической половой дифференциации и переходу к понятию социального пола – гендера.
Направления практической реализации идей гендерного феминизма
Приведенная выше концепция, сторонники которой утверждают, что разница в интересах и способностях классических биологических полов продиктована не традиционными физиологическими различиями, а навязываемыми в процессе воспитания и социализации стереотипами, образцами мышления, и т.д. в последние десятилетия получает широкое распространение по всему миру.
Нередко меры, призванные непосредственно обеспечить равенство полов закрепляются на уровне законодательства, например, посредством установления специальных квот, призванных обеспечить возможность равного участия мужчин и женщин в тех областях профессиональной деятельности, где традиционно численно преобладали мужчины.
Так, например, могут устанавливаться минимальные проценты численного представительства женщин в:
На текущий момент, самый высокий процент женщин в парламенте из числа Европейских стран – в Швеции (43,6%).
Подобные меры, по замыслу сторонников гендерного феминизма призваны обеспечить женщинам возможность реализации собственных знаний, навыков и амбиций во всех сферах профессиональной деятельности. Проводя краткую характеристику истории воплощения рассматриваемых идей, следует обратить внимание на то, что современным положительным преобразованиям предшествовала длительная борьба последователей феминизма за права женщин.
Первым серьезным достижением стало получение женщинами избирательных и экономических прав, которые были закреплены во многих странах на законодательном уровне в начале XX века. Постепенно в жизнь воплощались все новые и новые изменения, направленные на достижение гендерного равенства. К сегодняшнему дню идея о необходимости обеспечения равноправия полов в значительной степени определяет общественное устройство многих государств.
Гендер как основополагающая категория теории гендерного феминизма
Поскольку как было отмечено выше, гендер выступает основой рассматриваемой теории гендерного феминизма, в процессе проведения характеристики последнего представляется целесообразным подробнее остановиться на характеристике соответствующего термина.
Гендер – это собирательный термин обозначающий совокупность социально-культурных, психологических, и иных личностных особенностей человека, безотносительно к характеристике его физиологического пола.
Один из идеологов доктрины гендерного феминизма, английский социолог Энтони Гидденс проводя характеристику понятия «гендер» отметил, что под таковым следует понимать не физические различия между мужчиной и женщиной, а социально формируемые особенности мужественности и женственности. Иными словами, по мнению автора, гендер прежде всего предполагает социальные ожидания относительно поведения, рассматривающегося как соответствующее или несоответствующее для мужчин и женщин.
Кроме того, Э.Гидденс справедливо отмечает, что «разграничение пола и гендера является фундаментальным, так как многие различия между женщиной и мужчиной обуславливаются причинами, не являющимися биологическими по своей природе»
Чем пол отличается от гендера?
Объясните, пожалуйста, с медицинской точки зрения, что такое гендер и чем он отличается от пола.
Почему, если мужчина называет себя женщиной, а женщина — мужчиной, это не считается психическим расстройством, а если человек называет себя Наполеоном, Мерилин Монро или боевым вертолетиком, то считается?
Почему в одном случае общество хочет дать больше прав и свобод — например, позволить мужчинам, которые ощущают себя женщинами, принимать участие в женских соревнованиях, ходить в женский туалет и так далее, — а в другом стремится изолировать от себя?
Где проходит грань между самоопределением и психическим расстройством?
Ваш вопрос можно разбить на три части:
Разберу все по порядку.
Чем пол отличается от гендера
Пол — это биологические различия между мужчинами и женщинами, которые определяются при рождении и говорят о том, какую репродуктивную функцию человек сможет реализовать, когда вырастет.
Что такое пол — рамочная программа Юнеско по внедрению гендерного подхода
Рыбы-клоуны меняют пол — пресс-релиз Института Бекмана при Иллинойсском университете
Гендер. Разные группы исследователей приписывают понятию гендер немного разное значение. Но я предлагаю придерживаться определения, рекомендованного Всемирной организацией здравоохранения. ВОЗ считает, что гендер — это социальные характеристики мужчин и женщин. То есть поведение и роли, которые представители разных полов играют в обществе.
