22 июня 1941 года православный праздник
Новоюлианский церковный календарь
в Александрийской, Антиохийской, Албанской, Болгарской, Кипрской, Константинопольской (кроме Афона), Румынской, Элладской Поместных Православных Церквах, а также в зависимости от приходского уклада в Американской, Польской, Чехословацкой Церквах и Западноевропейских приходах Русской Церкви.
Двунадесятые и великие праздники 1941 года
Многодневные посты 1941 года
Дни поминовения усопших
09.02Поминовение всех усопших, пострадавших в годину гонений за веру Христову
22.02Вселенская родительская (мясопустная) суббота
15.03Суббота 2-й седмицы Великого поста. Поминовение усопших
22.03Суббота 3-й седмицы Великого поста. Поминовение усопших
29.03Суббота 4-й седмицы Великого поста. Поминовение усопших
29.04Радоница. Поминовение усопших
09.05Поминовение усопших воинов
07.06Троицкая родительская суббота
01.11Димитриевская родительская суббота
Когда совершается венчание
Православный календарь
Православный календарь содержит два годичных круга событий: неподвижный круг, все даты которого твёрдо установлены в богослужебных книгах, и Пасхальный круг, все события которого установлены относительно дня празднования Пасхи.
День Пасхи вычисляется по солнечно-лунному календарю (Александрийской пасхалии) и празднуется одновременно всеми автокефальными Православными Церквями (кроме Финской Церкви, перешедшей на Григорианский календарь), как и все связанные с ним события пасхального круга.
Даты неподвижного круга отмечаются по-разному: по юлианскому календарю (так называемому «старому стилю») и по григорианскому календарю (современному гражданскому календарю, или «новому стилю»).
В Русской Православной Церкви,а также в Иерусалимской, Грузинской, Сербской Церкви и в монастырях Афона события неподвижного круга отмечаются по юлианскому календарю, который в XX–XXI веках на 13 дней отличается от гражданского календаря. Так, начало церковного года (новолетие), установленное на 1 сентября, празднуется по гражданскому календарю 14 сентября.
В других одиннадцати Поместных Православных Церквах даты неподвижного круга отмечают по новоюлианскому календарю. Так, Рождество Христово празднуется перед гражданским новым годом, 25 декабря.
Представленный Православный календарь позволяет определять даты постов и праздников c 100 по 20000 г. При наведении курсора на календарное число появляется информация об особенностях этого дня. При нажатии на любое число месяца, ссылка приведёт на соответствующую дату подробного ежедневного календаря Русской Православной Церкви. Ссылки на ежедневный календарь работают плюс/минус 10 лет от текущей даты.
22 июня 1941 года православный праздник
– 22 июня 1941 года Русская Православная Церковь отмечала день всех святых, в земле Российской просиявших;
– 6 декабря 1941 года в день памяти Александра Невского наши войска начали успешное контрнаступление и отбросили немцев от Москвы;
– 12 июля 1943 в день апостолов Петра и Павла начались бои под Прохоровкой на Курской дуге;
– на празднование Казанской иконы Божией Матери 4 ноября 1943 года советскими войсками был взят Киев;
– Пасха 1945 года совпала с днем памяти великомученика Георгия Победоносца, отмечаемым Церковью 6 мая. 9 мая – на Светлой седмице – к возгласам «Христос воскресе!» добавился долгожданный «С днем победы!»;
– Парад Победы на Красной площади был назначен на 24 июня – День Святой Троицы.
Нательный крест на одной цепочке с жетоном «смертника», спрятанная в нагрудный карман гимнастерки иконочка Божией Матери, переписанный дрожащей рукой девяностый псалом «Живый в помощи Вышняго», который солдаты называли «живые помощи», – полуистлевшие свидетельства веры поисковики находят на полях сражений вместе с партбилетами и комсомольскими значками. А сколько рассказов «как Бог спас» передавались из уст в уста! Как, уходя в разведку, шептали: «С Богом!», как молились втайне перед началом наступления и крестились уже в открытую, поднимаясь в атаку, и как пронзало радиоэфир предсмертное: «Господи, помилуй!». Хорошо известен афоризм: «На войне атеистов не бывает». А вот о том, как жила Церковь во время войны, известно не много.
