1763 год в истории адыгов
Русско-Кавказская (Черкесская) война 1763-1864 годы и ее последствия
10.07.2010 – 15:20 – Натпресс
Источник: cherkessian.com
Война России с Черкесией длилась 101 год, с 1763 по 1864 годы.
В результате этой войны Российская Империя потеряла свыше миллиона здоровых мужчин; уничтожила Черкесию – своего давнего и надежного союзника на Кавказе, приобретя взамен слабое Закавказье и эфемерные планы по покорению Персии и Индии.
За время войны с Черкесией на русском троне сменилось пять императоров; Российская Империя разгромила Наполеона, захватила Польшу, Крымское ханство, Прибалтику, Финляндию, присоединила Закавказье, выиграла четыре войны с Турцией, нанесла поражение Персии (Ирану), разгромила чечено-дагестанский имамат Шамиля, взяв его в плен, но не могла покорить Черкесию. Покорить Черкесию стало возможным только одним путем – изгнав ее население. На войну на Кавказе, по свидетельству генерала Головина, уходила шестая часть доходов огромной империи. При этом основная часть кавказской армии воевала против Страны Адыгов.
ТЕРРИТОРИЯ И НАСЕЛЕНИЕ ЧЕРКЕСИИ
Черкесия занимала основную часть Кавказа – от побережья Черного и Азовского морей до степей современного Дагестана. В отдельное время восточночеркесские (кабардинские) селения располагались по берегу Каспийского моря.
Восточная Черкесия (Кабарда) занимала территории современных Кабардино-Балкарии, Карачаево-Черкесии, южной части Ставропольского края, всю равнинную часть Северной Осетии, Ингушетии и Чечни, топонимика которых до сих пор сохранила многие адыгские названия (Малгобек, Пседах, Аргун, Беслан, Гудермес и т.д.). В зависимости от Кабарды находились абазины, карачаевцы, балкарцы, осетины, ингуши и чеченские общества.
Западная Черкесия занимала территорию современного Краснодарского края. Позднее к северу от Кубани расселились татарские племена.
В то время население Восточной Черкесии (Кабарды) оценивалось в 400 – 500 тысяч человек. Западная Черкесия, по разным оценкам, насчитывала от 2 до 4 млн. человек.
Черкесия на протяжении столетий жила под угрозами внешних вторжений. Для обеспечения своей безопасности и выживания был только один выход – черкесы должны были превратиться в нацию воинов.
Поэтому весь образ жизни адыгов стал в высшей степени милитаризирован. Они выработали и довели до совершенства искусство ведения войны, как конной, так и пешей.
Столетия проходили в состоянии перманентной войны, поэтому война, даже с очень сильным противником, не считалась в Черкесии чем-то особенным. Внутренняя структура черкесского общества гарантировала независимость страны. В Стране Адыгов существовали особые классы общества – пши и уорки. Во многих областях Черкесии (Кабарде, Бесленее, Кемиргое, Бжедугии и Хатукае) уорки составляли почти треть населения. Их исключительным занятием была война и подготовка к войне. Для подготовки воинов и совершенствования военных навыков существовал особый институт «зек1уэ» («наездничество»). И в мирное время отряды уорков численностью от нескольких человек до нескольких тысяч, совершали дальние походы.
Ни у кого из народов мира военная культура не была доведена до такой полноты и совершенства, как у черкесов.
Во времена Тамерлана черкесские уорки совершали набеги даже на Самарканд и Бухару. Постоянным набегам подвергались и соседи, особенно богатые Крымское и Астраханское ханства. «…Охотнее всего черкесы совершают походы в зимнее время, когда море замерзает, чтобы грабить татарские селения, и горсточка черкесов обращает в бегство целую толпу татар». «Одно могу похвалить в черкесах, – писал астраханский губернатор Петру Первому, – что все они – такие воины, каких в здешних странах не обретается, ибо, что татар или кумыков тысяча, тут черкесов довольно двухсот».
Крымская знать стремились воспитывать своих сыновей в Черкесии. «Их страна является школой для татар, у которых каждый мужчина, который не обучался военному делу и хорошим манерам в Черкесии, считается «тентеком», т.е. ничтожным человеком».
«Ханских детей мужского пола отправляют на Кавказ, откуда они возвращаются в родительский дом уже парнями».
«Черкесы гордятся благородством крови, а турки оказывают им великое уважение, называют их «черкес спага», что означает благородный, конный воин».
«Черкесы всегда изобретают что-либо новое в своих манерах или оружии, в которых окружающие народы подражают им так пылко, что черкесы могут быть названы французами Кавказа».
Русский царь Иван Грозный в поисках союзников против Крымского ханства мог рассчитывать только на Черкесию. И Черкесия искала союзника в своей борьбе с Крымским ханством. Заключенный между Россией и Черкесией военно-политический союз 1557 года оказался очень успешным и плодотворным для обеих сторон. В 1561 году он был подкреплен браком между Иваном Грозным и кабардинской княжной Гуашаней (Марией). Кабардинские князья жили в Москве под именем князей Черкасских, и имели огромное влияние. (Места их первоначального проживания напротив Кремля и сейчас называются Большим и Малым Черкасскими переулками). Черкесом был первый российский генералиссимус. В «смутное время» рассматривался вопрос о кандидатуре князя Черкасского на российский престол. Первый царь в династии Романовых – Михаил, был племянником Черкасских. Во многих походах и войнах России участвовала конница ее стратегического союзника – Черкесии.
Черкесия исторгала из себя огромное количество воинов не только в Россию. География военного отходничества Черкесии обширна и включает в себя страны от Балтики до Северной Африки. В литературе широко освещено черкесское военное отходничество в Польшу, Россию, Египет, Турцию. Все сказанное в полной мере относится и к родственной Черкесии стране – Абхазии. В Польше и Османской империи черкесы пользовались большим влиянием в высших эшелонах власти. Почти 800 лет Египтом (Египет, Палестина, Сирия, часть Сауд. Аравии) правили черкесские султаны.
ЧЕРКЕССКИЕ ЭТИКЕТНЫЕ НОРМЫ ВЕДЕНИЯ ВОЙНЫ
В Черкесии, ведшей войны на протяжении столетий, выработалась так называемая «Культура войны». Можно ли сочетать понятие «война» и «культура»?