Поскольку гендер — социальная конструкция, нормы, связанные с этим понятием, могут меняться не только от общества к обществу, но и трансформироваться в рамках одного и того же общества или государства.
Например, до 1917 года женщины в Российской империи были почти вычеркнуты из социальной жизни. За редким исключением их делом была семья и дом. Именно так женщину и воспринимали — как человека, предназначенного для ведения домашнего хозяйства, рождения и воспитания детей.
Неравноправное положение женщин в Российской империи — материалы Третьей международной научной конференции «История и археология» в Санкт-Петербурге
Но после 1917 года отношение к женщинам изменилось. Молодое государство нуждалось в рабочих и социально активных гражданах, поэтому женщины получили возможность вступать в большевистскую партию и работать, например, на заводах.
От женщин стали ожидать, что они будут не только матерями и хранительницами очага, но и производственными единицами с четко закрепленными социальными обязанностями. Например, они должны были наравне с мужчинами участвовать в партийной работе. Благодаря тому, что в стране изменились социальные условия, всего за несколько лет отношение к представительницам одного и того же гендера тоже очень сильно поменялось.
Таким образом, пол — это анатомическая данность, с которой человек рождается. А гендер — то, как люди, рожденные мужчинами и женщинами, чувствуют, ведут себя и воспринимаются другими людьми в обществе.
Как победить выгорание
Зачем потребовалось вводить понятие гендера
Если бы пол всегда совпадал с гендером — то есть человек, рожденный мужчиной или женщиной, всегда чувствовал бы себя и воспринимался бы другими людьми как мужчина или женщина, — понятие гендера было бы лишним.
Но ученые изучают не отдельные группы людей, а человечество в целом. Оказалось, что даже биологическое деление людей на мужчин и женщин — это не нерушимая биологическая константа, а только два из нескольких возможных направлений, по которым может развиваться человеческое существо. Когда исследователи убедились, что самоощущение человека объективно может не совпадать с его внешним видом, обходиться без понятия «гендер» стало невозможно.
Чтобы понять, какие еще анатомические варианты, кроме мужчин и женщин, возможны, скажу пару слов о том, как люди приобретают половые различия.
На ранних этапах развития у эмбриона еще нет пола. Родится человек мужчиной или женщиной, определяют гены, которые отвечают за половое развитие. Они включаются через некоторое время после зачатия. Эти гены находятся на половых хромосомах: у мужчин это хромосомы XY, у женщин — XX.
В Y-хромосоме есть ген SRY, который отвечает за образование семенников у эмбриона. Если этот ген есть и работает, то у человека развиваются мужские гениталии. Примерно на седьмой-восьмой неделе беременности мужские гениталии начинают вырабатывать половой гормон тестостерон, который завершает превращение эмбриона в мужчину.
Информационный бюллетень по Y-хромосоме — Национальный институт исследований человеческого генома
Если гена SRY нет, у эмбриона развиваются женские гениталии. Поскольку человеческий организм по умолчанию развивается как женский, чтобы превратиться в женщину, подвергаться внутриутробному воздействию эстрогенов эмбриону не нужно.
Но иногда развитие эмбриона отклоняется от стандарта. Скажем, если ген SRY есть, но не работает из-за мутации, то эмбрион будет развиваться по женскому типу. В итоге человек с набором половых хромосом XY будет выглядеть, а зачастую и чувствовать себя женщиной. Получается, что хромосомный пол не совпадает с внешним видом и самоощущением человека, то есть с гендером.
Мутации в гене SRY — это не единственная причина, из-за которой может возникать несовпадение. По статистике, у одного из 1000—4500 малышей строение гениталий не соответствует хромосомному полу. Причин и вариантов такого несовпадения много.