К началу Великой Отечественной войны духовенство Русской Православной Церкви было почти уничтожено. Безбожная пятилетка была в разгаре. Закрыты и разрушены тысячи храмов и монастырей. Расстреляны более 50 тысяч священнослужителей. Сотни тысяч сосланы в лагеря.
К 1943 году на территории СССР не должно было остаться ни одного действующего храма и ни одного действующего священника. Однако этим планам не суждено было сбыться. Разгул воинствующего безбожия остановила война.
Узнав о нападении фашистской Германии, патриарший местоблюститель митрополит Московский и Коломенский Сергий (Страгородский) благословил верующих на борьбу с фашистским захватчиком. Свое «Послание пастырям и пасомым Христовой Православной Церкви» он сам напечатал на пишущей машинке и обратился с ним к народу. Он сделал это раньше, чем Сталин. Несколько дней после начала войны главнокомандующий Красной армией молчал. Оправившись от шока, он также выступил с обращением к народу, в котором назвал людей, как называют их в Церкви, «братия и сестры».
С первых дней войны руководство страны отменило столь явный богоборческий курс и на время приостановило борьбу с Православием. Атеистическая пропаганда была переведена на новые, более тихие рельсы, а Союз воинствующих безбожников демонстративно распущен.
Прекратились гонения на верующих – люди снова могли свободно посещать церковь. Из ссылок и лагерей возвращались выжившие священнослужители. Открывались закрытые ранее храмы. Так, в 1942 году в Саратове, где к началу войны не осталось ни одной действующей церкви, верующим был передан (поначалу в аренду) Свято-Троицкий собор, а после открылась Духосошественская церковь. Возобновляются богослужения и в других храмах Саратовской епархии.
Перед лицом опасности Сталин ищет поддержки у Церкви. Приглашает духовенство к себе в Кремль, где обсуждает положение Русской Православной церкви в СССР и возможность открытия духовных школ и академий. Еще один неожиданный шаг навстречу Церкви – Сталин разрешает провести Поместный Собор и выборы Патриарха. Так, упраздненное православным царем Петром I патриаршество было восстановлено при богоборческом советском режиме. Главой Русской Православной Церкви 8 сентября 1943 года становится митрополит Сергий (Страгородский).
БАТЮШКИ НА ПЕРЕДОВОЙ
Одни битвы шли в Кремле, другие – на линии огня. Сегодня мало кто знает о священниках, воевавших на фронтах Великой Отечественной войны. Никто точно не скажет, сколько их было, шедших в бой без рясы и крестов, в солдатской шинели, с винтовкой в руке и молитвой на устах. Статистики никто не вел. Но батюшки не просто сражались, защищая свою веру и Отечество, а еще и получали награды – почти сорок священнослужителей были награждены медалями «За оборону Ленинграда» и «За оборону Москвы», более пятидесяти – «За доблестный труд во время войны», несколько десятков – медалью «Партизану Великой Отечественной войны». А скольких еще награды обходили стороной?
Архимандрит Леонид (Лобачев) в начале войны добровольцем вступил в ряды Красной Армии и стал гвардии старшиной. Дошел до Праги, был награжден орденом Красной Звезды, медалями «За отвагу», «За боевые заслуги», «За оборону Москвы», «За оборону Сталинграда», «За взятие Будапешта», «За взятие Вены», «За победу над Германией». После демобилизации снова вернулся к служению в священном сане и был назначен первым руководителем Русской Духовной Миссии в Иерусалиме после ее открытия в 1948 году.
Многие священнослужители уходили на фронт, отбыв срок в лагерях и ссылках. Вернувшись из заключения, будущий Патриарх Московский и всея Руси Пимен (Извеков) дослужился на войне до звания майора. Многие, избежав смерти на фронте, становились священниками после победы. Так, будущий наместник Псково-Печерского монастыря архимандрит Алипий (Воронов), прошедший от Москвы до Берлина и награжденный орденом Красной Звезды, медалями «За отвагу» и «За боевые заслуги», вспоминал: «Война была настолько страшной, что я дал слово Богу, что если в этой страшной битве выживу, то обязательно уйду в монастырь». Посвятить свою жизнь Богу решил и кавалер орденов Славы трех степеней Борис Крамаренко, после войны став диаконом в храме под Киевом. А бывший пулеметчик Коноплев, награжденный медалью «За боевые заслуги», стал впоследствии митрополитом Калининским и Кашинским Алексием.