Война – таков был постоянный внешний фон, на котором развивался черкесский народ. Но, чтобы и на войне оставаться людьми, следовать правилам черкесского этикета «Уорк Хабзэ», было выработано много норм, регулирующих отношения людей во время войны. Вот некоторые из них:
2). При военных действиях считалось категорически недопустимым совершать поджог жилищ или посевов, особенно хлеба, даже у врагов. Вот как описывает нападение кабардинцев декабрист А.А.Бестужев-Марлинский, воевавший на Кавказе: «Кроме добычи, множество пленных и пленниц было наградой отваги. Кабардинцы вторгались в дома, уносили что поценнее или что второпях попадало под руку, но не жгли домов, не топтали умышленно нив, не ломали виноградников. «Зачем трогать труд божий и труд человека», – говорили они, и это правило горского разбойника, не ужасающегося никаким злодейством, – есть доблесть, которою могли бы гордиться народы самые образованные, если бы они ее имели».
Действия российской армии в Русско-Черкесской войне 1763-1864 г.г. никак не укладывались в это представление о войне, но, тем не менее, даже в ущерб себе, черкесы стремились быть верными своим представлениям. И.Дроздов, очевидец и участник войны на Кавказе, писал в связи с этим: «Рыцарский образ ведения войны, постоянные открытые встречи, сбор большими массами – ускорили окончание войны».
3). Считалось недопустимым оставлять на поле боя тела погибших товарищей. Д.А.Лонгворт писал по этому поводу: «В характере черкесов нет, пожалуй, черты, более заслуживающей восхищения, чем забота о павших – о бедных останках мертвого, который уже не может чувствовать заботы. Если кто-либо из соотечественников пал в бою, множество черкесов несется к тому месту за тем, чтобы вынести его тело, и героическая битва, которая за тем следует, … зачастую влечет за собой ужасающие последствия…»
Иоганн фон Бларамберг отмечал: «Когда они видят, что окружены, то дорого отдают свою жизнь, никогда не сдаваясь в плен».
Понравилась статья? Подпишитесь на канал, чтобы быть в курсе самых интересных материалов
О необходимости признания геноцида и реабилитации черкесского (адыгского) народа.
По свидетельству этого же автора, «густые массы черкесского населения занимали равнины и предгорья: в самих горах жителей было мало. Главная задача черкесской войны состояла в том, чтобы сбить неприятельское население с лесной равнины и холмистых предгорий и загнать его в горы, где ему было невозможно долго прокормиться; а затем перенести к подошве гор самое основание наших операций». А смысл этих операций состоял в том, чтобы истребить население, освободить земли от черкесов, заселить их станицами вслед за войсками. В результате такой политики, как свидетельствует автор, «только с весны 1861 года до весны 1862 года в Закубанском крае воздвигнуто 35 станиц с населением 5482 семейства, образовавших 4 конных полка». Далее Фадеев Р. А. заключает:
Против изгнания и геноцида черкесов выступили многие: генералы Филипсон, Рудановский, Раевский-младший, князь Орбелиани и другие. Но поддержка Александром II варварских методов покорения западной Черкесии Евдокимовым сделала свое дело. Более того, император торопил Евдокимова, чтобы европейские державы не успели помешать истреблению и депортации черкесов (адыгов). Генофонд черкесского народа на Северном Кавказе был, по существу, подорван. Оставшаяся небольшая часть народа была расселена по произволу царских властей на менее пригодных для жизни землях. Об итогах своего злодеяния Евдокимов писал Александру II следующее:
«В настоящем 1864 году совершился факт, почти не имевший примера в истории, огромное черкесское население, обладающее некогда большим богатством, вооруженное и способное к военному ремеслу, занимавшее обширный Закубанский край от верховьев Кубани до Анапы и южный склон Кавказского хребта от Суджукской бухты до р.Бзыба, владея самыми неприступными местностями в крае, вдруг исчезает с этой земли. «.
Граф Евдокимов был награжден орденом Георгия 2 степени, получил звание генерала от инфантерии, а также стал хозяином двух имений: под Анапой в 7000 десятин, под Железноводском в 7800 десятин. Но петербургское общество, к его чести, не разделило восторга императора. Оно холодно встретило Евдокимова, обвинив его в варварском методе ведения войны, неразборчивости в средствах, в жестокости по отношению к черкесам, которые имели перед Россией немало заслуг в прошлой русско-адыгской истории, особенно при Иване Грозном и Петре I.
Предпринятые в СССР меры по возрождению адыгов (черкесов) на исторической родине после революции 1917 года вызывают признательность и благодарность адыгов (черкесов) на родине, а также черкесской диаспоры за рубежом. Однако созданные в 20-х годах прошлого века Адыгея, Черкесия, Кабарда и Шапсугия остались разрозненными. И каждая часть черкесского этноса, лишенная единой исторической памяти, единой территории, единой экономики и культуры, духовности в ее целостном виде развивается не по сходящемуся, а, наоборот, по расходящемуся вектору движения. Это наносит очередной непоправимый урон единству и возрождению черкесского народа.
На основе письменных исторических свидетельств, а также принятых после двух мировых войн международных документов о защите прав человека и гражданина и аналогичных законов новой демократической России итоги Кавказской войны на завершающем ее этапе в Западной Черкесии необходимо оценить объективно.
И в этом не следует видеть попытку обвинить русский этнос в совершенных злодеяниях. Народы никогда не бывают виновными в таких делах, потому что правители их никогда не спрашивают, как развязать войну, как ее вести и какие методы при этом применять. Но есть мудрость потомков. Они исправляют ошибки своих правителей в прошлом.
Знаковым событием в наше время, внесшим ясность в оценки итогов Кавказской войны и определению задач на будущее, стала телеграмма первого президента России Ельцина Б.Н. от 21 мая 1994 года. В ней впервые за 130 лет высшее должностное лицо российского государства признало неоднозначность итогов войны, необходимость решения оставшихся проблем и, прежде всего, вопроса о возвращении на историческую родину потомков изгнанников.