Кто такие люди с атипичными гениталиями — международный справочник для врачей Uptodate
Например, у девочек с хромосомным набором XX и врожденной гиперплазией надпочечников — состоянием, из-за которого этот орган вырабатывает избыточное количество мужского гормона тестостерона, — наружные гениталии могут сформироваться неотличимыми от мужских. А у некоторых мальчиков с хромосомным набором XY, но с врожденной нечувствительностью к мужским половым гормонам гениталии могут сформироваться неотличимыми от женских.
Еще у некоторых людей гениталии получаются промежуточной формы, то есть их нельзя однозначно отнести ни к мужским, ни к женским. Людей с атипичными гениталиями иногда называют интерсексуальными.
Раньше интерсексуальным людям приписывали тот пол, на представителей которого они были больше похожи в младенчестве. В середине 20 века интерсексуальность начали корректировать хирургическим путем, чтобы строение гениталий лучше соответствовало полу, который определили при рождении.
Через некоторое время от этой практики отказались почти во всем мире. Проблема в том, что врачи, которые принимали решение об операции, часто неправильно угадывали пол интерсексуальных детей. В итоге человек, которого превратили в анатомическую женщину, со временем мог понять, что он мужчина. И наоборот. Несмотря на психологическую помощь, адаптироваться к полу, приписанному при рождении, ошибочно прооперированные интерсексуальные люди так и не смогли.
То есть снова оказалось, что такая вроде бы очевидная биологическая константа, как пол, у интерсексуальных людей запросто могла не совпасть с самоощущением, то есть с гендером.
Трагедия интерсексуальных людей показала, что биологическое разделение на два пола по внешнему виду гениталий работает далеко не всегда. Но дальнейшие исследования выяснили еще больше: для того чтобы пол не совпал с гендерным самоощущением, не обязательно рождаться интерсексуальным человеком. Судя по имеющимся данным, есть множество куда менее очевидных причин, из-за которых здоровые люди с мужскими гениталиями могут чувствовать себя женщинами, и наоборот.
На рубеже 20 и 21 веков появилось много исследований по проблеме восприятия человеком собственного пола. Они показали, что мужественный мужчина и женственная женщина — не абсолютная норма, а скорее две часто встречающиеся крайности. Между этими двумя состояниями находится множество людей, чьи тела и сознание сочетают характеристики того или иного пола и гендера в разных пропорциях. Чтобы говорить об этом многообразии, пришлось изобрести новую терминологию, которая вышла за рамки привычных половых характеристик.
Какими словами ученые описывают восприятие пола
Понятия «пол» оказалось недостаточно, чтобы описать то, как человек выглядит, чувствует и ведет себя в обществе. А понятие «гендер» слишком общее и широкое. Поэтому исследователи разработали несколько более узких терминов.
Основы гендерной терминологии — Справочник по гендерной терминологии GLAAD MediaPDF, 774 КБ
Гендерная идентичность — внутренне, глубоко укоренившееся чувство пола человека. О своей гендерной идентичности человек может никому не рассказывать, но переделать свое самоощущение в соответствии с ожиданиями социума он тоже не в силах. У большинства людей гендерная идентичность соответствует полу, с которым человек родился, — их называют цисгендерными людьми.
У трансгендерных людей половое самоощущение с врожденным полом не совпадает. А у некоторых людей гендерная идентичность выходит за рамки мужского и женского пола — такие люди не ощущают себя ни мужчинами, ни женщинами. Их называют небинарными персонами.
Гендерное выражение — внешние проявления пола, которые демонстрирует конкретный человек. Это выражается через то, как люди подают себя в обществе, то есть через имена, на которые они откликаются и которыми предпочитают себя называть, и местоимения, с помощью которых они о себе говорят. А еще через то, как люди стремятся выглядеть: через одежду, прическу, поведение, голос и тому подобное. Общество идентифицирует эти сигналы как мужские или женские и относится к людям соответственно.
Люди могут быть гендерно конформными, то есть вести себя так, как мы ждем от мужчин или женщин. А могут быть гендерно неконформными, то есть разрушать стереотипы.