Человек удивительной судьбы, хирург с мировым именем, бывший некогда земским врачом в селе Романовка Саратовской губернии, епископ Русской Православной Церкви Лука (Войно-Ясенецкий) встретил войну в ссылке в Красноярске. В город приходили эшелоны с тысячами раненых бойцов, и святитель Лука вновь взял скальпель в руки. Он был назначен консультантом всех госпиталей Красноярского края и главным хирургом эвакогоспиталя, делал сложнейшие операции.
Когда срок ссылки закончился, епископ Лука был возведен в сан архиепископа и назначен на Красноярскую кафедру. Но, возглавляя кафедру, он, как и раньше, продолжал работу хирурга. После операций профессор консультировал врачей, проводил прием больных в поликлинике, выступал на научных конференциях (всегда в рясе и клобуке, чем неизменно вызывал недовольство властей), читал лекции, писал медицинские трактаты.
В 1943 году опубликовал второе, переработанное и значительно дополненное издание своего знаменитого труда «Очерки гнойной хирургии» (позже за него он получит Сталинскую премию). После перевода на Тамбовскую кафедру в 1944 году продолжил работу в госпиталях и после окончания Великой Отечественной войны был награжден медалью «За доблестный труд».
В 2000 году епископ-хирург был прославлен Русской Православной Церковью в лике святых. В Саратове на территории клинического городка Саратовского государственного медицинского университета строится храм, который будет освящен в его честь.
Во время войны православные люди не только воевали и ухаживали за ранеными в госпиталях, но и собирали деньги для фронта. Собранных средств хватило на комплектацию танковой колонны имени Димитрия Донского, и 7 марта 1944 года в торжественной обстановке митрополит Коломенский и Крутицкий Николай (Ярушевич) передал 40 танков Т-34 войскам – 516-му и 38-му танковым полкам. Статья об этом появилась в газете «Правда», а Сталин просил передать духовенству и верующим благодарность от Красной Армии.
Церковь собирала также средства на постройку самолетов «Александр Невский». Машины передавались в разное время в разные части. Так, на средства прихожан из Саратова было построено шесть самолетов, носящих имя святого полководца. Огромные средства были собраны и в помощь семьям воинов, которые лишились своих кормильцев, в помощь детям-сиротам, собирались посылки для красноармейцев, которые отправлялись на фронт. В годы испытаний Церковь была едина со своим народом, и вновь открытые храмы не пустовали.
НЕ СВАСТИКА, А КРЕСТ
На первую военную Пасху впервые за годы советской власти вновь было разрешено провести крестный ход во всех крупных городах страны. «Не свастика, а Крест призван возглавить нашу христианскую культуру, наше христианское жительство», – писал митрополит Сергий в пасхальном послании того года.
Разрешения провести крестный ход вокруг города с Казанской иконой Божией Матери просил у Жукова Ленинградский митрополит и будущий Патриарх Московский и всея Руси Алексий (Симанский). В тот день, 5 апреля 1942 года, исполнялось 700 лет со дня разгрома немецких рыцарей в ледовом побоище святым князем Александром Невским – небесным покровителем города на Неве. Крестный ход был разрешен. И случилось чудо – танковые и моторизованные дивизии, необходимые группе армий «Север» для взятия Ленинграда, были переброшены по приказу Гитлера группе «Центр» для решительного броска на Москву. Москву отстояли, а Ленинград оказался в кольце блокады.
Митрополит Алексий не покинул блокадный город, хотя голод не щадил духовенство – не пережили зиму 1941–1942 года восемь клириков Владимирского собора. Во время богослужения скончался регент Никольского собора, умер келейник митрополита Алексия инок Евлогий.
В дни блокады в ряде храмов были устроены бомбоубежища, в Александро-Невской лавре разместился госпиталь. Но главное – в вымирающем от голода городе ежедневно совершалась Божественная литургия. В храмах молились о даровании победы нашему воинству. Служился особый молебен «в нашествие супостатов, певаемый в Отечественную войну 1812 года». На богослужениях иногда присутствовало командование Ленинградского фронта во главе с маршалом Леонидом Говоровым.