Для успокоения скептиков или противников такого шага важно отметить, что это не приведет к массовому возвращению адыгов (черкесов) на историческую родину. Абсолютное большинство потомков адыгов (черкесов), проживающих в более чем 50 странах планеты, адаптировались к странам проживания и не просят о возвращении. Адыги (черкесы) как в России, так и за ее пределами, просят уравнять их в правах с теми народами, которые подверглись репрессиям в прошлом. День памяти жертв Кавказской войны обязывает нас сосредоточиться на необходимости и обоснованности постановки перед федеральными органами власти Российской Федерации вопроса о правовой, политической и моральной реабилитации черкесского народа по итогам Кавказской войны.
В новейшее время принят федеральный закон «О реабилитации репрессированных народов и казачества». Этот закон воспринят общественностью России и мировым сообществом как справедливый юридический, политический и моральный акт официальных властей демократической России.
Репрессии сталинизма, как и репрессии царизма, одинаково жестоки и несправедливы. Поэтому нашему государству надо их преодолеть независимо от того, когда и кто их совершил – царь или генеральный секретарь. Двойные стандарты неприемлемы, если мы стоим нa позициях объективности и защиты прав человека и гражданина.
Согласно декларации Организации объединенных наций, ответственность за совершенный геноцид не имеет срока давности.
Совершенно логичным будет принять федеральный закон Российской Федерации, в котором необходимо признать факт геноцида и насильственной депортации с исторической родины адыгов (черкесов) в годы Кавказской войны. И затем вместе с иностранными государствами, несущими также ответственность за все происшедшее, о чем справедливо говорится в телеграмме Б.Н. Ельцина, надо определить, как преодолеть последствия трагедии.
В условиях демократизации общественной и государственной жизни в России, установления тесных связей наших соотечественников с черкесской диаспорой, при доступности почти всех материалов по истории Кавказской войны создается общий фон необходимости осознания прошлого и поиска возможных перспектив будущего.
Русско-Кавказская (Черкесская) война 1763-1864 годы и ее последствия- 2 часть
ЧЕРКЕССКАЯ ТАКТИКА ВОЙНЫ
Украинский ученый-кавказовед начала ХХ века В.Гатцук дал точную характеристику войне Черкесии за независимость: «они много лет успешно боролись за свою родину и свободу; много раз высылали свои конные ополчения в Дагестан на помощь Шамилю, и силы их сломились перед огромным численным превосходством русских войск».
Военная культура Черкесии пребывала на очень высоком уровне.
Для успешной борьбы с адыгами российская армия вынуждена была перенять все ее элементы – от вооружения (шашки и черкесские сабли, кинжалы, черкесские седла, черкесские лошади) и формы одежды (черкеска, бурка, папаха, газыри и т.д.) до приемов ведения боя. При этом заимствование было не вопросом моды, а вопросом выживания. Однако чтобы сравняться по боевым качествам с черкесской конницей, надо было перенять всю систему подготовки воина в Черкесии, а это было невозможно.
«С первого раза казачья конница должна была уступить коннице черкесской, – писал генерал-майор И.Д. Попко, – и потом никогда уже не была в состоянии взять над ней преимущество, ни даже поравняться с нею».
В литературе, воспоминаниях очевидцев приведено много свидетельств ведения боя черкесами.
«Черкесский воин спрыгивает со своего седла на землю, бросает кинжал в грудь лошади врага, снова прыгает в седло; затем становится прямо, ударяет своего противника … и все это в то время, как его лошадь продолжает полный галоп».
Для того чтобы расстроить ряды неприятеля, черкесы начинали отступать. Как только ряды неприятеля, увлеченного преследованием, расстраивались, черкесы бросались на него в шашки. Этот прием назывался «Шу к1апсэ». Такие контратаки отличались такой стремительностью и натиском, что, по свидетельству Э. Спенсера, противника «буквально разносят на клочья в течение нескольких минут».
Один из русских офицеров отмечал: «Та местность такая, что бой вспыхнет на поляне, а кончится в лесу и овраге. Тот неприятель таков, что если хочет биться, невозможно против него устоять, а если не хочет, невозможно его настигнуть».
Черкесы нападали на врагов с боевыми кличами «Еуэ» и «Маржэ». Польский доброволец Теофил Лапинский писал: «Русские солдаты, поседевшие на войне с горцами, рассказывали, что этот ужасный крик, повторяемый тысячным эхом в лесу и горах, вблизи и вдали, спереди и сзади, справа и слева, пронизывает до мозга костей и производит на войска впечатление более страшное, чем свист пуль».
Кратко и емко описал эту тактику М.Ю.Лермонтов, воевавший на Кавказе:
Но отдохнуть черкесы не дают,
То скроются, то снова нападут.
Они как тень, как дымное видение,
И далеко и близко в то ж мгновение.
В российской истории «Кавказской войной» называется война, которую Россия вела на Кавказе в 19 веке. Удивительно, что временной интервал этой войны исчисляется с 1817-1864 г.г. Странным образом куда-то исчезли с 1763 по 1817 годы. За это время была в основном покорена Восточная часть Черкесии – Кабарда. Вопрос о том, как называть войну российским историкам, и как исчислять ее хронологию – суверенное дело российской исторической науки. Она может называть «Кавказской» войну, которую Россия вела на Кавказе и произвольно исчислять ее длительность.
Многие историки правильно замечали, что в названии «Кавказская» война совершенно непонятно, кто с кем воевал – то ли народы Кавказа между собой, то ли что еще. Тогда вместо неопределенного термина «Кавказская» война некоторые ученые предложили термин «Русско-кавказская» война 1763-1864 г.г. Это немного лучше, чем «Кавказская» война, но тоже некорректно.
Черкесские (Адыгские) историки должны писать историю с точки зрения черкесского (Адыгского) народа. В любом другом случае это будет что угодно, но только не национальная история.
Россия начала военные действия против черкесов (Адыгов) в 1763 году, построив в центре Кабарды крепость Моздок. Война закончилась 21 мая 1864 года. Никаких неясностей здесь нет. Поэтому войну России с Черкесией правильно называть Русско-Черкесской, и ее временной интервал с 1763 по 1864 годы.