При этом ни гендерная идентичность, ни гендерное выражение не связаны с сексуальной ориентацией — влечением к людям своего или противоположного пола. Цисгендерный человек может быть и гетеросексуальным, и асексуальным, и геем, и бисексуалом — точно так же, как трансгендерный или небинарный.
Пол мозга — учебник Оксфордского университета
Где проходит граница между гендерной идентичностью и психическими расстройствами
МКБ-10 — классификация ВОЗ десятого пересмотра
Однако в Международной классификации болезней одиннадцатого пересмотра, которую обновили в 2019 году и на которую страны — члены ВОЗ планируют перейти к 1 января 2022 года, трансгендерность вынесли в отдельный раздел. Он не относится к психиатрии. Об этом просили правительства нескольких государств — членов ВОЗ и парламент Евросоюза, потому что такой диагноз приводит к стигматизации трансгендерных людей и нарушениям прав человека. Но дело не только в этом.
МКБ-11 — классификация ВОЗ одиннадцатого пересмотра
Что такое психоз — Национальный институт психического здоровья США
Психозы характерны для нескольких тяжелых расстройств психики, например шизофрении. Такие болезни нужно контролировать всю жизнь. А после адаптации в желаемом гендере многие трансгендерные люди перестают ощущать, что их пол не соответствует внешнему виду, и страдать от этого. Не всем для этого нужно менять свое тело при помощи гормонотерапии и хирургических операций. Некоторым достаточно совершить социальный переход, то есть пересмотреть одежду и прическу и объяснить друзьям, в каком роде к ним обращаться и каким именем называть.
Другими словами, чтобы помочь людям с психическими расстройствами чувствовать себя лучше и адаптироваться к жизни в обществе, нужны консультации психиатра и психолога. А также лекарства, которые влияют на психику, — иногда в пожизненном режиме. Человеку же с нарушением гендерной идентичности достаточно совершить трансгендерный переход — полный или частичный — и спокойно жить дальше в полной гармонии со своим самоощущением.
Бывают ли психические расстройства, похожие на трансгендерность
Трансгендерность можно перепутать с расстройством психики, при котором человек не принимает некоторые особенности своего тела, кажущиеся другим совершенно нормальными, и стремится изменить свой организм с помощью косметологических и хирургических процедур. Это называется телесным дисморфическим расстройством, или дисморфофобией.
Страдающий от дисморфофобии человек может так сильно переживать, например, из-за формы своего носа, что будет снова и снова ложиться на операцию, чтобы сделать его красивым. При этом результат ему никогда не понравится, даже если в итоге хирург создаст самый совершенный нос на планете.
Трансгендерные люди со стороны тоже выглядят полностью здоровыми. Так что их стремление сделать свое вполне нормальное тело похожим на тело представителя другого пола может показаться необоснованным. Но это не одно и то же.
В отличие от людей с дисморфическим расстройством трансгендеры не стремятся изменить не связанные с полом черты и чувствуют сильное облегчение после того, как приводят свое тело в соответствие с самоощущением. Попытки при помощи психотерапии или лекарств адаптировать трансгендерных людей к тому полу, в котором они родились, не работают и даже могут быть опасны для их физического и психического здоровья.
Людям, страдающим от дисморфофобии, никакие процедуры не помогают. А вот правильно подобранная психотерапия и лекарственные препараты, как правило, дают возможность вернуться к нормальной жизни.
Ответить еще на один ваш вопрос — о том, почему одни общества дают людям, которые отличаются от большинства, больше прав и свобод, а другие меньше, — я не смогу. Этот вопрос не относится к сфере биологии и медицины, и для ответа мне не хватает профессиональной подготовки.
Что делать? Читатели спрашивают — эксперты Т—Ж отвечают
Пол мозга: о чем нужно помнить, изучая различия между мужчинами и женщинами
Теории и практики
Женский мозг отличается от мужского? Прежде чем искать ответ на этот вопрос, стоит уточнить, зачем мы вообще его задаем. Не ищем ли в биологии обоснования для давно сложившейся и удобной социальной нормы? Не пытаемся ли подогнать отдельных индивидуумов под статистические данные? Не сводим ли человека к эволюции, основные процессы которой происходили десятки тысяч лет назад? Журналистка Ольга Орлова и биолог, популяризатор науки Анна Хазина обсудили эти вопросы в подкасте Laba.Media — а T&P записали основные тезисы.