В дни войны не прекращал своей молитвы о спасении страны преподобный Серафим Вырицкий, прославленный в лике святых в 2000 году.
Иеросхимонах Серафим (в миру Василий Николаевич Муравьев) до того как принять сан, был крупным петербургским купцом. Приняв монашество, он стал духовным руководителем Александро-Невской лавры и пользовался огромным авторитетом у народа – к нему ехали за советом, помощью и благословением из самых дальних уголков России. В 30-е годы старец переезжает в Вырицу, куда к нему продолжает стекаться народ.
БОГ СОХРАНИЛ РОССИЮ
9 мая – 67 лет Победы в Великой Отечественной войне
Удивительные совпадения
Вот лишь только несколько совпадений.
Гитлеровские войска напали на СССР 22 июня 1941 года, когда Православная Церковь отмечала День всех святых, в земле Российской просиявших (это переходящий праздник, он зависит от празднования Пасхи и в 1941 году попал на 22 июня). Возможно, вспомнив православную традицию, в день объявления войны Сталин обратился к народу, сказав не «товарищи», а «братья и сестры».
6 декабря 1941 года, в день памяти великого князя Александра Невского, фашистские войска отвернули от Москвы – это был первый переломный момент в войне.
12 июля 1942 года, в день памяти святых апостолов Петра и Павла, образовался Сталинградский фронт, Сталинградская битва оказалась переломным моментом в ходе войны.
12 июля 1943 года, в день памяти святых апостолов Петра и Павла, произошло крупнейшее танковое сражение под Прохоровкой, окончательно похоронившее гитлеровскую операцию «Цитадель», и началось контрнаступление советских войск на Курской дуге.
4 ноября 1943 года, на празднование Казанской иконы Божией Матери, советскими войсками был взят Киев.
6 мая 1945 года, в день памяти Георгия Победоносца, правительство гросс-адмирала Карла Денница, преемника Гитлера, дало согласие на капитуляцию вермахта и объявило на весь мир о поражении Германии. В этот же самый день православная Россия праздновала Пасху.
9 мая – на Светлой седмице – к возгласам «Христос воскресе!» добавился долгожданный «С днём победы!».
Парад Победы на Красной площади был проведён 24 июня – в День Святой Троицы.
В одной из проповедей Патриарх Московский и всея Руси Кирилл отмечал: «Победа в Великой Отечественной войне была бы невозможна без особого покровительства Божия». Он привёл данные, согласно которым в войне с нацистской Германией погибло 26 700 тыс. человек, заметив, что «это размеры целой страны, это колоссальное потрясение для народа, основ народной жизни». «Многие специалисты в области военного дела говорили, что враг был настолько хорошо организован, вооружён, настолько превосходил нас по всем возможностям, что наша победа не может восприниматься иначе как чудо».
Как заметил Предстоятель нашей Церкви, чудом можно назвать и неожиданное выправление исторического пути России. В 1914 году в Первую мировую войну вступило христолюбивое русское воинство, которое в 1917 году превратилось в разбойные скопища и шайки. И в 1941 году в Великую Отечественную войну вступила Красная Армия, руководимая богоборческой идеологией. А в 1945 году в Берлин вошла Советская Армия, одетая практически в старую русскую форму и благословляемая Святейшим Патриархом. В Первую мировую войну русские полки вёл в бой Помазанник Божий русский Царь, который в 1917 году был предательски свергнут с престола. Россию захватила тогда клика узурпаторов-богоборцев. А в 1941 году один из этих узурпаторов, волею Божьей ставший вождём государства, призвал на уходящие на фронт советские войска благословение русских святых Александра Невского и Дмитрия Донского. И к 45-му году на Руси был избран свой Патриарх, чего в царской России сделать не успели.
Неисповедимы пути Божьи.
Священники на войне
Сегодня мало кто знает о священниках, находившихся на фронтах Великой Отечественной войны. А ведь почти сорок священнослужителей были награждены медалями «За оборону Ленинграда» и «За оборону Москвы», более пятидесяти – «За доблестный труд во время войны», несколько десятков – медалью «Партизану Великой Отечественной войны». А скольких ещё награды обходили стороной?