Не игнорирует ли такое название войны Чечню и Дагестан?
Во-первых, Черкесия, и чечено-дагестанский имамат не выступали единым фронтом против экспансии Российской Империи.
Во-вторых, если чечено-дагестанский имамат вел борьбу под религиозными лозунгами, то Черкесия, никогда не отличавшаяся религиозным фанатизмом, воевала за национальную независимость – «проповедь мюридизма…не имела большого влияния на людей, оставшихся до сих пор мусульманами только по имени», – писал генерал Р. Фадеев о черкесах (Адыгах).
В-третьих, никакой конкретной поддержки от чечено-дагестанского имамата Черкесия не получала.
Таким образом, с чечено-дагестанским имаматом в той войне черкесов (Адыгов) объединяло только географическое соседство. Попытка Шамиля придти в Кабарду была предпринята через несколько лет после покорения последней. Сокращение численности Кабарды от 500 тысяч до 35 тысяч человек делало фактически невозможным дальнейшее сопротивление.
Часто можно услышать, что Черкесию и чечено-дагестанский имамат объединяло наличие общего противника. Но вот не полный перечень сторон, с которыми воевала Российская Империя за время войны с Черкесией: Франция, Польша, Крымское ханство, четыре раза с Турция, Персия (Иран), чечено-дагестанским имаматом. Тогда их всех тоже придется учитывать в названии войны.
Название «Русско-Черкесская война» не претендует на то, чтобы включать в себя действия в чечено-дагестанском имамате или в других регионах. Русско-Черкесской войной называется война Российской Империи против Черкесии.
НАЧАЛО ВОЙНЫ
В чем же причина начала войны между давними союзниками – Россией и Черкесией? К середине XVIII территориальная экспансия Российской империи докатилась до Кавказа. С добровольным присоединением к России слабых закавказских территорий (так называемой «Грузии», т.е. «царств» Картли-Кахети, Имерети и т.д.), ситуация усугубилась – Кавказ оказался барьером между Россией и ее закавказскими владениями.
Во второй половине 18 века Российская империя перешла к активным военным действиям по завоеванию Кавказа. Это сделало неизбежной войну с доминирующей страной Кавказа – Черкесией. Она много лет была последовательным и надежным союзником России, но никому не могла уступить свою независимость. Таким образом, черкесам – народу воинов, предстояло столкновение с сильнейшей империей мира.
КРАТКИЙ ОЧЕРК ПОКОРЕНИЯ ВОСТОЧНОЙ ЧЕРКЕСИИ (КАБАРДЫ)
Покорение Кавказа Российское самодержавие решило начать с Восточной области Черкесии – Кабарды, занимавшей в то время обширные территории. Через Кабарду проходили важнейшие дороги в Закавказье. Кроме того, влияние Кабарды на остальные народы Кавказа было огромным. Абазины, карачаевцы, балкарские общества, осетины, ингуши и чеченцы находились в культурной и политической зависимости от кабардинских князей. Служивший на Кавказе генерал-майор В.Д. Попко писал, что «мужицкая Чечня», как могла, следовала правилам этикета «рыцарской Кабарды». По словам российского историка В.А.Потто, автора пятитомной монографии «Кавказская война» «Влияние Кабарды было огромным и выражалось в рабском подражании окружающих народов их одежде, вооружению, нравам и обычаям. Фраза «он одет…», или «он ездит как кабардинец» звучала величайшей похвалой в устах соседних народов». Покорив Кабарду, российское командование рассчитывало захватить стратегический путь в Закавказье – Дарьяльское ущелье также контролировалось кабардинскими князьями. Покорение Кабарды, кроме того, что давало контроль над Центральным Кавказом, должно было оказать воздействие на все народы Кавказа, особенно на Западную (Закубанскую) Черкесию. После покорения Кабарды Кавказ делился на два изолированных района – Западную Черкесию и Дагестан. В 1763 году, на кабардинской территории, в урочище Моздок (Мэздэгу – «Глухой лес»), без всякого согласования с Кабардой, была построена одноименная крепость. На требование срыть крепость Россия ответила категорическим отказом, перебросив в район конфликта дополнительные вооруженные силы. Открытая демонстрация агрессии со стороны России быстро объединила всю Кабарду. Участвовать в сражениях прибывали и уорки Западной Черкесии. Российский историк В.А. Потто писал: «В кабардинцах русские нашли весьма серьезных противников, с которыми надо было считаться. Влияние их на Кавказ было огромным…»Давний союз с Россией сыграл против Кабарды. Российские генералы попрекали адыгов в том, что они, противостоя России, нарушают давние союзнические отношения, сложившиеся между их предками. На это князья Кабарды отвечали: «Уйдите с наших земель, уничтожьте крепости, верните беглых рабов, и – вы знаете, что мы умеем быть достойными соседями».
Генералы применяли тактику выжженной земли, вытаптывали посевы, угоняли скот. Селения сжигались сотнями. Так, царское командование разжигало классовую борьбу в Кабарде, принимая у себя беглых крестьян и подстрекая их выступать против владетелей, выставляя себя защитником угнетенных классов. (В самой Российской империи, называемой «жандармом Европы», возглавляемой одним из самых одиозных и свирепых императоров – Николаем Первым, никто не думал о русских крестьянах). Кроме того, соседним народам было объявлено, что после победы над Кабардой, им будут выделены равнинные земли за счет Кабарды, и они избавятся от зависимости от кабардинских князей. В результате «кавказские народы с радостью наблюдали за ослаблением кабардинцев».
Понравилась статья? Подпишитесь на канал, чтобы быть в курсе самых интересных материалов
masterok
Мастерок.жж.рф
Хочу все знать
22 октября 1762 года российская императрица Екатерина II Великая начертала три коротких слова «Быть по сему» на докладе Сената «Об отведении урочища Моздок для поселения кабардинцев во главе с владельцем Малой Кабарды Кургоко Кончокиным, построении там крепости и превращении Моздока в центр распространения промышленности и торговли».
И, надо сказать, прилагали все усилия, чтобы этого добиться.