Подкаст. 11 декабря 2018 года
Ольга Орлова
Научный журналист, автор Laba.Media
Анна Хазина
Биолог, популяризатор науки, специалист по инновациям в образовании
Ольга Орлова: Мы говорим про женщин в науке, науки про женщин и проблемы и мифы, с этим связанные. Одно из спорных утверждений звучит так: «Идеи феминизма противоречат природе человека и сути эволюции». Эволюционная биология часто становится аргументом в борьбе с феминистскими декларациями. Считается, что феминистки игнорируют законы природы и хотят того, что нам биологически невыгодно. Так ли это?
Давайте, прежде чем что-то обсуждать, договоримся о терминах. Что мы понимаем под феминизмом сегодня?
Анна Хазина: Феминизм — это все еще идеологическое движение, направленное на достижение равенства прав женщин по сравнению с мужчинами, но сегодняшняя, третья волна феминизма также учитывает и другую дискриминацию — по возрасту, этнической принадлежности, социальным различиям.
Ольга Орлова: Хорошо. Мы договорились, что под современным феминизмом мы понимаем декларацию равных прав и возможностей вообще всех людей на планете. Дальше уже начинаются серьезные проблемы. Одно дело — права, а другое — возможности. Мы можем в джунглях сегодня декларировать, что у всех равные права: и у кролика, и у тигра, — но у них разные. Биологически люди не одинаковы, и, соответственно, у них не могут быть одинаковые возможности. Есть и другая точка зрения, которую в середине XX века сформулировала Симона де Бовуар: она говорила, что женщиной не рождаются, а становятся, имея в виду прежде всего то, что важен не столько пол биологический, сколько гендер. Давайте про гендер поговорим потом, а сначала поговорим про биологические различия: насколько они действительно важны и насколько они определяют развитие и жизнь женщин и мужчин. Прежде всего, конечно же, речь идет о когнитивных различиях.
Анна Хазина: Я, безусловно, не придерживаюсь мысли о том, что генетика не влияет на нашу физиологию и даже на наше поведение. Гены во многом определяют нашу идентичность, в том числе принадлежность к полу. Разные гениталии, разный гормональный фон — вещи, которые невозможно оспаривать.
Но все, что касается нашей самоидентификации в обществе и гендерных ролей, — это абсолютно другая история, которая гораздо меньше связана с эволюционной биологией, хотя почему-то именно биологии в популярном дискурсе придается большое значение. Во многом потому, что эволюционная биология — довольно удобное орудие для того, чтобы поддерживать идеологию. Потому что ссылки на науку звучат убедительно. Но при этом даже эволюционная биология не доказывает, что наша роль в обществе — это биологический концепт.
Например, самый главный постулат: у мужчин и женщин разные мозги, значит, они разные «по природе». На самом деле тело человека вообще не существует как вещь в себе, не существует вне социума, особенно мозг. Есть такое явление, которое называется нейропластичность, и оно объясняет, каким образом наш мозг, как кусок глины, формируется под влиянием нашего взаимодействия с окружающим миром.
Как только мы появляемся на свет, начинаем общаться с окружающими, идем в школу, играем с игрушками, которые нам дают родители, наш мозг все это впитывает и меняется.
В том, что у взрослых мужчин и женщин, живущих в обществе, которое поощряет их быть разными, разный мозг, нет ничего удивительного. И это как раз тот момент, где социальное и биологическое переплетаются, и мы не можем говорить, что «так задано природой».
А исследования мозга новорожденных и маленьких детей показывают, что их мозг практически не различается между полами. В принципе, мозг между разными индивидуумами одного пола различается гораздо сильнее, чем между полами.