Архимандрит Леонид (Лобачёв) в начале войны добровольцем вступил в ряды Красной Армии и стал гвардии старшиной. Дошёл до Праги, был награждён орденом Красной Звезды, медалями «За отвагу», «За боевые заслуги», «За оборону Москвы», «За оборону Сталинграда», «За взятие Будапешта», «За взятие Вены», «За победу над Германией». После демобилизации снова вернулся к служению в священническом сане и был назначен первым руководителем Русской Духовной Миссии в Иерусалиме после её открытия в 1948 году.
Многие священнослужители уходили на фронт, отбыв срок в лагерях и ссылках. Вернувшись из заключения, будущий Патриарх Московский и всея Руси Пимен (Извеков) дослужился на войне до звания майора. Многие, избежав смерти на фронте, становились священниками после победы. Так, будущий наместник Псково-Печерского монастыря архимандрит Алипий (Воронов), прошедший от Москвы до Берлина и награждённый орденом Красной Звезды, медалями «За отвагу» и «За боевые заслуги», вспоминал: «Война была настолько страшной, что я дал слово Богу, что если в этой страшной битве выживу, то обязательно уйду в монастырь». Посвятить свою жизнь Богу решил и кавалер орденов Славы трёх степеней Борис Крамаренко, после войны став диаконом в храме под Киевом. А бывший пулемётчик Коноплёв, награждённый медалью «За боевые заслуги», стал впоследствии митрополитом Калининским и Кашинским Алексием.
Воспоминания
«На войне атеистов нет», – говорят фронтовики. В трудный час, на пороге близкой смерти миллионы русских сердец горели молитвой к Богу. И Господь отзывался на каждый искренний призыв.
Среди известнейших священнослужителей было немало ветеранов, оставивших потомству свои воспоминания о чудесных встречах на дорогах войны. Вот что рассказал о себе наместник Псково-Печерского монастыря архимандрит Алипий (Воронов). В молодости он был неверующим человеком. Когда началась Великая Отечественная война, его, офицера, призвали на фронт. На прощание мать дала ему иконку Божией Матери и завещала: «Сынок, когда тебе будет трудно, достань иконку, помолись Богородице – Она тебе поможет!» Материнское напутствие не изгладилось из памяти: согревало, вселяло надежду.
Однажды с группой своих солдат он попал в окружение в лесу, был ранен. С трёх сторон немцы, с четвёртой – вязкое болото. Тут-то и вспомнил он материнский наказ. Поотстал немного от своих, достал иконку и, как мог, стал молиться: «Богородица Дева, если Ты есть – помоги!» Помолился и возвращается к своим – а рядом с ними стоит старушка, обращается к ним: «Что, заплутали, сынки? Пойдёмте, я вам тропочку покажу!» И вывела всех по тропочке к своим. Отец Алипий отстал опять и говорит старушке: «Ну, мать, не знаю, как тебя и отблагодарить!» А «старушка» ему отвечает: «А ты Мне ещё всю жизнь свою служить будешь!» – и пропала, как будто и не было. Тут-то и вспомнил он прощальное материнское напутствие, тут только и понял он, что это была за «старушка»!
И слова те оказались неложными: действительно, и служил он потом всю жизнь Божией Матери – долгие годы был наместником Свято-Успенского Псково-Печерского монастыря.
Этот рассказ был записан в Дивееве со слов известной старицы – схимонахини Маргариты.
В холодное время года войны она приютила беженку. А дома оставалось всего одно одеяло и пальто. И отдала матушка Маргарита ей одеяло. Зима, топить почти нечем. Прикроет грудь пальтишком – ноги мёрзнут, ноги укроет – грудь мёрзнет. И так месяц за месяцем. Однажды м. Маргарита молилась перед своей любимой иконой Божией Матери и видит: оживает Царица Небесная и начинает укутывать поношенным её одеялом. Младенца Христа!
А вот рассказ ещё одного фронтовика:
«Место, где мы сидели в окопах, казалось каким-то особенным. Словно кто-то помогал нам: немцы атаковали нас превосходящими силами, а мы их отбрасывали, и потери у нас были на удивление небольшими.
А в тот день бой был особенно жестоким. Вся ничейная полоса покрылась телами убитых – и наших, и немцев. Бой стих только к вечеру. Мы занялись кто чем в ожидании, когда нам ужин привезут. Я достал кисет, закурил, а земляк мой, Иван Божков, отошёл в сторону. Вдруг вижу: Божков высунул голову над бруствером.