Тем не менее, поступок Кончокина был поддержан тысячами адыгов из разных племен — от князей до рабов. И если вопросы перехода владетельного князя со всеми своими подданными решался на высшем уровне, то обычному дворянину, свободному крестьянину или рабу достаточно было выйти к казачьему разъезду или к армейскому посту и заявить о желании присягнуть Белому Царю. Бежали подростки обоего пола из тех, кого на семейном совете решили продать в Турцию. Бежали от кровной мести или устав от разбойной жизни, желая заняться мирным трудом под защитой сильной русской власти. Кстати, ассимиляция и крещение вовсе не были обязательными. Единственное, что от перешедших на русскую сторону горцев требовалось, это лояльность и соблюдение законов. За это они получали защиту, возможность самоуправления в мирных аулах и множество льгот (освобождение от налогов, воинской повинности, подъемные). На их традиции и религию никто не посягал. Примечательно, что потомки тех кабардинцев, что первыми присягнули России, до сих пор живут в Моздоке и, частично, в Прохладном. Они исповедуют Православие и очень гордятся своим происхождением.
Как бы то ни было, но от строительства Моздокской крепости нынешние адепты «геноцида адыгов» числят начало «Русско-Черкесской войны», хотя если трактовать отношения народов Российской Империи и черкесов именно как войну (а они включали в себя и совершенно мирные элементы взаимодействия), то можно сказать, что она началась гораздо раньше.
Между тем, практически до конца 1810-х гг. российская политика на Кавказе была однозначно оборонительной. В течение почти 50-ти лет после постройки Моздока казаки и войска стояли на правобережье Кубани, стараясь только предотвратить набеги «закубанских хищников». На земли черкесских племен никак не посягали и Кубань с Лабой переходили только в крайнем случае, нехотя, и только в ответ на набеги горцев.
В течение всего этого периода Россия говорит о мире с горцами, пытается торговать с ними, стремится не вступать в конфликты. Одно время даже существовало правило, что все переходы Кубани войска могли делать исключительно с личного разрешения Императора Павла I. Нарушители этого правила жестоко наказывались вне зависимости от того, при каких условиях это нарушение было сделано. Так, в 1797 году более 300 черноморских казаков в ответ на постоянные набеги горцев, доведших многих из них их до полунищенского состояния, самовольно переправились через Кубань, напали на черкесский аул и увели из него до 5 тыс. овец. Когда об этом стало известно императору Павлу I, он приказал овец черкесам вернуть, командира полка отдать под суд, а казакам от его имени передать, что в случае повторения подобного участники набега будут отданы в руки адыгам.
Практически вся документация того времени подчинена идее «непровоцирования» горцев и воздействия на них преимущественно мирными средствами. Набеги, именуются «шалостями», военному командованию рекомендуется их предотвращать, при возможности выдавливать черкесов, пробравшихся на российскую территорию и только в крайнем случае уничтожать их. Подобные методы умиротворения приводили к прямо противоположным результатам — разбойничьих набегов становилось все больше, неприятель, истолковав миролюбие царских властей, как проявление слабости, наглел все больше.
Попытки подкупа горских элит были тоже не слишком эффективны. Многие князья старались получать бакшиш как от русских, так и от турок.
Помимо возросшей активности «закубанских хищников» Россию к наступательным действиям на Кавказском направлении понуждало вхождение в состав империи Грузии и две войны первой половины 19 столетия с Турцией.
Чтобы как-то помешать работорговли и ослабить турецкое влияние на черкесские племена, Россия выставила цепь прибрежных укреплений и усилила морское патрулирование акватории Черного моря. Войска перешли Кубань, началось строительство укреплений и укрепленных поселений на черкесских землях. Началось планомерное наступление на немирные аулы, на непримиримых горцев.
После того, как было принято решение о занятии всего Кавказа, исход этой войны был предрешен и очевиден. Однако Санкт-Петербург до последнего старался минимизировать потери с обеих сторон. Но вожди непримиримых, потерявшие практически все, не имевшие сил противостоять огромной русской армии и стоявшие на пороге самой огромной трагедии своего народа, в 1861 году получив от Александра II очередные условия мира, подстрекаемые турками и включившимися в дело британцами, потребовали от царя чуть ли не капитуляции в войне, ни много, ни мало, полного ухода России за Кубань, срытия крепостей, выдачи для расправы десятки соплеменников, принявших русское подданство.
Тут надо отметить, что для черкесского общества Кавказская война носила вполне отчетливый характер гражданской. На это, в частности, указывает известный историк — кавказовед Василий Потто, даже проведший аналогию событий в Закубанье с Великой Французской революцией. Среди адыгов были сторонники как турецкой, так и русской ориентации. И последних непримиримые ненавидели едва ли не больше, чем казаков и солдат.
Наконец, 21 мая 1864 года в урочище Красная Поляна соединились русские войска, ведшие наступление на последние очаги сопротивления на Западном Кавказе. День этой встречи и был объявлен днем окончания Кавказской Войны. В ознаменование этого события наместником Кавказа великим князем Михаилом Николаевичем был проведен военный парад и отслужен торжественный молебен.
Депортация или иммиграция?
Длительная кровопролитная война, принесшая неисчислимые беды всем ее участникам, завершилась. На многострадальной земле Кавказа установился долгий мир. Но, как ни странно, не все ему были рады. Так, например, уничтожение рабства и работорговли военнопленными, гражданскими заложниками и даже своими бедными соплеменниками лишало немирные горские кланы важного источника доходов. Становилась невозможной баранта и разбойные нападения на станицы, мирные аулы и дороги.
Лидеры черкесских сообществ, как и любых других народов, зажатые между двумя могучими империями и пытающиеся вести свою политику, долгое время умело лавировали между турками, русскими, англичанами и своими соплеменниками, получая всяческие блага в обмен на видимую лояльность и действия против другой стороны. Причем, эти блага могли быть для них очень существенными и даже жизненно важными, например, военная поддержка, денежная и экономическая помощь, увеличение влияния среди других адыгских племен и т.д. Теперь же, с однозначным переходом адыгских территорий под юрисдикцию России исчезла возможность торга — русские власти требовали абсолютной лояльности, что для ряда представителей местной знати было неприемлемым. И наконец, к этому моменту в Российской Империи уже было ликвидировано крепостное право, и местные феодалы лишались своих рабов и крепостных, которые при переходе в русское подданство становились свободными.