Ольга Орлова: Когда, например, мама-медведица общается со своими детенышами и, руководствуясь какими-то своими инстинктами, их учит, а медвежата от нее что-то перенимают — они остаются в зоне физиологии, природы животного мира?
Анна Хазина: Это хороший вопрос, потому что на самом деле у многих животных, так же как и у людей, есть социальная структура, обучение и общение, которые точно так же влияют на структуру мозга. Просто у людей социальные конструкты гораздо сложнее, чем у животных, у которых поведение во многом определяется некоторой заданной схемой, рефлекторной.
Когда мы изучаем поведение людей, отделить биологию от социума практически невозможно, потому что это очень плотно переплетенные вещи, которые существуют только в связи.
Но очень многие стереотипы о «природных» свойствах гендера идут вразрез или, по крайней мере, никак не соответствуют тому, что мы можем наблюдать в животном мире. Очень известный пример, который часто приводится в феминистской литературе, — китайское бинтование ног. На представлении о том, что у женщины должна быть аккуратная маленькая ножка, основана практика деформирования стопы, при которой женщина не может ходить, хотя ходить — это природная характеристика.
В человеческом обществе есть огромное количество вещей, которых не было в природе, но мы выуживаем из эволюционной биологии те конструкты, которые помогают поддержать определенные идеологические заявления. Нет движения против агрикультуры, которое призывало бы отменить сельское хозяйство, потому что оно неестественно. Но есть движения, которые требуют на этом основании «неестественности» запретить аборты. Здесь есть некоторое несоответствие, потому что, вообще говоря, какое право мы имеем использовать науку для подтверждения некоторых моральных постулатов?
Если задуматься, феминизм и эволюционная биология — дискурсы, которые не очень могут пересекаться. Мы не можем использовать лабораторные данные для оправдания дискриминации.
Ольга Орлова: Когда мы затыкаем какими-то лабораторными данными идеологические конструкты — это безобразие. Но, с другой стороны, сейчас все чаще и чаще возникают ситуации, когда эти данные приходится заметать, как мусор, под ковер. Нельзя их сообщать, потому что это некорректно. Знаете ли вы такие случаи? Когда говорят: «Знаешь, не проводи исследование на эту тему, а то феминистки рассердятся», — как вы к этому относитесь?
Анна Хазина: Я, безусловно, за свободу слова и свободу научной деятельности, но я не поддерживаю исследования, которые берут начало в идеологических концепциях или делают поспешные выводы, тоже связанные с идеологией.
Например, мы сравниваем результаты тестов по математике у мальчиков и девочек и видим, что результаты мальчиков лучше. После этого смотрим на мозг мальчиков и девочек, видим небольшие различия и сразу же делаем вывод о том, что мальчики и девочки рождаются с разной структурой мозга и девочки изначально, от рождения, гораздо менее способны к математике, чем мальчики. В чем проблема таких исследований? Во-первых, игнорируются социальные факторы. Во-вторых, это типичная и довольно, в общем, глупая ошибка исследователей: за связь принимается корреляция.
Анна Хазина: С мальчиками и девочками, которые в начальной школе одинаково интересуются математикой, или физикой, или любыми точными науками, дальше происходят такие вещи, как, например, с девочкой, которая получила золотую медаль на олимпиаде по физике, а ей подарили сертификат в магазин косметики и сказали, что она прекрасное украшение коллектива и все мальчики в коллективе смотрят на нее с благоговением, а мальчикам, которые заняли второе и третье места, подарили какие-то книжки по физике и сказали, что они двигают страну к прогрессу. Эти вещи очень сильно влияют на дальнейшую статистику женщин в науках.
Мы не можем говорить, что это биологическая история, которая внезапно проявляется у взрослых девочек. Когда у родителей рождается девочка, ей дают одни игрушки, а когда рождается мальчик — другие игрушки. И с момента рождения ребенок встает на рельсы, которые незаметно ведут его по определенному пути. Женщинам в науке приходится двигаться скорее вопреки, но не все на это способны. Поэтому недостаток женщин в науке даже в странах, где, казалось бы, на первый взгляд, созданы все условия для того, чтобы они преуспевали, — это все еще социальная история, потому что у нас нет никаких научных причин полагать, что от рождения у нас разные интересы.