– Иван, – кричу, – ты что делаешь? Снайпера дожидаешься?
Божков опустился в окоп – сам не свой. И говорит мне тихо:
– Петя, там женщина плачет.
– Тебе показалось, откуда тут женщине взяться?
Но когда со стороны немцев стихла «музыка», мы услышали, что где-то и вправду плачет женщина. Божков надел на голову каску и вылез на бруствер.
– Там туман клубится, — говорит он нам. – А в тумане по ничейной полосе в нашу сторону идёт женщина. Наклоняется над убитыми и плачет. Господи! Она похожа на Богородицу. Братцы! Ведь нас Господь избрал для этой памятной минуты, на наших глазах чудо совершается! Перед нами святое видение.
Мы осторожно выглянули из окопа. По ничейной полосе в клубах тумана шла женщина в тёмной и длинной одежде. Она склонялась к земле и громко плакала. Тут кто-то говорит:
– А немцы тоже на видение смотрят. Вон их каски над окопами торчат. Да, тут что-то не так. Смотри, какая Она высокая, раза в два выше обычной женщины.
Господи, как же Она плакала, прямо в душе всё переворачивалось!
Пока мы смотрели на видение, странный туман покрыл большую часть ничейной полосы. Мне подумалось: «Надо же, будто саваном погибших укрывает. «
А Женщина, так похожая на Богородицу, вдруг перестала плакать, повернулась в сторону наших окопов и поклонилась.
– Богородица в нашу сторону поклонилась! Победа за нами! – громко сказал Божков».
Накажу, но сохраню
Протоиерей Василий Швец в «Чудесах от Казанской иконы Божией Матери» пишет:
«Перед самым началом Великой Отечественной войны (1941 г.) одному старцу Валаамского монастыря (Валаам в то время принадлежал Финляндии) было три видения во время службы в храме:
1. Он увидел Божию Матерь, Иоанна Крестителя, святителя Николая и сонм святых, которые молили Спасителя о том, чтобы Он не оставил Россию. Спаситель отвечал, что в России так велика мерзость запустения, что невозможно терпеть эти беззакония. Все эти святые с Богородицей продолжали молить Его со слезами, и, наконец, Спаситель сказал: «Я не оставлю Россию».
2. Матерь Божия и святой Иоанн Креститель стоят перед престолом Спасителя и молят Его о спасении России. Он ответил: «Я не оставлю Россию».
3. Матерь Божия одна стоит перед Сыном Своим и со слезами молит Его о спасении России. Она сказала: «Вспомни, Сын Мой, как Я стояла у Креста Твоего и хотела встать на колени перед Ним». Спаситель сказал: «Не надо, Я знаю, как Ты любишь Россию, и ради слов Твоих не оставлю её. Накажу, но сохраню. «».
Старец, которому было видение, почил в Псково-Печерском монастыре, прожив около ста лет.
Составлено по материалам СМИ
День памяти, скорби, веры и надежды
В годы Великой Отечественной войны Русская Православная Церковь помогла нашей стране снять тот революционный накал, от которого за предшествующую четверть века едва не сгорела русская цивилизация.
«Господь нам дарует Победу»
22 июня 1941 года. Один из самых страшных дней русской истории. И вместе с тем большой православный праздник – Собор всех святых, в Земле Российской просиявших. Праздник относительно новый, хотя впервые установленный ещё в далёком XVI столетии, но впоследствии просто позабытый. Да, такое бывает, а потому, когда в самом начале русской революционной смуты в 1918 году Поместным собором Русской Церкви по инициативе профессора Петроградского университета Бориса Тураева это празднование было возрождено, в этом был явный Божественный Промысл. Промысл, напомнивший о себе 23 года спустя.
Конечно, в тот июньский воскресный день 1941-го об этом не задумывались ни советские вожди, ни гитлеровские нацисты, в надменном бесовском помрачении рассчитывавшие в считанные месяцы поработить нашу страну. Но верующие люди (а ещё в 1937 году на всесоюзной переписи большинство советских граждан не испугались назвать себя верующими) нисколько не сомневались: по молитвам всех русских святых, чья соборная память совершалась в тот день, Господь нам дарует победу. Так, именно эти слова в тот страшный день прозвучали из уст Патриаршего Местоблюстителя митрополита Сергия (Страгородского), будущего Патриарха, обратившегося к народу задолго до Иосифа Сталина.