Интерес Блистательной Порты в этом вопросе был небескорыстен — турецкой армии нужны были штыки. Стамбул рассчитывал на неспокойных окраинах своей империи — на Балканах и в арабских странах, постоянно восстававших против турецких угнетателей, расселить лояльное себе население, которое будет враждебно аборигенам — арабам, сербам, болгарам, грекам. Кроме того, черкесские женщины высоко ценились турецкими сластолюбцами, их поставки в гаремы султана и его пашей происходили столетиями. Теперь ожидался небывалый «демпинг» на этом «рынке».
Но сами черкесы об этом даже не подозревали — им обещали молочные реки в кисельных берегах. Знать рассчитывала на сохранение всех привилегий и на финансовую помощь султана. Простые люди надеялись на сытую и безбедную жизнь в турецком «раю». Знакомый абхаз рассказывал, как слышал от своего деда, что турецкие агитаторы рассказывали доверчивым крестьянам, что в Турции растут тыквы величиной с карету. И для безбедной жизни в течение года достаточно вырастить всего несколько штук таких — одну есть самому, а остальные продать. Вот такими методами действовали пропагандисты «мухаджирства».
Кстати, слово «мухаджир» можно перевести с арабского, как «беглец» и «изгнанник». Первоначально мухаджирами именовали сподвижников Мухаммада, которые переселились вместе с пророком из Мекки в Медину. Эти люди находились на положении беженцев, и Пророк обратился к жителям Медины предоставить мухаджирам приют и защиту. Позже «мухаджирство» стало означать массовое переселение мусульман из государств «неверных» в страны ислама, чтобы не оставаться подчиненным религиозным меньшинством. Однако если говорить о кавказском мухаджирстве, можно с уверенностью сказать, что религиозный аспект в этом движении занимал совсем не главное место.
К тому моменту недавно обращенные в ислам черкесы приняли в новой для себя религии только идеи войны с «неверными» и «разрешенность» имущества «гяуров». В обычной жизни они руководствовались не шариатом, а адатами, нормами традиционного права, основанными на языческих представлениях. Кстати, в «Последнем из ушедших» Шинкаба указал, как «правоверные» убыхи поклоняются богине Бытхе и даже увозят ее идол в Турцию. То есть, в большинстве черкесских племен Западного Кавказа в те времена процветало двоеверие, когда ислам принимался чисто формально.
При этом мухаджиров в Чечне и Дагестане, где приверженность исламу была значительно сильнее, было гораздо меньше. Еще меньше переселенцев оказалось среди тюркоговорящих карачаевцев, балкарцев и кумыков, родственных туркам. Этот феномен объясняется просто — мухаджиров было больше там, где было больше агитаторов, и они были более активны. Кроме того, Чечня и Дагестан, в которых война завершилась раньше, уже успели увидеть, что жизнь под властью царя вовсе не так страшна.
Как относились к мухаджирству русские власти? Можно сказать, что поначалу одобрительно, поскольку полагали, что таким образом удастся избавиться от самого беспокойного и агрессивного элемента. Однако, когда стало ясно что переселение стало по-настоящему массовым и, как не странно, захватило даже мирные, лояльные России сообщества, власти не на шутку встревожились. Среди мухаджиров оказались даже пророссийски настроенные осетины, не воевавшие с русскими. Да что говорить, среди мухаджиров оказались даже старшие офицеры русской службы. Их, конечно, привлекли не байками о тыквах, величиной с карету.
Любопытна в этом плане история царского генерала-майора Мусы Кундухова (1818-1889), осетина и выходца из мусульманской знати, окончившего петербургское Павловское военное училище и возглавлял Военно-Осетинский и Чеченские округа. Во главе отрядов горской милиции он участвовал с российской стороны в нескольких военных кампаниях (кавказской и крымской), в подавлении Краковского мятежа (1846), революции в Венгрии (1849) и волнений на Северном Кавказе в 60-е годы. Однако после ухода в отставку в 1864 г. Кундухов за вознаграждение в 10 тыс. рублей серебром организовал переселение в Османскую империю более 5 тыс. семей чеченцев, ингушей и несколько десятков мусульман-осетин. Причем, ловкий генерал сумел получить от русского правительства компенсацию в 45 тыс. рублей серебром за оставленные на Кавказе земли и имущество. Обосновавшись в вилайете Сивас, Кундухов в османской армии дослужился до высокого военного чина паши в чине мирлива и даже принял участие в русско-турецкой войне 1877-78 гг. на стороне турок (!).
Опасаясь, что новые территории Российской Империи останутся без населения, власти попытались начать контрпропаганду, впрочем, без особого успеха. В частности, хорошо известна прокламация А.И. Барятинского с опровержением нелепых слухов. Но горцы охотнее верили посулам турецкого султана, который обещал переселенцам земли уехавших в Россию армян, а также налоговые льготы и денежные пособия.
Были противники мухаджирского движения и среди представителей горской военной и мусульманской элиты. Горцев от опрометчивого шага отговаривали натухаец Костанк-эфенди (Куштанок), абадзех Карабатыр-бей (Хаджи Батырбей) и другие популярные в народе проповедники. Однако они оказывались в меньшинстве, чему способствовали распространенные среди горцев слухи о принудительном крещении, введении рекрутчины или обращении в казаки.
Как мы видим, ни о какой депортации не может быть и речи — власти даже пытались отговорить горцев от мухаджирства. Кстати, Баграта Шинкабу обвиняли в том, что он в угоду советской цензуре и «классового учения» намеренно очернил репутацию убыхских князей, которые в романе предстают, как мелочные, эгоистичные люди, которых интересует лишь собственная, а не народная судьба. Но упреки эти не справедливы — львиная доля ответственности за то, что черкесский народ ушел в изгнание, лежит именно на его знати, купленной турецкими и английскими агентами. Ведь общества Северного Кавказа имели сложную социально-родовую структуру с тесными внутренними связи, игравшими огромную роль в жизни местного населения. Это приводило к тому, что за решившим эмигрировать влиятельным лицом общества нередко поднимался весь род. Ещё целая категория горцев — зависимые крестьяне и рабы, уезжали вместе с владельцами согласно решению своих господ, даже не желая эмигрировать. Иногда крестьяне и рабы соглашались переселяться «только для того, чтобы не быть распроданными в дурные руки», не понимая, что под русской властью они станут свободны.