Ольга Орлова: У мужчин и женщин может быть разница в мотивации, связанная с нейрофизиологией?
Анна Хазина: С нейрофизиологией связано все, что с нами происходит. Но как и все, что происходит в нашем мозге, мотивация — это тоже совокупность биологического и социального.
Cамое главное в этой истории — не преуменьшать важность социального.
Потому что, к сожалению, очень часто, когда мы находим какую-то биологическую причину, мы ее упрощаем, она кажется очень логичной, и мы забываем про все социальные и культурные влияния, которые точно так же формируют нашу нейрофизиологию. Говорить о мотивации как о чисто биологической или чисто социальной категории очень сложно.
Ольга Орлова: Тогда мы просто обязаны сейчас перейти к связи между биологическим полом и социальным — гендером. Насколько она сложна и причудлива?
Анна Хазина: Давайте поподробнее поговорим про три понятия, чтобы разделить их между собой. Это пол, гендер и гендерная идентичность. Половая принадлежность — это половые признаки, гормональный фон и так далее. А гендер и гендерная идентичность — это социальный конструкт, который связан с нашей биологией, но при этом выходит за рамки дискурса о биологическом детерминизме и не подчиняется привычной нам бинарности.
Но если мы вернемся к гену SRY, окажется, что все работает не так просто. Когда этот ген включается, он действует на сотни разных мишеней. Он включает другие гены, эти гены включают каскады различных химических реакций. Это похоже на дерево, каждая ветвь которого находится под влиянием огромного количества других факторов, в том числе социальных и культурных. Гендерная идентичность в большой степени формируется под влиянием социума просто потому, что этот каскад реакций, который запускается одним-единственным геном SRY, находится в прямой связи с социальными явлениями и прекрасно их в себя вплетает. И в этом смысле история про гендерный спектр и про миллионы возможных типов гендерной самоидентификации абсолютно не противоречит эволюционной биологии.
Ольга Орлова: Самые значительные изменения в эволюции человека произошли за миллионы лет до того, как мы узнали о феминизме и множестве гендеров. Человек фантастически развился и эволюционировал, имея два пола и два гендера. Вот эти вот множество гендеров — не заведут ли они человека как вид в тупик?
Анна Хазина: Эволюция человека действительно происходила гораздо дольше, чем то, что происходит с нами сейчас. Но с того момента, когда происходит когнитивная революция (ок. 70 000 года до н. э. — Прим. T&P), когда наш мозг развивается до такой степени, что мы можем оперировать абстрактными понятиями, осознавать свое существование и существование окружающих, мы начинаем формировать социум и сложные социальные конструкты. И с этого момента наша эволюция идет по двойной траектории, когда нашим поведением и выживанием заведуют не только гены, но и культурные и социальные единицы — то, что называется словом «мем». Мы больше не можем говорить о чисто генетической эволюции, потому что в нее вплетается обучение и сложные социальные конструкты, благодаря которым мы и смогли выжить как вид (ведь обучение происходит гораздо быстрее, чем передача гена через поколения). Но сейчас мы уже и об эволюционной выгодности нашего поведения не можем говорить, потому что,
как только появляются социальные структуры, человек как вид усложняется до такой степени, что его поведение перестает объясняться эволюционными стратегиями.
Не все, что мы делаем, делается для выживания и продолжения рода.
Ольга Орлова: С другой стороны, вы же наверняка видели модные исследования о том, что многие поведенческие стратегии, которые мы связываем с культурой, этикой, нравственностью и так далее, эволюционно выгодны. Про донорство и паразитизм, про самопожертвование.