Повторяются времена Батыя, немецких рыцарей, Карла Шведского, Наполеона. Жалкие потомки врагов православного христианства хотят ещё раз попытаться поставить народ наш на колени пред неправдой. Но не первый раз приходится русскому народу выдерживать такие испытания. С Божиею помощью и на сей раз он развеет в прах фашистскую вражескую силу. Церковь Христова благословляет всех православных на защиту священных границ нашей родины. Господь нам дарует победу.
В каждой русской семье хранится память об этом дне. В нашей она связана с моей родной бабушкой, а на тот момент 20-летней сельской учительницей Валентиной Алексеевной Арно. Валя Арно услышала известие о немецком вторжении в тамбовской глубинке, куда в XIX столетии перебрался с далёкого Запада её дед-француз, и уже очень скоро она вместе с тысячами таких же девчонок-комсомолок добровольно отправилась на тот же Запад. И била из своего ДШК по русскому небу, в котором оказались те, кто считал нас азиатскими «унтерменшами». Била до тех пор, пока не освободила сначала русское и столь же родное белорусское небо, а потом и соседнюю Польшу. А в 1945-м в Берлине на поверженном Рейхстаге написала четыре победные русские буквы своей французской фамилии. И только потом вернулась на родную Тамбовщину.
Источник: «Журнал Московской Патриархии»
Промысл Божий порой совершается очень сложно, но затрагивает всех нас: в 1945-м Тамбовскую епархию возглавлял архиепископ Лука (Войно-Ясенецкий), впоследствии прославленный в лике святых как Святитель Лука Крымский. Едва ли молодая комсомолка-фронтовичка Валя Арно пересекалась с владыкой, но уже сам факт такого «совпадения» автору этих строк очень дорог. А потому на роли в Великой Отечественной войне ставшего одним из самых почитаемых в Русской Церкви святых Святителя Луки мне бы хотелось остановиться отдельно.
Святитель Великой Победы
Практически все 1920-30-е годы Святитель, профессор медицины Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий, самоотверженно принявший сан в самом начале советских антицерковных гонений, провёл в тюрьмах, лагерях и ссылках. Но даже в лагерном и тюремном заключении продолжал исцелять как души, так и тела. Казалось бы, владыка должен был озлобиться на власть. Но, как ни парадоксально, он был настоящим русским советским патриотом. И на чекистских допросах, отнюдь не пытаясь выгородить себя (прочесть опубликованные протоколы и удостовериться в искренности несложно), отвечал:
«Революция ужаснула меня жестокостью. Однако я давно примирился с нею, и мне весьма дороги её колоссальные достижения; особенно это относится к огромному подъёму науки и здравоохранения, к мирной внешней политике Советской власти и к мощи Красной армии, охранительницы мира».
А потому неудивительно, что уже в самом начале Великой Отечественной войны владыка Лука обратился к властям с просьбой вернуть его из ссылки, чтобы помочь Красной армии, ставшей в те страшные годы и дни Армией Божией. В первые же дни войны Святитель отправил телеграмму «всесоюзному старосте» Михаилу Калинину:
Я, епископ Лука, профессор Войно-Ясенецкий… являясь специалистом по гнойной хирургии, могу оказать помощь воинам в условиях фронта или тыла, там, где будет мне доверено. Прошу ссылку мою прервать и направить в госпиталь. По окончании войны готов вернуться в ссылку. Епископ Лука.
С октября 1941 года Святитель становится главным хирургом Красноярского эвакогоспиталя. Уже на седьмом десятке, с подорванным здоровьем он делал по 3-4 операции в день, чем спас многие сотни жизней. Впоследствии за этот подвиг владыка Лука будет награждён медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне», а за научные труды в области гнойной хирургии удостоится Сталинской премии I степени.
Все хирургические операции владыка Лука совершал с молитвой, более того, по многим воспоминаниям, чертил йодом крест на оперируемом, а в операционной держал икону. И советские руководители были вынуждены с этим считаться. Хотя в Москву впервые разрешили выехать только в сентябре 1943-го, после того, как в ночь с 4 на 5 сентября Сталин принял в Кремле необычных гостей, вот уже четверть века не посещавших это место, – иерархов Русской Православной Церкви.