Первая трагедия иммигрантов началась практически сразу. Люди покидали свои аулы, уничтожая дома и посевы (чтобы не достались «гяурам») и шли к портам, где их должны были ожидать турецкие суда. Ни Россия, ни Турция не оказались готовыми к такому огромному наплыву переселенцев. На берегу Чёрного моря они скапливались большими массами и находились месяцами, страдая и умирая от голода, холода и инфекционных болезней. Множество брошенных черкесских сирот, потерявших родителей, было подобрано и усыновлено казаками. Не всем, кому «посчастливилось» попасть на корабли, посчастливилось увидеть турецкий берег.
«Живым и здоровым некогда было думать об умирающих; им и самим перспектива была не утешительнее; турецкие шкиперы из жадности наваливали, как груз, черкесов, нанимавших их кочермы до Малой Азии, и, как груз, выбрасывали лишних за борт при малейшем признаке болезни… Едва ли половина отправившихся в Турцию прибыла к месту. Такое бедствие и в таких размерах редко постигало человечество». [И. Дроздов. Последняя борьба с горцами на Западном Кавказе // Кавказский сборник. 1877. Т.2. с.548].
Но и на малоазиатском побережье Турции, куда прибывали корабли с переселенцами, их ждали карантинные лагеря, зачастую не обеспеченные должными условиями для жизни и питания. В итоге султан был вынужден издать особый фирман, запрещающий горцам продавать своих детей и жён, пытавшимся хоть таким способом спасти близких от голодной смерти в лагерях. Таким образом, турецкий монарх пытался обеспечить карантинные меры — слишком много турок, прослышав о возможности приобрести по дешевке «живой товар», ринулось к лагерям на побережье.
Наконец, видя весь ужас ситуации, в 1867 г. наместник Кавказский великий князь Михаил Николаевич, посетив Кубанскую область, «лично объявил горцам, что переселение их в Турцию должно прекратиться окончательно». Однако и после этого находились те, кто, не желая отказываться от «турецкой мечты», становился мухаджиром.
Оставшиеся
Результатом трагедии, вошедшей в историю под именем «мухаджирство», от некогда многочисленного черкесского народа на родной земле осталась небольшая часть. Впрочем, их судьба сложилась вполне благополучно. Князья влились в ряды российской аристократии, простые люди получили возможность мирного труда под защитой твердой власти. На религию, традиции и самоуправление горцев никто не посягал. Вскоре их отношения с кубанскими казаками стали самыми дружественными. Новые российские подданные получили ряд льгот, освобождение от ряда налогов и воинской повинности.
На юге России учреждается ряд гимназий, таких как Ставропольская и Екатеринодарская, где открываются пансионы для детей горцев. В Ставропольской гимназии квота для адыгов составляла 65 человек, в Екатеринодарской — 25. По официальному распоряжению в школах крупных казачьих станиц, например, в Павловской и Уманской, для черкесских детей бронировались места.
В 1859 г. император Александр II утвердил специальный Устав Горских школ. Согласно ему, целью школ было «распространение гражданственности и образования между покорившимися мирными горцами и для доставления служащим на Кавказе семейным офицерам и чиновникам средств к воспитанию и обучению детей», а в циркуляре министерства образования от 1867 г. говорилось, что «просвещать постепенно инородцев, сближать их с русским духом и с Россией — составляет задачу величайшей политической важности».
После окончания этих школ черкесские юноши имели право поступить в высшее военное училище, по окончании которого выпускались офицерами и шли служить в армию. Определенное количество адыгов поступило в лучшие гражданские ВУЗы страны. Так, адыг Шумаф Татлок в 1859 г. окончил Московский университет, стал кандидатом права и был оставлен на работе в Москве. Этот же университет заканчил и известный общественный деятель Кабарды Л.М. Кодзоков, а другие адыгские просветители, такие как Кази Атажукин, Адиль-Гирей Кешев, Султан Крым-Гирей Инатов учились в Петербургском университете.
Сразу несколько человек практически одновременно начали составлять адыгский алфавит. У черкесов еще до конца Кавказской войны появились свои писатели, врачи, учителя, историки, филологи, математики, они просвещали народ, дали ему собственную — адыгскую — грамоту, лечили его, писали его историю. Этнограф Леонтий Яковлевич Люлье разработал вышедший в 1846 г. «Черкесский лексикон с краткою грамматикою», в котором дал свой вариант адыгского алфавита.
И надо сказать, адыги ответили подлинной верностью. Черкесы-добровольцы участвовали во всех последующих войнах империи, покрыв себя неувядаемой славой.
Уже в русско-турецкой войне 1877-1878 гг. в рядах Русской армии воевало многотысячное ополчение из адыгов. Так, помимо других отрядов и сотен, были сформированы на Тереке Кабардино-Горский и Кабардино-Кумыкский конно-иррегулярные полки, состоявшие в основном из кабардинцев, на Кубани — Кубанско-Горский конно-иррегулярный полки, Лабинский эскадрон и т.д.
В этот период кабардинский дворянин подполковник (в 1890 г. ставший генерал-майором) Алтадуков Тепсаруко Хамурзович (он же Алтудоков Тепсоруко Хаджимурзович), командир 2-го Горско-Моздокского конного полка Терского казачьего войска, «за оказанное отличие в делах против турок при овладении неприятельской позицией на Дейво-Бойну 23 октября 1877 года» награжден 9 июня 1878 г. орденом св. Георгия 4-й ст.
Другой кабардинец, полковник (в 1892 г. стал генерал-лейтенантом) Шипшев Темирхан Актолович (1830-1904), командовавший полком Кубанского казачьего войска, «за отличные воинские подвиги, оказанные 24 июля 1877 года при с. Халфалю» награжден орденом св. Георгия 4-й ст. 24 марта 1880 г.