Анна Хазина: Мне кажется, это некий порок популяризации и упрощения науки. Если мы знаем, как устроена эволюция в животном мире, мы не можем автоматически проводить параллели с тем, как устроен человек, потому что человек от животных ушел довольно далеко. Мы сейчас довольно процветающий вид во многом благодаря науке, медицине, сельскому хозяйству, индустрии — всем тем вещам, которых нет у других животных. Можем ли мы говорить о том, что, если бы гендерные роли у нас были другими, наша наука сейчас не была бы на такой высоте? Нет. Во-первых, история не позволяет нам провести корректный эксперимент. Во-вторых, у нас нет никакой возможности провести параллель с другими животными. В-третьих,
в историях женщин, которые внесли огромный вклад в науку, действуя наперекор дискриминации, эволюционные стратегии теряют всякий смысл.
Если мы говорим о социальной эволюции, об обществе, в котором все люди работают на благо прогресса, мы не можем дискриминировать какие-то определенные группы.
Ольга Орлова: Зачем нам много гендеров, зачем мы так усложняем? В этом есть прагматический смысл? Или этический? Для развития нормального общества этические моменты тоже очень важны.
Анна Хазина: Когда мы спрашиваем, не усложняем ли мы нашу жизнь, делая то или это, сначала нужно задать себе вопрос: усложняем для кого? Норма отсчитывается от определенной группы (так, разговоры про свободу самоидентичности усложняют жизнь белого гетеросексуального цис-мужчины). Если мы будем относиться с эмпатией к разным группам, если мы будем допускать разнообразие, если мы будем допускать, что не все выглядят и действуют так же, как мы, то наше общество, может, и не станет лучше, но, возможно, все эти группы, когда они получат равные права, смогут действовать на его благо.
Анна Хазина: Мне кажется, задача родителей и педагогов — предоставлять ребенку возможность исследовать возможности. Это значит, что, если родители покупают ребенку игрушки, они следят за тем, чтобы эти игрушки не направляли ребенка по определенному пути. Если ребенку интересны какие-то вещи, которые не считаются гендерной нормой, традиционной для его пола, то родители не должны пресекать этот интерес. Я поддерживаю решение родителей: если это действительно выбор ребенка, то да, безусловно, она должна носить все, что она хочет. Но мне кажется, в детских садах возможны практики, которые позволят детям исследовать различия. Я, например, читала про уроки, во время которых мальчики и девочки пытались примерять на себя разные гендерные роли и смотреть на мир глазами других. Мне кажется, эмпатия и интерес к разным поведенческим моделям, к самому отсутствию этих моделей — это то, что родители и педагоги должны поддерживать.
Ольга Орлова: Вы сейчас учитесь в Париже в Центре междисциплинарных исследований. Насколько среди ваших коллег распространена риторика феминизма?
Анна Хазина: Риторика феминизма — это такая история, которая даже не обсуждается, потому что было бы странно в XXI веке говорить, что «нет, я против движения за права женщин». К сожалению, когда я училась в России, с этим было гораздо сложнее. И мой интерес к дружбе и вражде эволюционной биологии и феминизма возник потому, что именно на биофаке я встречала огромное количество таких вот упрощений науки, работавших на благо сексизма.
Литература
Lise Eliot. Pink Brain, Blue Brain: How Small Differences Grow Into Troublesome Gaps — And What We Can Do About It. 2010.
Siddhartha Mukherjee. The Gene: An Intimate History, 2017.
Herbert Gintis. Gene–culture coevolution and the nature of human sociality (2011) // Philosophical Transactions of The Royal Society B: Biological Sciences, 366(1566).
Sex beyond the genitalia: The human brain mosaic (2015) // Proceedings of the National Academy of Sciences, 112(50).
Юваль Ной Харари. Sapiens. Краткая история человечества. М.: Синдбад, 2016.
В рубрике «Конспект» мы публикуем сокращенные записи лекций, вебинаров, подкастов — то есть устных выступлений. Мнение спикера может не совпадать с мнением редакции. Мы запрашиваем ссылки на первоисточники, но их предоставление остается на усмотрение спикера.