На фотоколлаже (слева направо): Иосиф Сталин, Митрополит Николай (Ярушевич), Митрополит Алексий (Симанский), митрополит Сергий (Страгородский). Фото: www.globallookpress.com, «Журнал Московской Патриархии»
В ту историческую ночь в ходе долгой беседы с главой советского правительства митрополиты Сергий (Страгородский), Алексий (Симанский) и Николай (Ярушевич) неожиданно для себя заручились сталинской поддержкой во многих вопросах: долгожданного избрания Патриарха, открытия духовных учебных заведений и даже освобождения многих архиереев и священников, находившихся в ссылках, тюрьмах и лагерях. И именно в Поместном Соборе, избравшем Святейшего Патриарха Сергия.
А вскоре после этого владыка Лука напишет замечательную статью «Праведный суд народа», где наглядно покажет, что Русская Церковь не имеет ничего общего с толстовскими идеями, а православные идеалы всепрощения никак не распространяются на нацистских агрессоров. Приведём заключительные слова этой статьи, вышедшей во втором номере «Журнала Московской Патриархии» за 1944 год:
Можно ли, говоря об извергах-немцах, вспоминать о святой заповеди Христовой «любите врагов ваших»? Нет, нет, ни в коем случае нельзя! Нельзя потому, что любить их совершенно и абсолютно невозможно не только для людей, но и для ангелов, и для самого Бога Любви. Ибо и Бог ненавидит зло и истребляет злодеев. Изверги-немцы не только наши, но Божьи враги, и кто же может, кто смеет говорить о любви к врагам Божьим! Я назвал немецких оккупантов антихристами. По праву ли, по справедливости? Это право дал мне Св. Апостол Иоанн Богослов, вот что сказавший: «Дети Божии и дети диавола узнаются так: всякий не делающий правды, не есть от Бога, равно и не любящий брата своего» (1 Ин. 3, 10).
Рабоче-крестьянское Красное. христолюбивое воинство
Конечно, в те страшные годы на фронтах не было полковых священников. Но даже самые юные красноармейцы прекрасно понимали, что воюют не за Третий Интернационал и его идеи, но за свою родную землю. За свою земную Родину, без любви к которой, по словам многих святых, не может быть подлинной любви к Отечеству Небесному. Сегодня многие знают, и мы на Царьграде об этом говорили не раз, каков был материальный вклад Церкви в дело Победы. Здесь и танковая колонна «Дмитрий Донской», и эскадрилья боевых самолётов «Александр Невский», созданные на средства прихожан православных храмов. Но самое главное – то, что Церковь непрестанно молилась за наше Рабоче-крестьянское Красное. христолюбивое воинство. Несмотря на то, что среди красноармейцев были люди разных вероисповеданий и отсутствия оных. Впрочем, бывают ли атеисты «в окопах под огнём»?
Танковая колонна имени Дмитрия Донского, построенная на средства верующих Русской Православной Церкви. Источник: «Журнал Московской Патриархии»
В итоге в годы Великой Отечественной войны именно Русская Православная Церковь помогла нашей стране снять тот революционный накал, от которого за предшествующую четверть века едва не сгорела русская цивилизация. И хотя советская власть осталась атеистической, она уже навсегда утратила то воинствующее богоборчество, которое в 1920-30-х годах привело к разрушению тысяч храмов и гибели десятков тысяч служителей Церкви. И в итоге через кровь и страдания нескольких поколений в 1945 году мы обрели Победу не богоборческого Третьего Интернационала, но исторической России.
А потому, как бы ни скорбен и трагичен был день 22 июня 1941 года, именно он промыслительным образом стал началом русского возрождения. И в память о том, сколь великие жертвы были тогда принесены за это возрождение и освобождение, нам, православным христианам, важно как можно чаще молитвенно вспоминать о воинах той страшной войны. И как бы кто ни относился к архитектурным особенностям новоосвящённого Храма Воскресения Христова в подмосковном парке «Патриот», главного храма Вооружённых сил России, именно он с 2020 года становится центром этой соборной молитвы.
Вечная память и слава павшим героям!