О том, какое место занимали горцы в Вооруженных силах империи, свидетельствует следующий факт: традиционным был и обмен поздравлениями на Пасху между всадниками-мусульманами и православным командованием, и наоборот.
Долгое сотрудничество мусульман и православных в императорской армии породило обычаи, которые не ущемляли ни одну из сторон. Так, одной из обязанностей адъютанта Кабардинского конного полка при общих обедах и ужинах в офицерском собрании было подсчитывать, сколько присутствует мусульман и сколько христиан. Если большинство за столом составляли мусульмане — все оставались в папахах, если христиане — папахи снимались (по кабардинскому обычаю офицеры полка дома всегда ходили в папахах и снимали их, лишь ложась спать). В таком отношении друг к другу чувствуется понимание и уважение к традициям разных национальностей и культур. Никаких разногласий в рядах Русской императорской армии разность религий и многонациональность военных контингентов конфликтов не вызывала.
В Великую Отечественную войну 20 сынов адыгейского народа удостоились звания Героя Советского Союза. Сколько замечательных ученых, писателей, композиторов, спортсменов дал миру этот не самый многочисленный народ России! С 1920-х годов в СССР существуют горские автономии. На кабардинском и адыгейском диалектах языка выходили и выходят газеты, журналы, учебная, художественная и публицистическая литература. Ведется теле- и радиовещание, функционируют театры. Действует немало хореографических, певческих коллективов. Язык постоянно изучается в научных и преподается в учебных заведениях. Ограничений по использованию языка не устанавливается.
«Нас чужая земля приняла так, как вам не желаю»
Совсем иначе сложилась судьба мухаджиров. Некоторые из них, вроде Мусы Кундухова легко вписались в турецкую элиту. Но таких были единицы. Остальных турки старались использовать в качестве пушечного мяса и дешевой рабсилы. Но самое главное, люди были подвергнуты принудительной ассимиляции.
Шинкуба подробно описывает, как это было: убыхи сменили имена и фамилии, женщин на праздники и собрания больше не допускали, заставляли носить чадру. В Турции знать быстро отреклась от народа, обычаев и родного языка. Люди были брошены на произвол судьбы и испытали много бед. Постепенно молодежь забывала язык, богиня Бытха была украдена, жрецов не осталось.
Шинкуба противопоставляет два пути: абхазы рискнули не метаться между правителями, они выбрали Белого Царя и своего решения не меняли. Убыхский вождь сперва принял от царя чин и жалование, но потом переметнулся к туркам, утащив за собой подчиненные ему рода. В конце 19 века письменности не было у обоих народов. Но абхазы ее получили и сохранили свой язык. Робкие попытки энтузиаста Тагира учить убыхских детей на родном языке пресекались, рукописная азбука сгорела. Другим радетелям родной словесности тоже не повезло.
Трагическое «везение»
Впрочем, убыхи физически не исчезли. Исчез их язык. Их потомки перешли на турецкий, хотя и память об убхыских корнях у многих из них сохранилась. Так, в Турции есть ряд сел на берегу Мраморного моря, где проживают турки — потомки убыхов. Некоторые из них знают свою родословную. Впрочем, несмотря на это знание, их ментальность уже совсем другая — турецкая.
Сегодня пропагандисты, пытающиеся разыграть «черкесскую карту» против России, обвиняют нашу страну в тотальном уничтожении убыхов. Но реальность такова, что эта народность в действительности (в сравнении с другими адыгскими племенами) с Россией почти не воевала, если не считать нескольких нападений на форты Береговой Линии. За исключением 2-3-х небольших операций, предпринятых русскими с территории Абхазии и нескольких приморских крепостей, нога российского солдата вступила на землю этого племени только в 1864 году, в последние дни войны. 4 марта генерал Гейман направляет старейшинам убыхов письмо с ультиматумом о выселении либо в Турцию, либо на Кубань. 9 марта от убыхов приходит ответ, в котором они заявляют о покорности и просят 3 месяца на выселение в Турцию. Отряд продолжает движение на восток. И тут 18 марта в месте впадения в море небольшой речушки Годлик происходит более-менее крупное сражение с группой непокорившихся убыхов и небольших племен. Причем русские войска быстро разбивают горцев, и больше в военных действиях убыхи участия не принимают, и никаким репрессалиям не подвергаются. В силу этого, убыхам, единственным из черкесских племен, удалось сохранить организацию, порядок и управляемость до самого конца и даже после поражения и изъявления покорности.
В то время, как другие черкесские сообщества, сагитированные своей знатью и турецкими агитаторами в полном беспорядке начали бегство к черноморским портам и гаваням для отъезда в Турцию (что во многом и обусловило трагедию 1864 года и многотысячные потери адыгов в ходе переселения), убыхи сохранили порядок, организовали аренду кораблей и, повинуясь воле своих вождей, без эксцессов в течение двух недель отбыли в Турцию, не потеряв ни одного человека — ни младенца, ни старика! Но самое главное, что убыхи — это единственная адыгская народность, которая эмигрировала в Турцию практически в полном составе. Их ушло 74,5 тыс. человек, на родине остались только несколько десятков представителей этого племени. То есть, племя, наименее пострадавшее в ходе Кавказской войны и сумевшее иммигрировать без потерь, исчезло полностью, было ассимилировано, утратила свой язык и культуру, в то время, как оставшиеся «под пятой захватчиков» остатки других народностей, сумели сохранить и язык, традиции и развить свою культуру. И все это Баграт Шинкуб передает предельно точно. Еще более лаконично говорит об этом абхазская пословица: «Потерявший родину — теряет все».
Непримиримые черкесы оказались битой картой в нечистой игре Турции и Великобритании, что и привело их к величайшей трагедии — потери своего лица, своей национальной самоидентификации и культуры.
Но сегодня «черкесскую карту» вновь пытаются разыграть против России. Теперь к Турции добавились США, ЕС, Грузия и даже Израиль. Ради этого и идут нечистоплотные спекуляции вокруг исторических событий 160-летней давности. Враги нашей страны всеми силами стараются вбить новый клин между адыгскими народами и их соседями, создать новую точку напряжения на Кавказе.